В дебрях Даль-Гея - Тупицын Юрий Гаврилович - Страница 16

Кайна замолчала. Молчал и Кронин, поражённый её необычной горячностью.

— Кайна… — начал было он.

Молодая женщина остановила его лёгким жестом. И уже обычным спокойным тоном сказала:

— Не относитесь серьёзно к моим словам. Я иногда бросаюсь в дебри философских рассуждений, а это вовсе не моя стихия. — Она заглянула Алексею в глаза. — Так и быть, я помогу вам отыскать Хаасена. Только будьте осторожны. И не вините меня, если встреча с ним доставит вам не только радость, но и горе.

— Вы говорите загадками.

— Что поделаешь? — вздохнула она. — Жизнь наша — сплошная загадка от начала и до конца.

— И разве это не прекрасно? — улыбнулся Алексей.

Глава 10

«Пристань» представляла собой странную смесь делового учреждения и коктейль-холла. Прямо против входа — стол, массивный сейф, вделанный в стену, микрокартотека с видеоскопом, диван и несколько кресел для посетителей. А правее, через широкий проем, прикрытый декоративными шнурами, свисающими с потолка, можно было увидеть миниатюрный бар: полдюжины маленьких столиков, высокая стойка, за стойкой массивная фигура бармена, а позади бармена — буфет, сверкающий металлом, разноцветным пластиком и бутылками самых различных форм и размеров. Повсюду ослепительная чистота, безукоризненный порядок.

Три посетителя сидели у стойки. Заметив вошедшего Кронина, Шпонк поднялся из-за хозяйского стола и, с неожиданной лёгкостью неся своё грузное тело, поспешил к нему навстречу.

— Рад вас видеть у себя, ленд, — с улыбкой проговорил он. — Надеюсь, устроились удачно?

— Благодарю, все в порядке, — улыбнулся в ответ Кронин, окидывая взглядом пустые столики.

Шпонк понял его без слов.

— Для посетителей ещё не время, ленд. Вечером — другое дело. Не хочу хвастаться, — в голосе Шпонка зазвучали нотки профессиональной гордости, — но Натти знает толк в экзотике. Его закуски и приправы на Дальге ценят. Проходите, ленд, присаживайтесь. Тинтер обслужит вас, вы будете довольны, я это гарантирую.

— А не могли бы вы лично обслужить меня? — рассеянно спросил Кронин.

Шпонк внимательно посмотрел на него, потеребил своё пергаментное ухо.

— Откровенно скажу, обычно я этим не занимаюсь, иначе за что же будет получать фарги Тинтер? Но иногда я делаю исключение. — Шпонк осклабился. — Сдаётся мне, что стоит его сделать и для вас.

Кронин принял особую милость Шпонка как нечто само собой разумеющееся и, сев за уединённый столик, в раздумье погладил подбородок.

— Сказать по правде, Натти, я поздно встал и недавно позавтракал.

— Тогда самое время выпить, ленд, — живо подсказал Шпонк.

— Совершенно верно.

В глазах Шпонка появился огонёк одобрения.

— Что-нибудь покрепче? — спросил он.

— Не возражаю. Я полагаюсь на ваш вкус, — сказал Алексей. — И не забудьте захватить рюмку для себя, Натти, — добавил он.

Через несколько минут, поколдовав около стонкя, Шпонк вернулся с подносом, на котором стояла резкая бутылка юбилейного кроча, прозрачный кувшин с зеленоватым соком айлы, а на изящной удлинённой тарелочке — самый обыкновенный, земной лимон, нарезанный тончайшими, как бумага, ломтиками, посыпанный сахарной пудрой и какими-то пряностями. Кронин усмехнулся про себя. «Хитёр, однако, этот лопоухий Шпонк. Пройдоха, играющий роль состоятельного человека, пришёл бы в ужас от стоимости такой выпивки».

— Присаживайтесь, Натти, — приветливо сказал он, наполняя рюмки золотистым напитком.

Шпонк, внимательно наблюдавший за реакцией Кронина, с натугой склонил короткую шею.

— Благодарю.

Он вежливо подождал, пока Кронин возьмёт рюмку, потом широченной лапой ухватил свою и вылил в себя дорогой кроч, как воду, даже не сделав ничего похожего на глотательное движение. Облизнувшись, он снова подождал, пока Кронин, смаковавший каждый глоток, допьёт до дна, и лишь после этого позволил себе взять кусочек лимона. Глядя, как Шпонк равнодушно, точно траву, жуёт лимон, Алексей улыбнулся и вновь наполнил его рюмку, оставив пустой свою.

