Терапия - Перес Кэтрин - Страница 37

Неловкость возникает между нами, и я понятия не имею, что сказать этой девушке. Она привлекательная, очевидно хорошо ухаживает за собой, и кажется достаточно милой, но я просто не заинтересован. Я только что понял, что потерял Джесс навсегда. В моем списке приоритетов сейчас нет пункта «Зациклиться на другой девушке».

Я скучаю по тебе, Джесс.

— Почему такой грустный? Некоторые девушки, должно быть, на самом деле увлечены тобой. — Она небрежно откидывается в своем кресле и скрещивает ноги.

— Что заставляет тебя думать, что я грустный?

— Твои глаза. У тебя ужасная печаль в глазах. Они заставляют меня задаваться вопросом, кого ты мог любить настолько, что это заставляет тебя так грустить. Почему бы тебе не рассказать мне об этом? У меня есть вся ночь. Мне говорили, что я хороший слушатель.

— Это был долгий день, долгий плохой день. Если честно, я не хочу говорить об этом. Просто скажу, что не ищу серьезных отношений на долгий период времени, — бормочу я и делаю глоток своего напитка.

— Достаточно честно! Что насчет веселья? У тебя есть какая-либо неприязнь к веселью? — спрашивает она, и улыбается мне небольшой, дразнящей улыбкой.

— Думаю, с весельем все в порядке.

— Великолепно. Тогда вставай и пойдем танцевать. У меня есть некоторые движения, и они все своего рода веселые, — смеется она, когда встает, покачивая бедрами из стороны в сторону.

Какого черта? Я почти пьян, Джессика собирается выйти замуж, и я чувствую себя так, будто кто-то вырвал мое сердце из груди и ударил по нему молотком. Я полагаю, что немного веселья и танцев не помешает.

15 глава

«Настоящая любовь всегда найдет путь назад».

Автор неизвестен

Джессика

Он просто сказал мне, что его сердце принадлежит мне. Я хочу в это верить, но тот факт, что он помолвлен, убивает все. Внезапно, тепло его тела чувствуется слишком обжигающим, неправильным. Я могу отключать свои эмоции с другими парнями, но не с Джейсом. Я не могу, не сейчас, не так. Я упираюсь ладонями в его грудь и толкаю его.

— Нет. Твое сердце не принадлежит мне. Ты отдал его кому-то другому, я не могу закрыть на это глаза. — Я выскальзываю из-под него и поднимаюсь в постели. Поправляю бретельки и хочу прикрыть себя чем-то, поэтому тянусь за халатом.

— Почему с нами всегда случается нечто подобное? То ты хочешь, то не хочешь. Не важно, что я делаю, никогда не узнаю причину, — говорит он и садится на кровати.

— Может, тебе стоит прекратить попытки понять меня, Джейс. Я о том, что ты стучишься в дверь поздно ночью спустя шесть лет и обрушиваешь эту бомбу о твоей помолвке с моим психотерапевтом! Ты приходишь вооруженный моими личными, очень интимными данными, достать которые, я более чем уверена, не законно, и ожидаешь, что я запрыгну с тобой в койку? Такое ощущение, будто не у меня одной тут поехала крыша.

Он опускает голову.

— Я не планировал затащить тебя в постель. Прости, что это так показалось. — Он выдыхает и с отчаянием потирает переносицу.

— Так происходит, когда я обнимаю тебя, я не могу ничего поделать, поэтому мыслями вернулся в прошлое. Потерять тебя было слишком тяжело. Я долго не мог принять тот факт, что ты больше не будешь частью моей жизни, — он останавливается, будто подбирая нужные слова. — Затем, найдя этот файл, найдя тебя, я пришел сюда, и меня переполняли миллионы эмоций. Я долго думал, мечтал о том, как встречу тебя снова. И когда ты наконец была у меня в руках, вся моя решительность рассыпалась.

Он смотрит на меня, и я крепко обнимаю себя за плечи. Я понятия не имею, что с нами будет дальше, но как бы то ни было, он должен уйти. Я не могу думать, когда он так близко, и чем дольше он здесь, тем больше мне наплевать на его невесту.

— Ты должен уйти. Ты не должен здесь быть. Ты хотел лично узнать о беременности и узнал. Больше, чем прости, я сказать не могу, так же как и изменить прошлое. Ты должен жить дальше своей жизнью, со своей невестой и забыть обо всем, забыть меня.

