Ученик воина - Ходош Анна - Страница 28

Майлз улыбнулся и смиренно кивнул, вытирая вспотевшую ладонь о штанину в том месте, где могла бы находиться кобура.

Сбитая с толку Елена выложила на стол пятьсот бетанских долларов. Брови Ботари в изумлении взлетели вверх.

– Где ты все это взяла? – прошептал Майлз, когда она шагнула назад.

– Графиня… твоя мама дала мне их, – прошептала она в ответ. – Она сказала, что мне могут понадобиться деньги на личные расходы на Колонии Бета. Я не хотела брать так много, но она настаивала.

Осон пересчитал деньги и просветлел. – Так значит, это ты тут держишь банк, а, милочка? В этом капельку больше смысла. Я уж начал думать, что твои ребята что-то от меня скрывают. – Он склонил голову, тщательно ее разглядывая и сардонически улыбаясь. – А люди, которые что-то от меня скрывают, потом всегда очень об этом жалеют. – Деньги исчезли в его карманах вместе с жалким уловом прочих небольших и ценных вещиц.

Он просмотрел их грузовую декларацию. – Все верно? – спросил он старшего в той группе, которая привела Елену с Базом.

– В тех ящиках, что мы вскрыли, все сошлось, – ответил солдат.

– Они там в трюме устроили жутчайший беспорядок, – сквозь зубы шепнула Майлзу Елена.

– Ш-ш. Это не важно.

Капитан наемников вздохнул и принялся пробираться через различные файлы их личных дел. В одном месте он усмехнулся и взглянул на Ботари, потом на Елену. Майлз покрылся потом. Осон закончил проверку и расслабленно откинулся на спинку своего кресла перед комм-пультом, угрюмо взирая на Мэйхью.

– Это ты капитан-пилот, да? – спросил он безо всякого энтузиазма.

– Да, сэр, – ответил Мэйхью, изрядно натасканный Майлзом на предмет смирения.

– Бетанец?

– Да, сэр.

– А ты… Ладно, неважно. Ты бетанец, вот и ответ на вопрос. У вас больше всего чертовых чудиков на душу населения, чем кого угодно другого… – Он замолк. – Ну что, ты готов идти?

Мэйхью неуверенно глянул на Майлза.

– Проклятье! – заорал Осон. – Я тебя спрашиваю, а не коротышку! Уже одно то паршиво, что мне придется видеть тебя за завтраком следующие несколько недель. У меня от него несварение желудка будет. Ну да, улыбайся, мутантик, – это было уже адресовано Майлзу. – Держу пари, ты предпочел бы выпустить мне кишки.

Обеспокоенный Майлз привел в порядок свою физиономию. Он-то был так уверен, что выглядит смиренно. Может, дело в Ботари? – Нет, сэр, – выразительно произнес он, для пущей кротости моргая.

Мгновение капитан наемников сверлил его взглядом, потом пробормотал: – А-а, да пошло все к черту, – и поднялся.

Взгляд его снова упал на Елену, и он задумчиво улыбнулся. Елена в ответ посмотрела на него сердито. Осон поглядел по сторонам.

– Знаешь, что я скажу тебе, коротышка, – великодушным тоном произнес он, – можешь оставить себе своего пилота. Я сыт по горло всеми бетанцами, которых мне пришлось недавно забирать.

Мэйхью облегченно перевел дух. Майлз расслабился, испытывая тайное удовольствие.

Капитан наемников махнул в сторону Елены. – Вместо этого я возьму ее. Иди укладывай вещички, милочка.

Ледяное молчание.

Осон приглашающе ей улыбнулся: – Поверь мне, ты ничего не потеряешь, не увидев Тау Верде. Будь хорошей девочкой – и сможешь даже вернуть свои денежки.

Елена с расширенными глазами обернулась к Майлзу. – Милорд?… – проговорила она слабым неуверенным голосом. Это не было оговоркой, случайно соскользнувшей с языка: своего сюзерена она имела право просить о помощи. Майлзу стало больно, что она не назвала его по имени. Неподвижность Ботари дошла до самой крайней точки: лицо его было каменным и невыразительным.

Майлз шагнул к капитану, покорность моментально сползала с него. – Соглашение состояло в том, что вы может забрать нашего капитан-пилота, – заявил он ровным голосом.

Осон по-волчьи ухмыльнулся. – Я сам устанавливаю правила. Она пойдет со мной.

– Она не хочет. Не желаете брать капитан-пилота, выберите другого.

