Нет жизни никакой - Твердов Антон - Страница 27

Ллабух снова погрузился в размышления.

Он знал, что «много» — понятие относительное. Например, щупальцев у него сорок — это мало. А вот этим… у которых щупальцев всего по паре на брата, наверное, сорок — это много. Поэтому Ллабух сказал:

— Много.

Герр Мюллер обрадовался еще больше, снова выбежал за дверь и отдал приказ взводному прочесать всю территорию центра. Вернувшись, он хотел было вежливо поблагодарить Ллабуха за помощь, но тут в его голову вкралась неожиданная мысль.

«Странно, — подумал он. — О таких ужасных злодеях, как Вознесенский и Г-гы-ы, он говорит совершенно спокойно — как будто о приличных гражданах Цепочки. Очень странно. Может быть, он заодно с этими преступниками, похитившими генератор? Надо бы его допросить…»

Однако инструкция запрещала герру Мюллеру допрашивать Ллабуха, который официально не был пока ни в чем обвинен, даже не был задержан. Вполне вероятно, что кто-нибудь другой на месте герра Мюллера и отступил бы перед этим фактом, но герр Мюллер считал себя очень умным и хитрым, хотя на самом деле был нерасторопен и даже глуп.

— Разрешите с вами немного побеседовать, — изысканно проговорил герр Мюллер, в душе подивившись собственной изворотливости.

— Конечно, — ответил Ллабух.

Несмотря на то что центр развлечений состоял из одной только карусели, ифриты, выполняя приказ «тщательно обыскать территорию», столкнулись с неожиданными трудностями в лице потревоженных карликов.

Усопшие карлики, квартировавшие сейчас в Тридцать Третьем Загробном, на родной планете Гом считались племенем воинственным. И теперь, когда неуклюжие ифриты начали по винтикам разбирать карусель-шестерню в надежде обнаружить спрятавшихся Вознесенского и Г-гы-ы, топча при этом карликов огромными ножищами, крохотные создания вспомнили славные боевые традиции своей планеты и решили дать решительный отпор захватчикам.

Мгновенно поделившись на отряды, карлики выбрали временного предводителя, который тут же — для удобства управления — дал отрядам названия «Руки», «Ноги», «Головы» — и так далее. Отряд под названием «Ноги» численностью в несколько сотен особей занимался тем, что сковывал передвижение ифритов — и делал это с большим успехом. И вправду — как, скажите, может нормально передвигаться ифрит, когда на ногах его повисло до десятка визжащих и злобно чертыхающихся существ? Ифрит, взревев, пускал тогда в ход свои кулачищи, но карлик-предводитель пускал в ход отряд «Руки» — и ифрит почти полностью скрывался под массой маленьких копошащихся тел, из которой торчали только две ифритовы головы с оскаленными пастями. Лбы у милицейского состава Тридцать Третьего Загробного по твердости и убойной силе не уступали средневековым таранам, а зубы были острыми, как кинжалы, Но это не могло остановить вооруженных арматурными прутами карликов из отрядов «Голова» и «Зубы».

Через несколько минут после начала карлицкого наступления территория центра развлечений огласилась гневными воплями ифритов и победными кличами карликов. Взводный ифрит Изя бешеным рыком приказал перейти в контр-

наступление, но контрнаступление немедленно захлебну, лось, когда предводитель карликов выпустил на арену боевых действий пятьсот отборных бойцов, вооруженных странными приспособлениями, напоминающими каминные щипцы. Полтысячи карликов, соединенных в отряд «Мошонка», полностью дезавуировали и так ошарашенных ифритов — и взвод под предводительством Изи вынужден был отступить, хотя отступать было некуда: высокий забор, как уже говорилось выше, окружал центр развлечений, а ворота были на запоре, который охранял неразговорчивый Себастиан.

Взводный Изя первым подбежал к воротам и, попытавшись проигнорировать Себастиана, ринулся открывать запор. Себастиан, получивший от герра Мюллера четкий приказ — никого без приказания лично герра Мюллера за ворота не выпускать, схватил Изю за загривок и отшвырнул далеко в сторону, по несчастливой случайности как раз в то место, где томился в резерве, теребя в руках длинные иголки, карлицкий отряд «Ногти». Истошный вопль Изи, взвившийся в небо через несколько секунд после приземления, поверг ифритов в панику.

Себастиан грудью встал на защиту ворот, но взвод было уже не остановить. Ворота вместе с Себастианом опрокинулись на землю, ифриты, потерпевшие в бою с карликами сокрушительное поражение, нестройной толпой рванулись наружу — и очень скоро центр развлечений опустел. Карлики отступили за карусель, прихватив с собой в качестве заложников сильно помятых Изю и Себастиана.

