Нет жизни никакой - Твердов Антон - Страница 65

— Выполняем ответственное задание, — строго проговорил Изя. — Хотелось бы в общих чертах понять — что здесь происходит.

— А ничего особенного, — ответил полуцутик. — «Бухла» хотите?

— Себастиан! — радостно согласился Себастиан, а Изя для вида нахмурился и спросил:

— Взятку предлагаете, гражданин полуцутик?

— Да какая взятка… Тпру!

Тройка остановилась. Ноги коней заметно дрожали.

— Можете сесть отдохнуть, — милостиво разрешил полуцутик коням.

Кони тяжело грохнулись на задницы. Гномик сразу улегся на усыпанную лепестками роз дорожку.

Полуцутик бодро соскочил с саней, подошел к ифритам и протянул бутыль Изе, видимо, интуитивно выявив в нем главного.

— Такое дело, гражданин начальник, — заговорил полуцутик, обращаясь к Изе. — Эти вот сволочи — четверо покойников — посмели меня поработить и долгое время бессовестно пользоваться моими исключительными способностями. Теперь они строго наказаны за неуважение. Я ведь все правильно сделал? Все по закону?

— Хм… — все еще хмурясь, промычал Изя. — Вообще-то все, конечно, правильно… Но ведь преступников надо властям сдавать, а не заниматься самосудом.

— Да я хотел сдать! — воскликнул полуцутик, движением пальцев сотворив связку палочек пыха. — Я хотел сдать этих гадов… Возьмите пых, пожалуйста, это вам… Я хотел сдать, но потом подумал, что у загробной милиции и так хлопот хватает, а тут я еще со своими проблемами притащусь… Вы ведь не из-за меня в эту глушь прибыли?

— Нет, — ответил Изя, рассовывая по карманам своих шароваров пых, — а вы, полуцутик, знаете ведь законы Загробных Миров?

— А как же! — сказал полуцутик и прижал пухлые ручки к груди.

— А если знаете, то должны помнить закон сто пятнадцатый пункт двадцать первый — дача взятки должностному лицу при исполнении…

Полуцутик молниеносно сотворил еще две бутыли «бухла».

— …дача взятки должностному лицу при исполнении перестает считаться взяткой, если размером превосходит все мыслимые пределы, — закончил Изя.

Полуцутик поскучнел.

— У меня энергии на сотворение не особенно много осталось. Я всю энергию потратил на то, чтобы этих козлов заколдовать…

— А параграф двести тридцать пятый шестьсот восьмого закона Загробных Миров гласит…

— Сколько еще нужно?

— Две такие бутыли и две связки пыха, — быстро проговорил Изя.

Полуцутик несколько раз подряд щелкнул пальцами.

— То-то, — довольно проговорил Изя, расфасовывая добычу по карманам — своим и Себастиана. — Можете быть свободны, гражданин полуцутик.

Полуцутик неловко поклонился и побежал обратно к саням. Взмахнув крыльями, взлетел на них и хлестнул поводьями коней.

— А ну давай, залетные! Пошли!

Несчастные кони кое-как поднялись на ноги и снова потащили сани по дорожке. Гномик со стоном подобрал свою корзинку и продолжил свой путь, пятясь, хромая и стеная полным муки голосом:

— Славься, славься наш отец, полуцутик-молодец! Славься, славься наш отец, полуцутик-молодец! Славься, славься…

— Славься… — ржали кони.

Процессия, медленно проследовав мимо сидящих на лавочке ифритов, скрылась за домом.

— Вот, — сказал Изя, обращаясь к Себастиану. — Видел, как надо зарабатывать? Где ты еще добудешь столько пыха и «бухла»? Причем за бесплатно?

— Себастиан! — восхищенно проговорил Себастиан.

— Вот и я говорю, что нигде, — важно сказал Изя. — Законы надо знать, тогда и лавэ будет. Понял?

— Себастиан…

— Ага! — засуетился вдруг Изя. — Вот наш робот выходит. Прячь скорее добычу и ему ни слова о происшествии. Понял? А то еще делиться нас заставит. Он вон какой сильный, ему, пожалуй, не возразишь — дематериализует, на хрен, и все. Понял?

— Себастиан…

— Странноэ дэло, — проговорил робот Андроник, приближаясь к лавочке, — там в подвалэ явно располагалась какая-то подполная организация. Толко там никого нэт. Все перевернуто ввэрх дном. Бутыли пустыэ из-под «бухла» и всякая гадост. Клэтка разбитая и помет полуцутика вэздэ. Такое ощущэние, что в подвале дэржали пленного полуцутика. Хотя это нэвозможно — полуцутика нэльзя поработить. Ладно… Это к дэлу не относится… Слэдов прэступников также нэ обнаружэно…

— Как это? — расстроился Изя. — Мы потеряли след.