Стены спальни будто начали давить на меня, поэтому я ухожу из комнаты, подальше от Джейса. Я слышу его шаги позади себя, и каждый шаг заставляет сердце биться чаще. Говоря в этот раз «пока», я почувствовала всю обреченность, которую до этого никогда не ощущала. Я тянусь к дверной ручке, убеждаясь, что он понял намек. Ощущаю его руку на своем плече и вздрагиваю.

— Джессика, правильно это или неправильно, но мы всегда будем друг у друга под кожей. Все эти шесть лет я скрывал это. И этот файл выпустил все на поверхность, и сейчас я уверен, что не смогу снова скрывать это. Все, что было заперто внутри меня все эти годы, выплескивается наружу. Если я уйду и больше никогда не вернусь, все это навсегда будет гореть синим пламенем в моей памяти.

С каждым произнесенным им словом, я все выше и выше возвожу защитную стену. Он помолвлен, помолвлен с успешным врачом — потрясающим, красивым, успешным врачом. Я не могу соперничать с ней, и не буду. Прошло слишком много времени, слишком много мостов сожжено, и я недостаточно стабильна, чтобы справиться с этим. Не важно, как сильно я хочу его, это неправильно. Раньше, когда я была с Джейсом, это чувствовалось правильно, но сегодня это не так, даже стоять рядом с ним мне не хочется. К тому же, я думаю, он все еще думает, что я та же застенчивая, слабая девочка, которую надо исправить.

— Я не хочу сейчас с этим разбираться. Сегодня я узнала, что у меня серьезное психическое заболевание. По решению суда, я должна пройти курс терапии из-за вождения в нетрезвом виде. В больнице заметили, чего мне стоили все эти годы, и судья сжалился надо мной. И теперь я должна найти нового врача, потому что больше никогда не пойду к доктору Уорд, так как она помолвлена с единственным, кого я когда-либо любила. — Реальность происходящего очень глубоко меня ранит. И произнесенные слова обжигают горло. — И в тот же день, после долгих шести лет ко мне приходит парень, и вываливает тонну эмоционального дерьма. Мы больше не подростки. Надо мной не издеваются, и я больше не избитая девочка, которую ты каждый раз поднимаешь после падения, — говорю я, распрямив плечи и пытаясь выглядеть сильной.

— Ты не смог меня исправить тогда, и не сможешь сейчас. Я так же сломана, как и тогда, только теперь я пытаюсь найти силы в своей боли. — Он с жалостью смотрит на меня, и я ненавижу это. — Тогда я старалась быть невидимой; я пряталась ото всех и от всего. Сейчас же, все видят мою боль, и мне наплевать на то, что они думают. Я взрослая женщина, и даже если заблуждаюсь насчет многих вещей в своей жизни, у меня достаточно самоуважения, чтобы не прыгать в постель или делать что-либо еще с помолвленным мужчиной. Даже если этот мужчина ты. Пожалуйста, просто уходи. — Слезы заполняют глаза, но я сдерживаю их. Я не могу позволить ему увидеть мою слабость. Он раздраженно выдыхает, и я вижу годы сожаления в его ярко-голубых глазах.

— Я не пытаюсь исправить тебя. Даже если психиатр во мне хочет этого, это не то, что я пытаюсь сделать. Я лишь... Черт, я не знаю, чего хочу или что делаю. Я лишь знаю то, что чувствую. Я люблю тебя, Джессика. И никогда не переставал любить. Я думал, что больше никогда не буду с тобой, поэтому убедил себя попробовать полюбить другую, даже если и другим видом любви. — Мы стоим друг перед другом, осмысливая эти слова, и я делаю все возможное, чтобы он не проник сквозь мою защиту. Но чем больше он говорит, тем больше я слабею.

— Джессика, поверь, если бы тогда была кнопка, которую я мог нажать и выключить все чувства к тебе, скорее всего я бы так и сделал, но ее не было. Все что я мог сделать, это запрятать их подальше вглубь себя, будто ничего и не было, — сказал он, нахмурив брови и опустив голову. — Я возвел крепость вокруг любви к тебе и прятал ее, потому что только так я мог жить дальше. — Он снова смотрит на меня. Его глаза красные, и темные круги под глазами показывают, насколько изматывающим это было для него.