Тайна - Томас Пенелопа - Страница 32

Таинственное предложение лорда Вульфберна привело меня в недоумение. Я считала, что глупо было бы поверять Клариссе сомнения относительно участи мисс Осборн, даже если ребенок и мог пролить свет на некоторые вопросы. Но поскольку оно исходило от лорда Вульфберна, стало быть, он не видел ничего опасного в моем вопросе, иначе не посоветовал бы втягивать в это дело девочку. Однако знал ли он ее достаточно хорошо?

Занятая своими мыслями, я поднялась на галерею. Драпировки на окнах были уже задернуты. Приближалась следующая ночь. Меня начинала бить дрожь, каждую ночь предстояло встречать напряженным ожиданием новых сюрпризов.

В моей гостиной шторы были задернуты тоже, но Мэри еще не ушла. Она стояла спиной ко мне, склонившись над лампой. При звуке моих шагов она вздрогнула, лампа подскочила в ее руках и стукнулась об стол.

Увидев меня, она вздохнула с облегчением.

— О, это Вы, мисс.

— А ты кого ожидала увидеть? — у нее был такой испуганный вид, что я чуть не расхохоталась.

Она зарделась и заставила себя улыбнуться.

— Только Вас или миссис Пендавс. Но когда я работаю здесь одна, мне становится не по себе.

— Отчего же?

Она пожала плечами, на ее красивом белом лбу пролегла сосредоточенная морщина.

— Не могу сказать, не знаю, мисс. Может быть, потому что здесь так пусто. В крыле, где живут слуги, всегда кто-то есть, слышны голоса. Ночью я сплю в одной комнате с Элис — это моя сестра, она работает на кухне.

— Думаю, это скрашивает вашу жизнь в Холле. А то я удивлялась, почему ты не берешь расчета, если чувствуешь себя здесь не очень уютно.

— Из-за платы, мисс, — она перестала хмуриться. — Его Светлость платят больше других, а у нас в семье еще шестеро детей.

Значит, она оставалась по необходимости. Видимо, та же причина удерживала остальных слуг.

— Тебя не пугает вой собак ночью? — спросила я. Она передернулась, но в этом жесте было больше позерства, лицо никакого страха не выражало.

— Они не особо мешают. Из нашего крыла их не так слышно. Мы с Элис затыкаем уши на ночь, чтобы лучше спать. Если хотите, могу принести Вам ваты.

Я улыбнулась. Хоть мне и мешали собаки, я еще не опустилась до того, чтобы дрожать всю ночь в собственной постели.

— Спасибо, пока не надо. Я не услышу, если Кларисса будет звать ночью.

Мэри согласилась.

— Вы добрая. Мисс Осборн она не звала по ночам. Та вечно жаловалась, что ей не дают спать, но она не боялась. Другие умирали от страха и не скрывали этого, но мисс Осборн молчала, — добавила она неодобрительно.

Я воспользовалась случаем разузнать побольше.

— Интересно, почему же тогда она уехала тайно, никого не предупредив? Если ей хорошо платили, то причина была не в деньгах. Может быть, она собиралась выйти замуж?

Мэри широко раскрыла глаза.

— Только не она, мисс. Она, конечно, могла влюбиться, но мужчины на таких женщин обычно не обращают внимания. Она была некрасивая, книжный червь и ужасно неинтересная, не то, что Вы. Вы знаете, что я имею в виду: очки, выражение лица, от которого скисает молоко. Бог простит меня, что говорю дурно о человеке, но уверена, что она умрет старой девой.

— Тогда что на нее нашло, почему она исчезла таким странным образом? — спросила я скорее себя, чем Мэри. Мне были непонятны причины бегства.

Мэри подошла ко мне и прошептала доверительным голосом:

— Думаю, она стала часто выходить по ночам из дома, бродила в тумане. Это очень вредно, понимаете? — она многозначительно кивнула.

Я смотрела на нее, ничего не понимая.

— Зачем ей нужно было выходить в туман?

— Он может странно влиять на голову. А здешний не похож на туман в других местах. В нем совершаются всякие вещи.

— Какие вещи?

— Неестественные.

— Какие неестественные?

Ее снова передернуло от внутренней дрожи.

— Откуда мне знать, я не выглядываю ночью в окна. Только когда светит солнце и можно видеть болота.

— Тогда откуда ты знаешь о неестественных делах? Кто-то что-нибудь видел? — решительно добивалась я ответа.

Она отрицательно тряхнула головой.

— Таких дураков нет, чтобы пытались. Кроме мисс Осборн. Вы послушайте меня и не выходите ночью. До добра не доведет, а вреда может наделать много.

— Спасибо, Мэри, — ответила я, стараясь говорить серьезно. — Я запомню твой совет.

Несмотря на то, что она говорила искренне, меня ее объяснения скорее позабавили, нежели насторожили. Мэри сама ничего не знала, однако ею владел страх, она боялась что-то увидеть. Ее подозрение, что мисс Осборн чего-то испугалась, могло быть порождением ее собственного страха. Единственной ценной информацией, которую я извлекла из разговора, было следующее: лорд Вульфберн платил щедрое вознаграждение, чтобы сохранить прислугу. Учитывая его собственное поведение и мрачную обстановку Холла, удивляться было нечему.

Мэри вернулась к работе в полной уверенности, что я оценила ее совет. Вдруг она вскрикнула от досады.

— Что случилось, Мэри? — спросила я.

— Ничего. Просто я опять забыла. Хотела принести еще лампу из кухни. На столике у двери стояла одна, но она куда-то исчезла. Была очень симпатичная — розовое стекло, медные узоры. Я обыскалась, но не нашла.

Я посмотрела на стол. Мне показалось, что все на месте.

— Я не заметила лампы на этом столике, Мэри. Разве она там была?

— Может, миссис Пендавс переставила ее в другую комнату перед Вашим приездом? Хотя не понимаю, зачем ей это понадобилось. Ничего, я принесу из кухни, когда закончу. Этот угол должен освещаться, он темный.

Она кивнула хорошенькой головкой и вышла. Я прошла в спальню, все еще размышляя над ее словами, и подошла к гардеробу, чтобы убрать уличные туфли. К моему удивлению, чемодан спокойно лежал на верхней полке платяного шкафа. Кто его положил туда? Зачем? В надежде, что Мэри еще не успела спуститься по лестнице, я выбежала в коридор и позвала. Не прошло и нескольких секунд, как Мэри появилась из комнаты Клариссы с каминными щипцами в руке.

— Вам что-нибудь нужно, мисс?

— Просто хочу спросить, кто принес с чердака мой чемодан?

— Лорд Вульфберн распорядился, чтобы его положили в Вашей комнате.