Властелин воды - Томпсон Доун - Страница 38

Клаус едва успел перед своим перемещением дать поручение Иррблоссам. Таинственные блуждающие огоньки унеслись прочь, уступая Генрику право вести Клауса. Между ними состоялось телепатическое общение на шведском языке – специально, чтобы сбить с толку астральных соглядатаев, которые также обладали телепатией. Шведским владели только Фоссгримы, скандинавы по происхождению, Генрик и Иррблоссы, которые были двуязычны, а также домашние слуги Клауса, которые находились у него в услужении на родине и в изгнании. Хотя Илия за время общения с ним успела нахвататься слов и фраз на шведском, но связную речь не понимала. К огромному своему облегчению Клаус понял, что не лишился телепатических способностей. А это означало, что он по-прежнему мог проникать в чужие грезы. Ему придется прибегнуть к этому умению, и как можно быстрее, если он хочет спасти Бэкку.

– Вас предупреждали, – напомнил старейшина, когда они оказались у Боскаслского водопада. – Я ничего не мог поделать. Во всем виновато ваше слепое безрассудство.

– Разве? – возмутился Клаус. – А как насчет предательства Илии? По-твоему, на это можно закрыть глаза? Почему бы вам не узнать у богов ее имя?

Внезапно на него снизошло озарение, словно струя свежего воздуха проникла в измученное сознание. Ну конечно! И почему эта мысль не посетила его раньше?

– Послушай, старина, – начал он, и в его голосе снова звучала уверенность. – Я верну Бэкку, даже если для этого придется вторгнуться на астральный архипелаг. Генрик, ты ходишь по лезвию бритвы. Смотри не оступись. Пора определиться, на чьей ты стороне. Подумай хорошенько. А теперь ступай прочь! Нам не о чем говорить, пока ты не примешь решение, причем верное – в мою пользу.

Клаус собрал разбросанную на берегу одежду и, гордо расправив плечи, зашагал вниз по течению реки, туда, где была привязана его лошадь. Доехав до зарослей малины, он отвязал коня Бэкки и отвел его на другой край леса, где и оставил. Около дороги его без труда найдут. Затем, стараясь запутать след, он снова доехал до водопада.

Бэкки нигде не было. Генрик тоже куда-то исчез. Надеяться было не на что, но все же он надеялся. Он в одиночку восстал против воли богов и старейшин, и все из-за любви к смертной. Он не солгал: бессмертие действительно ничего для него не значило, если рядом не будет ее. Он бы с удовольствием променял вечную жизнь на недолгую человеческую в ее объятиях! Одолеваемый этой мыслью, Клаус пришпорил лошадь и домчался в Гильдерслив Грейндж к обеду, чтобы привести в действие финальную часть плана.

Глава 18

Бэкка потеряла счет времени. В пещере невозможно было уследить за сменой дня и ночи. А поскольку в астральном мире времени не существовало, она понятия не имела, сколько прошло с момента ее похищения. С какой стати астральные боги будут останавливать для нее ход времени, к тому же это из-за нее Клаус впал в немилость! Но в любом случае ее уже должны были хватиться. Начнутся поиски, но здесь ее никогда не найдут. Отыщут лошадь, привязанную возле водопада, и, не обнаружив ее поблизости, решат, что она утонула. Это было самым очевидным объяснением ее исчезновения. Поиски прекратят, и она будет потеряна для них навсегда. Она постаралась отогнать от себя эту мысль. Уж слишком она была ужасна!

Бэкка повернулась лицом к стене пещеры и крепко зажмурила глаза, чтобы из них не полились слезы. Она не будет плакать! Удастся перехитрить ревнивую русалку или нет, зависело от того, насколько мастерски она будет владеть собой.