– Не беспокойся об этом, коротышка. Она прекрасно проведет время здесь. А на обратном пути можешь даже забрать ее назад – если она все еще будет хотеть отправиться с тобой.

– Я сказал, выбирайте другого!

Капитан наемников хохотнул и отвернулся. Пальцы Майлза сомкнулись у него на руке. Остальные наемники, наблюдавшие за представлением, не удосужились даже потянуться за оружием. Лицо Осона вспыхнуло от удовольствия, он развернулся на месте. Да он этого просто ждал, понял Майлз. Ну, так я…

Схватка была короткой и неравной. Захват, поворот, удар, от которого у Майлза зазвенело в голове, – и он рухнул лицом вниз на палубу. Рот наполнился металлическим привкусом крови. И в качестве запоздалой удачной мысли, в его живот врезался аккуратно нацеленный ботинок, заставив лежащего Майлза согнуться пополам и гарантировав, что в ближайшее время тот не вскочит на ноги.

Майлз скорчился в агонии, прижавшись щекой к жесткой терке покрытия. Слава Богу, не по грудной клетке, подумал он бессвязно сквозь пелену ярости, боли и тошноты. Он скосил глаза на ботинки, агрессивно расставленные перед его носом. Не иначе как в носках стальные пластинки…

Капитан наемников развернулся на месте, уперев руки в бедра. – Ну? – вопросил он команду Майлза. Молчание и неподвижность; все смотрели на Ботари, а тот, должно быть, был высечен из камня.

Разочарованный Осон с отвращением сплюнул – то ли не целился в Майлза, то ли просто не попал – и пробормотал: – Да черт со всем этим. Эту посудину не стоит даже конфисковывать. У нее вшивый топливный коэффициент… – И, уже повысив голос, обратился к своей команде: – Хорошо, загружайтесь и пошли. Идем, милочка, – добавил он Елене, крепко взяв ее за руку выше локтя.

Пятеро наемников, стоявшие до сих пор в разнообразных ленивых позах наблюдателей, шевельнулись, чтобы выйти вслед за своим капитаном.

Елена оглянулась через плечо и встретила пылающий взгляд Майлза; ее губы приоткрылись в понимающем «а», и она с трезвым расчетом вгляделась в Осона.

– Давай, сержант! – крикнул Майлз, бросаясь на заранее выбранного наемника. Все еще потрясенный своим столкновением с их капитаном и находясь под воздействием редкого для себя благоразумия, Майлз выбрал того, который только что оторвался от ближайшей стены. Комната словно взорвалась.

Стул – никто не видел, когда сержант сумел отцепить его от креплений – пролетел через комнату и врезался в наемника с нейробластером прежде, чем тот начал вытаскивать оружие. Майлз, занятый проводимой им в этот момент подножкой, услышал – хоть и не увидел, – как вторая жертва сержанта рухнула на пол со звучным шлепком и гулким «Уау!». Даум, тоже среагировав мгновенно, четко разоружил своего противника и бросил парализатор изумленному Мэйхью. Секунду тот пялился на оружие, потом очнулся, неумело его перехватил и открыл огонь. К несчастью, парализатор оказался незаряженным.

Наугад выпалил игольник; его заряд разорвался на дальней стене. Майлз со всей силой двинул противника локтем в живот и получил подтверждение своей высказанной ранее гипотезе, когда тот согнулся пополам, давясь рвотой. И вопросов нет – пьян. Увернувшись от блевотины, Майлз наконец довел до конца удушающий прием. Впервые в жизни он надавил в полную силу. К его удивлению, противник дернулся лишь пару раз и затих. Сдается, что ли? – потрясенно спросил себя Майлз и потянул того за волосы, чтобы откинуть голову и взглянуть на лицо. Наемник был без сознания.

Еще один наемник рикошетом отскочил от Ботари и двинулся, спотыкаясь, мимо Мэйхью, который нашел наконец применение своему парализатору в качестве дубинки. Наемник осел на колени, и Мэйхью врезал ему еще несколько раз, скорее в порядке эксперимента. Ботари, который с грохотом несся мимо, задержался, чтобы с отвращением произнести «Да не так же!», отобрать парализатор и вырубить наемника одним нанесенным точно в нужное место ударом.

Сержант тем временем принялся помогать Дауму с его вторым противником, и все было кончено, но тут из-за двери раздался какой-то вопль, сопровождаемый приглушенным хрустом. Капитан наемников, из носа которого капала кровь, лежал на полу, а сверху его прижала Елена.