В дебрях Даль-Гея - Тупицын Юрий Гаврилович - Страница 50

Сухо щёлкнул выстрел. Пуля прошла так близко, что обожгла щеку инженера, но он не остановился. Глаза Самсонова наполнились ужасом, пистолет отчаянно плясал в его руке.

— Стой! — вновь хрипло и умоляюще выдохнул он.

Спина отступавшего Самсонова коснулась стены, он вздрогнул и рефлекторно дёрнул спусковой крючок. Снова щёлкнул выстрел, а вместе с ним раздался испуганный крик Лены:

— Дин, что ты делаешь?

Самсонов затравленно обернулся. Рука с пистолетом упала, глаза потухли.

— Ещё и Лена? Нет! — Он перевёл измученный взгляд на Алексея. — Прощайте!

Глубоко вздохнул, посуровел, отчего стал похожим на того Дина, который был хорошо знаком Лене, и выстрелил себе в висок.

Глава 10

Заканчивая сервировку, Иван и Клим ходили вокруг стола: Клим расставлял десертные тарелки, а Иван раскладывал приборы. И то и другое они брали с посудного столика, который Лобов катил перед собой. Последняя тарелка вдруг заинтересовала Клима, он с любопытством оглядел её с обеих сторон.

— Она что же, без регулировки температуры? Без подогрева и охлаждения?

— Без.

— Хм! И как сюда попала эта археологическая диковина?

— Подарок президента консульству. Далийская редкость, небьющийся фарфор.

Клим скептически взглянул на Лобова и выпустил тарелку из рук. С мелодичным звоном тарелка ударилась о пол и, продолжая позванивать, покатилась.

— И правда не бьётся. — Клим ловко остановил тарелку носком туфли, положил на посудный столик дном кверху, а вместо неё взял другую, чистую.

Иван осуждающе покачал головой и укатил столик в кухонный отсек. Собственно, вместе с Климом, которому дежурство на этой дружеской вечеринке досталось по жребию, дежурить должна была Лена. Но Лену вызвали на срочное заседание медицинской коллегии, и Лобов взялся её заменить.

Усевшись верхом на стул, Клим с удовольствием оглядел сервировку — по его мнению, стол был накрыт просто роскошно. Все продукты и блюда — земные. Часть их выделило консульство, часть — стигмийская база, а остальное подарили экипажи космических кораблей — в личных вещах космонавтов часто имеется про запас, на случай неожиданного торжества, что-нибудь оригинальное. Стол украшали блюдо солёных рыжиков, каждый из которых не больше ногтя пальца, полуметровая дыня — даже не разрезанная, она наполняла комнату сладким благоуханием — и большая бутыль шампанского.

Покосившись на кухонный отсек, Клим потянулся к столу, взял вилку, наколол один рыжичек, оглядел со всех сторон и отправил в рот.

— Ну, как на вкус? — услышал он насмешливый голос Лобова.

Клим, не смущаясь, разжевал рыжик и прикрыл глаза.

— Пища богов! Амброзия!

Иван подошёл к окну, в которое смотрелись ярко освещённая зелень консульского парка и едва различимые звезды. Сорвал листочек, растёр между пальцами, понюхал и поморщился — запах был резкий, чужой. Клим, глядя на него, вздохнул, перевёл взгляд на часы и возмутился:

— Время, а никого нет! И это космонавты, люди, привыкшие считать доли секунды. Стыд и срам! Где Лена, где Тур? Где все?

— Кто поминает моё имя всуе? — послышался бас Хаасена.

Клим обернулся — Тур стоял на пороге комнаты. За неделю, прошедшую с момента освобождения, Хаасен обрёл прежнюю форму, только вдруг пробившаяся седина, запавшие глаза да непривычная холодность их выражения напоминали о пережитом.

Клим поднялся со стула и сказал с шутливой укоризной:

— Дорогой консул, вы опоздали на целых три минуты. А знаете ли вы, какое расстояние проходит за это время гиперсветовой корабль на крейсерском режиме? — Клим сокрушённо покачал головой. — Я краснею за вас, консул. Вдруг мы ждали бы вас не в банкетном зале, а на звёздной дороге?

— У гостиных и кабинетов свои законы, штурман. Они сложны и запутанны. А вообще-то. — Хаасен прижал руку к сердцу, — я приношу свои искренние извинения за опоздание.

— Вот это слова настоящего мужчины! Честное признание, без увёрток.

Лобов слушал этот обмен репликами с улыбкой.