И хотя ее руки по-прежнему были связаны прочными жесткими лианами, узел был завязан спереди, чтобы она могла есть и пить. На огромном лопухе, служившем блюдом, была уложена разнообразная пахучая зелень, перемешанная со свежими ягодами, и маленькие пряные лепешки из зерен с медом. Неподалеку стояла бутылка с медовым напитком или вином – Бэкка не была уверена, но и попробовать не осмеливалась. Она твердо решила не принимать ничего из рук астральных существ. Но к концу дня ее уверенность стала слабеть. Она могла обойтись без еды, но в горле была словно выжженная пустыня, пить хотелось неимоверно. Она уже несколько раз тянулась к бутылке с такой желанной жидкостью янтарного цвета. Вокруг роились светлячки, освещая кристальную прозрачность напитка, который искрился за стеклом и манил ее. В конце концов она не выдержала и отхлебнула. Напиток был таким же приятным на вкус, как и на вид, – прямо как майское вино, которым угощал ее Клаус перед первым посещением астрального мира, такое же орехово-сладкое и тягучее, как мед. Она жадно пила еще и еще. У нее сразу же закружилась голова. Она совсем забыла, как действовали на нее крепкие спиртные напитки! Но было уже поздно. Заснет так заснет. Вытянув из кармана ракушку, она приложила ее к уху. Далекий рокот прибоя буквально всколыхнул ее. Свернувшись калачиком на подстилке из тростника, она закрыла затуманенные глаза, и все закружилось, завертелось, засияло мириадами ярких точек. Она погрузилась в сон под убаюкивающий шум могучего океана, нашептывающего свою песню ей на ухо, и под отголоски настоящих волн, бьющихся о скалы за стенами пещеры. Она не видела их, но, судя по солоноватому привкусу в воздухе, море было где-то рядом. Она ощущала этот привкус на губах, он приятно щекотал ноздри. Звук напоминал биение сердца, но не размеренное, а сбивчивое, и это наводило на мысль, что море можно услышать только во время прилива. Так где же ее держат? Но майское вино сделало свое дело, и ей стало лень искать ответ на этот вопрос. Внезапно на фоне общего шума возник знакомый голос. Говорил Клаус. Его завораживающий баритон с таким ласковым акцентом Бэкка не спутала бы ни с чем. При звуке его голоса из груди ее вырвался горестный стон. Она изо всех сил старалась открыть глаза, но веки ее не слушались. Это был сон. Очередной сон, когда она старалась проснуться, но тщетно. Что он говорит? Почему она не слышит? Судя по голосу, он хотел сказать ей что-то важное…

Клаус стоял под водопадом, пытаясь мысленно докричаться до Бэкки. Под упругими струями воды его тело было натянуто как струна. Он и раньше так делал, и она отвечала ему, но тогда это не было столь жизненно важно, как сейчас. От этого зависела и ее жизнь тоже.

Он пробовал снова и снова, но безуспешно. Он не мог сосредоточиться. Не мог отогнать назойливые мысли, которые лезли в голову. Раньше ему всегда помогал водопад, именно поэтому он выбрал это священное место, чтобы достучаться до ее сознания. Боскаслский водопад был сродни пуповине, соединяющей водопады физического и астрального миров. Он образовывал мост между параллельными мирами; как и любой другой водопад, который принимал его в свое лоно. Чувственный, пульсирующий поток живой воды с незапамятных времен служил проводником энергии между двумя измерениями. Неужели водопад изгнал его? Неужели подведет в такой ответственный момент? Станет ли это новым жестоким наказанием для него?

Он впал в немилость у старейшин. Неужели теперь он впал в немилость и у богов, которым они служили? Так было с его отцом. Он отказался от всего во имя любви. Он лишился поддержки, зато любил и был любим. Его не устраивала роль бездумного исполнителя задач, которые ставили перед ним остальные. Ему надоело быть племенным быком для своего рода. Только сейчас Клаус осознал, через что прошел его отец, приняв решение навсегда перенестись в мир смертных.

Мышцы на его теле стали твердыми, как скала, связки натянулись до отказа. Барон Гильдерслив решил приостановить поиски до утра. На рассвете они продолжатся, но уже никто не верил в успешный исход, после того как была найдена лошадь Бэкки, которая бесцельно бродила по пустоши, волоча за собой обрывки уздечки, вымазанной в болотной тине. Все были уверены, что Бэкка утонула.

Больше всех горевала Мод. Она была безутешна. Клаус порывался переубедить ее, но выражался слишком туманно, опасаясь наговорить лишнего. К тому же он по-прежнему боялся, что девушка выдаст его. И для страха у него были все основания. Это ясно читалось в ее осуждающем взгляде. Все его усилия сошли на нет после возвращения лошади ее госпожи. Он с ужасающей ясностью понял: горничная подозревает, что без него здесь не обошлось. Ее нужно было срочно переубедить, но Бэкке тоже необходимо было дать ключ к освобождению, пока это еще было возможно. Это мигом положило бы конец страхам служанки. Только бы успеть! Время. Как же он жалел, что события разворачиваются не в астрале, где времени не существует в принципе!