Книга о Боге - Сэридзава Кодзиро - Страница 120

Огорченный тем, что человечеству грозит гибель, Бог-Родитель возымел желание спасти мир и, ведомый этим желанием, спустя миллионы лет Сам снизошел с Небес, приступил к Великой Уборке и будет действовать на Земле до того дня, пока Его возлюбленные чада, люди, не смогут жить в мире и радости.

Я же, открыв для себя существование Истинного мира, непозволительно отстранился от Мира явлений и ухитрился не обратить никакого внимания даже на еврейский вопрос, хотя каждый день усердно читал газеты. Более того, может, я был недостаточно внимателен и когда мне рассказывали, как Бог-Родитель, охваченный тревогой, занимается Спасением Мира? Как, должно быть, печалится Бог-Родитель обо мне, недостойном…

Когда, состарившись, я покорно ждал смерти, Бог-Родитель принудил меня написать две книги, и я писал их, не соблюдая никакого режима, все время опасаясь, что вот-вот протяну ноги, а на самом деле за это время, наоборот, исцелился от всех болезней. Как следует это понимать? Разве при всей непрочности Мира явлений я не могу жить в нем, причем жить полнокровной жизнью, радуясь каждому прожитому дню? К тому же в этом Мире явлений в настоящее время существует множество неразрешимых проблем, и сам Бог-Родитель занимается его Великой Уборкой. Или я был настолько невнимателен, что жил, этого не осознавая?..

Теперь мне все ясно. Почему мне удалось почти шестьдесят лет заниматься писательским трудом? Не потому ли, что, оказываясь в жизненном тупике, я каждый раз пытался уразуметь, чего хочет от меня Бог, к какому решению Он меня подталкивает, и видел смысл своего существования в одном — претворять в слова Его неизреченную волю?.. Может, мне и впредь велят делать то же самое? И именно в этом заключается моя помощь Богу-Родителю в деле Великой Уборки и Спасения Мира?..

Почти прокричав про себя эти слова, я вскочил.

— Вот и чудесно, — раздался рядом тихий голос.

Из травы на меня смотрели какие-то безымянные цветочки: белые, желтые, алые…

— Взгляните на нас — пусть люди нас и не замечают, но благодаря милостям Великой Природы мы цветем и радуемся жизни. Все деревья в вашем саду сверкают свежей зеленью, по утрам прилетают птицы, они щебечут о счастье, и мы вместе с деревьями вторим им, сливая голоса свои в общий хор благодарности Богу. Потому-то мы и готовы терпеть, когда люди нас топчут…

Приглядевшись, я понял, откуда взялись здесь эти красные цветочки: десять лет назад жена посадила в саду гвоздику, года через два она засохла, и ее удалили, но, очевидно, она успела уронить в землю семена, и теперь совсем одичавшие растения мужественно пытаются расцвести. Я почувствовал, что к глазам подступили слезы.

Помнится, месяца два назад, разговаривая с госпожой Родительницей, я сказал, что хотел бы увидеть Бога. Она рассмеялась:

— Мне тебя жаль! — потом добавила: — Да… в далекой древности то же самое сказал Моисей, и ему ответили: если Бог явится тебе, ты все равно не сможешь открыть глаз, так ослепительно Его сияние… Скоро настанет весна, Кодзиро, и тогда ты сможешь увидеть Бога, он будет повсюду.

Теперь мне вспомнились ее слова, и, растроганный до глубины души, я смотрел на неприметные цветочки, видя в них знак присутствия Бога. Потом я вспомнил, что она сказала под конец: «Когда засохший куст украсится цветами, эти цветы и есть Бог», — и поспешил туда, где росли розы.

Дело в том, что несколько лет назад завирушки посеяли в нашем саду сурепку, и каждый год в середине марта небольшая полянка от дзельквы до трех розовых кустов покрывалась прекрасными желтыми цветами, о которых шла слава по всей округе. К сожалению, сурепка слишком разрослась, и розовые кусты, больше двадцати лет радовавшие нас крупными цветами, совсем зачахли и словно забыли о том, что умеют цвести. В этом году я, желая спасти их, попросил садовника выполоть сурепку, пока она не начала цвести. И вот, подойдя к розам сегодня, увидел на двух из них с десяток нежно-розовых цветков, правда, они были гораздо мельче прежних.