— Прошу, Натти.

Шпонк покосился на пустую рюмку гостя, опять влил себе в глотку кроч и сжевал ещё кусочек лимона. Все это он проделал так, словно выполнял хотя и нужную, но нисколько не интересную работу. Алексей взял ломтик лимона, наклонился к Шпонку и спросил, чуть понизив голое:

— Контрабанда?

Шпонк равнодушно пожал плечами.

— Откуда, да и зачем мне знать, как товар попадает в Даль? Пусть об этом болят головы у ребят из полицейского управления. Мне приносят товар, я выкладываю фарги и забираю его. На остальное мне наплевать.

— Я слышал о вашей скромности, Натти. Поэтому и зашёл выпить рюмочку кроча именно к вам.

Произнося эту фразу, Кронин потянулся было к бутылке с крочем, но Шпонк решительным движением прикрыл свою рюмку ладонью.

— Редко встретишь такого щедрого человека, который вот так запросто угощал бы юбилейным крочем. Благодарю, я на работе, ленд. Одна рюмка — это просто рюмка, две рюмки — развлечение, а три и больше — это уже выпивка.

Шпонк рассмеялся, и его маленькие глазки совсем спрятались в сетке морщин. Кронин согласно кивнул, достал из кармана бумажник, вытащил из него крупную купюру и бросил на стол. С некоторой укоризной взглянув на него, Шпонк бережно, кончиками пальцев, взял бумажку, обернулся было к Тинтеру, чтобы тот разменял деньги, но Кронин остановил его:

— Сдачи не нужно. — И вполголоса добавил: — У меня к вам деловой разговор, Натти.

Шпонк посмотрел на него без удивления и проговорил с оттенком почтительности:

— Ещё раз благодарю, ленд, и внимательно слушаю вас.

Кронин медлил, разглядывая простодушное лицо хозяина бара. В какой степени ему можно довериться? Конечно, чем больше сейчас сделает он, Алексей Кронин, тем легче будет потом довести дело до конца Ивану. И все-таки…

На следующий день после посещения гленд-холла и странного разговора о Хаасене Кайна, ненадолго отлучившись, принесла голографию внешне ничем не примечательного человека. К удивлению Кронина, Кайна сказала, что это главарь одной из самых жестоких и беспринципных гангстерских шаек Даль-Гея, некий Эйт Линг. Эйт Линг давно объявлен вне закона, но по разным причинам, среди которых не последнее место занимает его «профессиональное» мастерство и изворотливость, его никак не удаётся изловить. Конечно, сама по себе эта фигура малоинтересна для землян, но Кайне достоверно известно, что Хаасен находится в руках этого Линга. Ходят слухи, что Линг очень жаден, поэтому проще всего попытаться выкупить Хаасена. Подобные сделки уже совершались этим гангстером неоднократно. Самое трудное в этом деле — отыскать Линга. Его местопребывание сохраняется в глубокой тайне. Кайне удалось узнать, что связь с внешним миром Линг поддерживает через один из баров, расположенных в районе космовокзала. Но что это за бар, установить не удалось, хотя, судя по всему, об этом известно хозяевам соседних заведений. Они молчат, и это естественно: Эйт Линг человек беспощадный.

В тот же день Кронин встретился со Снегиным, сообщил все, что удалось узнать, и предложил выяснить через Шпонка, где находится бар Эйта Линга. Ведь «Пристань» тоже в районе космовокзала. Алексей обещал лопоухому Натти навестить его, так что такой визит не должен вызвать у того никаких подозрений. Ну, а когда завяжется беседа — придётся действовать по обстановке.

После некоторого колебания Снегин согласился с этим планом…

И вот теперь Кронин приводил его в исполнение. Он сидел напротив Шпонка и ждал подходящего момента, чтобы перевести разговор на интересующую его тему.

— Натти, — начал он наконец, — мне надо встретиться с одним человеком. Я знаю, что он бывает у вас время от времени.

Глазки-пуговки спрятались в морщинах.

— Тогда захаживайте почаще, — не без юмора посоветовал Шпонк, — и если у вашего знакомого не изменился вкус, вы непременно с ним встретитесь.

Кронин ещё раз взглянул на простоватое лицо Шпонка, достал из бумажника голографию и показал её Шпонку. Хозяин бара вгляделся в снимок, и лицо его едва заметно дрогнуло: не брови, не ресницы, не губы, а именно все лицо, целиком. Дрогнуло и снова обрело привычное равнодушное выражение. Глазки-пуговки неторопливо перебрались с голографии на лицо Кронина.