— Что-то слабовато у вас по части развлечений, — заложив руки за спину, прохаживался по комнате герр Мюллер. — Одна карусель, да и то какая-то… несуразная.

— Наличие центра развлечений одобрено администрацией, — ответил на это Ллабух, которому порядком надоели бесцеремонные посетители.

«Хитер, черт, — с восхищением подумал герр Мюллер. —Так сразу его не поймаешь… Но погоди — я все-таки докажу твою причастность к преступлениям века…»

— Как заведующий этого предприятия вы, должно быть, желаете развивать индустрию развлечений в Тридцать Третьем Загробном? — продолжал герр Мюллер.

С этим Ллабух согласился. Ему и самому давно наскучило крутить визжащий рычаг и подвергаться издевательствам со стороны карликов.

— Но на развитие индустрии развлечений нужны немалые средства, — закончил свою мысль герр Мюллер. — Так ведь?

Ллабух пожал бы плечами, если бы у него были плечи. Но плеч у него не было, поэтому Ллабух только неопределенно качнул первой и третьей головами.

«Изворотлив, — думал герр Мюллер уже с некоторой досадой. — Просто так не поймаешь. Понял, к чему я клоню, и решил отмолчаться. Не выйдет».

— На вопросы представителя власти нужно отвечать! — мгновенно построжев, рявкнул герр Мюллер, — Тебе нужны деньги?

Не знавший значения слова «деньги» Ллабух снова замотал первой и третьей головой. А второй головой проговорил:

— Нахожусь здесь по распоряжению администрации. «Не поймаешь его никак, — закусив губу, подумал герр

Мюллер. — Что же делать?»

— И вообще, — добавил Ллабух, — мой центр развлечений находится не на вашем участке.

«Вот так фрукт! — мелькнуло в голове герра Мюллера. — Того и гляди самого куда-нибудь засадит!»

— Я здесь по заданию чрезвычайной важности, — как можно более внушительно проговорил герр Мюллер, на что Ллабух ответил:

— Центр развлечений, вверенный мне администрацией, находится на участке, контролируемом майором Михалычем.

И добавил еще:

— Моим хорошим другом.

Вообще-то Ллабух немного лукавил, говоря о том, что майор Михалыч был его другом, — соврал так, на всякий случай. Но его слова тем не менее произвели на герра Мюллера неизгладимое впечатление. Майора Михалыча герр Мюллер знал лично и очень не любил за то, что майор Михалыч очень не любил его — герра Мюллера. Довольно давно, когда начальник восемьдесят пятого отдела милиции сорок второго округа третьего района Тридцать Третьего Загробного Мира вместе со своим взводом ифритов проводил рейд по участку майора Михалыча, герр Мюллер из побуждений профессионального и человеческого долга решил подружиться с майором, подумав еще о том, что неплохо бы иметь приятеля в соседнем участке — по работе поможет или еще что-то…

Прежде чем ехать с визитом к майору, герр Мюллер навел кое-какие справки и скоро выяснил следующее — Михалыч и до своей загробной жизни — в мире живых — служил майором в войсках милиции. Служил неплохо, но, к несчастью, был горьким пьяницей, причем запойным. Запои случались у него примерно по две-три недели раз в месяц, и в последние дни запоя, когда заканчивались запасы спирта, водки, пива, портвейна, самогона, Михалыч принимал внутрь вообще все жидкости, хоть сколько-нибудь содержащие алкоголь. А когда заканчивались и такие жидкости, Михалыч употреблял то, что, казалось бы, употреблять вообще нельзя, — или шел к приятелю-охотнику, выменивал у него на служебные патроны таблетки сухого спирта и ел их, запивая водой из-под крана. И все ему было трын-трава — майор Михалыч за все время своей жизни ни разу даже в больнице не лежал с отравлениями. Но как-то в один черный запойный день, когда ни дома, ни в близлежащих окрестностях удача выпить Михалычу не улыбнулась, он залез в тещину тумбочку в надежде отыскать что-либо градусосодержащее — и нашел и проглотил ртутный градусник. Такого издевательства, понятно, его желудок не выдержал, и Михалыч скончался на месте — и оказался в Загробных Мирах. А здесь — в Загробных Мирах — Михалычу очень даже понравилось. Работал он по специальности, а смерти от запоя уже не опасался — и хотя местное «бухло» жабал в невообразимых количествах, мертвее от этого не становился, поскольку был уже мертв.