— Радуйтесь, сэнсэй. Благодаря свету, теплу и влаге, дарованным нам природой, мы наконец возродились. И раскрыли несколько цветков, пусть и совсем невзрачных… Нам хотелось хоть так отблагодарить Великую Природу… Взгляните, как она рада. А чайная роза такая гордячка! Может быть, потому что носит имя английской королевы?.. Нет, вы только послушайте ее… «Благодарить природу? Вот дуры, да разве можно цвести, не получая никаких удобрений?» И что же? Вид у нее и в этом году довольно-таки жалкий. Но вы ее не ругайте, похоже, она раскаивается…

В самом деле, куст чайных роз был по-прежнему чахлым и — ни единого бутона, только листья.

Молча расстался я с розами и вернулся в свой кабинет. У меня было такое чувство, будто со мной говорили не розы, а сам Бог. Скромность и самонадеянность стали причиной, соответственно, счастья и несчастья… А ведь я и сам частенько забываю о скромности…

Что касается еврейского вопроса, то Жак наверняка захочет поговорить со мной на эту тему, надо просто запастись терпением.

Глава третья

Следуя указаниям Бога, я накупил всяких книг по христианству и сложил их стопкой на своем письменном столе. Читать я начал с Ветхого Завета, и немало дней прошло, пока эта стопка книг окончательно растаяла….

Обе книги Митико Инукаи — и «Библейские легенды» и «Евангельские легенды» — были изданы малым форматом, в них оказалось более пятисот страниц набранного в две колонки текста, так что к тому времени, как вся стопка книг, лежавшая на столе, была прочитана, мои старые глаза пришли в весьма плачевное состояние. Но я ни о чем не жалел.

Раньше я мало интересовался Ветхим Заветом, полагая, что это мир, целиком и полностью построенный на выдуманных кем-то легендах и сказаниях, не имеющий никакого отношения к действительности. Но теперь благодаря углубленному чтению у меня словно впервые открылись глаза.

Я понял, что мир Ветхого Завета по своим природным условиям мало чем отличался от нынешних стран Среднего и Ближнего Востока, в основном населенных арабами: те же пустынные земли, которые природа словно обошла своими милостями. Что политическая ситуация во времена Ветхого Завета была так же сложна, как в современных странах Среднего и Ближнего Востока: раздробленные мелкие царства боролись друг с другом за власть. Что Ветхий Завет — это история долгих мытарств еврейского народа, который был избран Богом и в сложных политических обстоятельствах пытался выжить и выполнить свою миссию избранника Божьего.

А следовательно, как это ни удивительно, можно считать, что те короткие три дня, которые я по воле случая провел в 1951 года в Израиле, я прожил в мире Ветхого Завета.

Что касается Евангелия и христианства, то здесь я во всем разобрался и все понял. Настолько, что, появись Иисус Христос в японской гостиной моего дома теперь, я бы охотно ответил на его вопросы и, думаю, он остался бы мною доволен, не то что раньше — был случай, когда Он вдруг появился и приветливо заговорил со мной, а я, остолбенев от изумления, ни слова не смог сказать Ему в ответ.

В Новом Завете говорится о том, что, согласно обету, данному Богом, в Вифлееме иудейском родился Спаситель, Христос, но поскольку до той поры люди считали, что Господь (Бог) может быть явлен только в облике царя или правителя, то, когда Он появился в облике простого плотника, они не только не поверили, что он Господь, но еще и убили Его, распяв на кресте. Убившие тоже были евреями. После смерти Христа Его немногочисленные ученики стали распространять Его Учение и благовествовать о Нем, но, к примеру, одного из них, Павла, его же соплеменники, иудеи, обличали и подвергали гонениям за то, что он, обращаясь с проповедью к иноплеменникам из Греции, Азии, других стран и многие муки при этом принимая, проявлял якобы непочтительное отношение к законам иудейским. Твердо держась своей веры, Павел был великодушен и терпим к людям, но эту терпимость иудеи сочли приспособленчеством и возненавидели Павла. Много мук претерпев за веру, окончил он свою жизнь, но пока был жив, время от времени посылал верующим разных земель послания, в которых излагал основы своей веры. Все послания его исполнены пламенной мощи, способной вдохнуть жизнь в души тех, кто прочтет их с должным вниманием. И таких вдохновенных людей в мире Нового Завета было немало, поэтому чтение его оказалось не только неутомительным, но в высшей степени увлекательным.