— Нэт, — ответил робот Андроник. — Нэ потэряли. Отсюда только одна дорога — в цэнтр колонии. Прэступники точно пошли туда.

— Ну да, — недоверчиво проговорил Изя. — А если они на периферии скрываются?

Робот Андроник усмехнулся.

— А чудовищ помнишь? Они прэступники, а не самоубийцы. Они в цивилизованную часть колонии пошли.

— И мы за ними! — воскликнул Изя и хотел вскочить с лавочки, но так как он был перегружен только что полученными взятками, не вскочил, а тяжело поднялся. — Идем! — повторил он.

— Себастиан! — поддержал Себастиан товарища и штаны, которые падали от того, что в карманах лежало четыре бутыли «бухла».

Робот Андроник молча кивнул и зашагал вперед — туда, где клубился серый туман периферии Пятого Загробного Мира.

Как того и следовало ожидать, ифриты и робот довольно быстро и без приключений добрались до контрольно-пропускного пункта центра Колонии X. Пройти через КПП для них тоже особого труда не составило, потому что Себастиан и Изя предъявили дежурному полуцутику К-ка-а служебные удостоверения, а робот Андроник— могучий металлический кулак.

— Проходите, — кивнул К-ка-а. — Только я собаку сторожевую сейчас на цепь посажу…

— Какая же это собака? — удивился Изя. — Это человеческий покойник.

— Я не покойник! — заплакал, лязгая цепью, сидящий на корточках худощавый хлыщ в перепачканном белом костюме. — Я передовик психоделического фронта и ветеран наркотических иллюзий! Я не покойник, я генеральный продюсер и оригинальный человек.

— Фу! — строго прикрикнул на хлыща К-ка-а. — Сидеть! Команды «голос» не было. Неотесанный еще домашний питомец, — пояснил дежурный полуцутик ифритам. — Мне его только недавно подарили. Одни хорошие товарищи.

— Я не домашний питомец! — взвыл хлыщ. — Я представитель прогрессивной прослойки общества! У меня у самого домашний питомец есть. Королевский карликовый пудель. Зовут — Коитус… Уважаемые галлюцинации! — взмолился хлыщ, поднявшись на ноги и снова пав на колени. — Дорогие галлюцинации! — заломил он руки, поочередно обращаясь к каждому из присутствующих. — Прекрасная рогатая галлюцинация, прекрасная усатая здоровенная галлюцинация, прекрасные двухголовые галлюцинации, отправьте меня, пожалуйста, домой! Я больше никогда-никогда не буду глотать таблетки и курить траву. Я даже пиво пить не буду… Ну пожалуйста…

— Фу! — снова прикрикнул на него К-ка-а. — Сидеть! Неотесанный, — повторил дежурный полуцутик, — но поддается тренировке.

Хлыщ горько рыдал, закрыв лицо руками.

— Н-да, — проговорил Изя, когда троица миновала КПП. — Как плохо, оказывается, быть человеческим покойником.

— Себастиан?

— Да потому что хлопотно, — пояснил свою мысль Изя. — Того и гляди превратят в коней, гномиков… А то и на цепь посадят…

— Себастиан, — вздохнул Себастиан, как обычно, соглашаясь со своим взводным.

— Что это, интересно, происходит? — пробормотал полуцутик.

— Ты ко мне обращаешься? — осведомился Никита. — Не знаю. Понятия не имею…

Трехэтажное восточное строение возвышалось на пятачке, куда выходили четыре улицы — с четырех разных сторон света. С четырех разных сторон света на пятачок стягивались четыре разных отряда.

— Повстанцы! — выдохнул Никита. — Вот так здорово!

— Вот так здорово! — растерянно проговорил полуцутик. — Надо же в какой момент попали в колонию… Всегда нам так не везет. Теперь мотать надо, пока нам кости не переломали…

— Ты же говорил, что колонисты не способны на решительные действия? — напомнил Никита.

— Значит, среди них объявился настоящий герой, — сказал Г-гы-ы.

— И кто из них настоящий герой? — спросил Никита.

На этот вопрос Г-гы-ы ничего не ответил. А между тем события на пятачке, где случайно находились и Никита с полуцутиком, разворачивались нешуточные. Отряд с север-