В первые дни после завершения операции Хаасен был угрюм, рассеян — не так-то легко забыть гангстерские застенки. Энергичный и весёлый, Клим, конечно же, не мог остаться равнодушным и старался всячески расшевелить Хаасена. Очень скоро словесная пикировка, обращение друг к другу не по имени, а по должности стали у них привычной манерой общения. Лобов мог поклясться, что эти шутливые перепалки приносили Туру больше пользы, чем все лекарства, вместе взятые.

— Я тем более достоин снисхождения, — продолжал между тем Хаасен, — что принёс добрые вести об остальных. Всеволод должен быть с минуты на минуту. Его немного задержал президент. А Лена уже здесь. Она приехала вместе со мной, но зашла к Тике, чтобы её обрадовать — власти наконец-то разрешили девочке выезд из Даль-Гея.

— В конце концов, обошлись бы и без разрешения, — буркнул Клим.

Иван засмеялся:

— Да ты стал настоящим инсургентом, Клим!

Усаживаясь на диван, Хаасен поддакнул:

— Вот-вот. И куда только смотрит его командир? Недалеко и до межпланетных осложнений. Кстати, где Алексей?

Лобов и Клим переглянулись, потом штурман чуть улыбнулся и сказал:

— Точно не знаем, но догадываемся.

Хаасен понимающе кивнул. Иван отошёл от окна, подсел к Хаасену и, переводя разговор на другую тему, спросил:

— Чем кончились все эти далийские манифестации?

— А ничем. Прошлись по улицам с лозунгами, пошумели, побили кое-где витрины и разошлись. Да и что они могут сделать? Толпа идёт по проезжей части, а справа и слева по тротуарам едут эти жутковатые чёрные боевые машины, так сказать, почётный эскорт. — Тур пожал плечами. — В портовых кварталах за президента, в пригородах — вроде против, в центре — долой Яр-Хис! Ничего толком не поймёшь.

— Я смотрю, без Яр-Хиса тут не обходится ни одно серьёзное дело.

— Я столько слышал за последние дни о Яр-Хисе, — вмешался Клим, — что он начал мне сниться по ночам. В виде Змея Горыныча, каким его изображали на старинных иллюстрациях к сказкам. — Он снова оседлал свой стул и попросил: — Вы бы сжалились надо мной, консул, и рассказали толком, что представляет собой эта организация.

— И правда, Тур, — поддержал штурмана Лобов. — Неужели социальная комиссия ещё не разобралась с этим делом?

— Как раз сегодня подвели окончательные итоги, так что я к вашим услугам.

Социальная комиссия была создана из работников консульства под председательством Хаасена для уточнения общественной структуры Даль-Гея. При поддержке президента работа комиссии шла успешно. Тем более, что многие сведения были получены землянами уже раньше от Кайны Стан и Сайна Дагеля.

— Только не забывайте, консул, о том, что краткость родная сестра таланта. И что стол уже накрыт, — напомнил Клим. Он обернулся на лёгкий шум и, заметив входящего Снегина, громко добавил: — И о том, что точность — вежливость королей и послов.

Всеволод рассмеялся. В руках он держал роскошный букет пурпурных далийских цветов, которые земляне называли между собой бархатными розами.

— Из личного цветника президента. Для дам, — сказал он и огляделся. — Где же они?

— Удалились, оскорблённые долгим и бесплодным ожиданием. — Клим приподнялся, понюхал цветы, потом, удивлённо взглянув на Снегина, понюхал ещё раз. — Да они пахнут свежими огурцами!

— Совершенно верно, это самый модный у далийцев аромат. Всеволод бросил букет на подоконник я присел на диван рядом с Лобовым. — Я слышал что-то о краткости и о таланте?

— Нехорошо подслушивать, уважаемый посол. Некрасиво.

— Мы попросили Тура рассказать последние новости о Яр-Хисе, — пояснил Иван.

— О, — оживился Снегин, — это интересно.

Земляне в общих чертах уже знали историю Яр-Хиса. Он возник после окончания ядерной войны, когда Даль-Гей был наводнён многомиллионными массами беженцев со всех континентов, подвергшихся ядерным ударам и радиоактивному заражению.

В этом море голодных, грязных, неустроенных людей очень скоро начались болезни. То и дело вспыхивали эпидемии, борьба с которыми требовала максимального напряжения сил. Тогда и был создан медицинский совет. Он действовал очень решительно: ввёл жёсткие карантинные меры, принудительное лечение для тех, кто почему-либо уклонялся от него. Врачи работали с предельной нагрузкой, но их усилий оказалось мало. В условиях хаоса и неразберихи, царивших тогда в Даль-Гее, нередко происходили разного рода эксцессы, вплоть до вооружённых столкновений, и вскоре правительство было вынуждено передать в распоряжение медицинского совета значительную часть войск. Так, параллельно городскому управлению, в Даль-Гее возник второй орган власти, имеющий собственные вооружённые силы.