Черный замок - Тыртышникова Елена - Страница 144

— Не очень.

— А захотеть не хотите? — «настаивал» чародей. Вдруг он замер, словно к чему-то прислушиваясь, и затем резко спрыгнул на пол — ядовитая змея в стремительном броске. Многие члены Совета вскочили, готовые защищать императора от ужасного Хрона не на жизнь, а на смерть. Однако гость, даже не глянув в сторону Эфы и других потенциальных жертв, отошёл к стене, явно уступая для кого-то поверхность стола.

Внутри туннель перемещения оказался именно таким, как представился во сне. Точнее, лишь войдя в портал, Романд осознал, что привидевшееся в степи и есть внутреннее строение Туманного круга. Или Радужного — оба название подходили ему не только благодаря внешним, естественным эффектам. Юноша отчётливо видел стену-трубу клубящегося тумана, как и во сне она не вызывала приятных ощущений — чародея передёрнуло от омерзения. Хотя, что такого страшного в тумане?

К счастью, от белёсой мги людей отделяла другая стена — радужная. Здесь, вдали от солнца она выглядела точь-в-точь как мыльный пузырь, выдуваемый ребёнком из соломинки. В детстве Романду нравилось наблюдать за пузырями: за их несмелым появлением на конце трубочки, за увеличением от ещё некрасивой горошины до крупного яблока с тонкими переливающимися стенками. Они уже блестели и находились в постоянном движении, при этом почти не дрожали, как вначале… а потом пузырь лопался и падал на пол тяжёлой пенистой, мыльной каплей. За любованием на недолговечную жизнь в целом бесполезного чуда малыш Род даже забывал капризничать, когда его купали. Вдруг припомнилось, что первым пускал для мальчика пузыри не кто иной, как отец: он заставлял пузырьки танцевать по всей комнате, а ещё у него было колечко на палочке, из которого пузырьки вылетали стайками. Они отличались небольшими размерами, но кружились исключительно над лоханью для мытья и очень долго, всегда вызывая радостный смех Рода.

— Что дальше, Романд?

Заданный Ёорундо вопрос оказался донельзя актуальным. Они вошли-вползли в Радужный круг втроём: Имлунд лежал на полу, упругом и таком ненадёжном на взгляд и ощупь, братья сидели рядом и держали спящего отца за руки.

— Представления не имею, Руно.

О Кругах Романд знал исключительно по книгам, чего для ответа на экзамене вполне хватило — требовалась только теория. Но сейчас возникла острая необходимость в практике… под чьими-нибудь руководством и подсказкой. Да только вот из троих путешественников среди Миров лишь Романд смыслил в магии переноса, но окружающая действительность существенно отличалась от искусственных порталов. Раньше юный чародей случайно да самостоятельно или при помощи чужой магии перемещался в другую точку Мира мгновенно. Естественно, небезопасное развлечение — кто знает, что там в конце? Впрочем, Мир старался вытолкнуть пространственного «ходока» в пригодную для того точку… Например, не в толщу камня, а воздушный мешок в оной.

— По-моему, надо идти вперёд, — Романд вспомнил о туннелях: многие чародеи ими пользовались именно из-за проблем с пунктом выхода, хотя времени такое перемещение отнимало гораздо больше, чем прямое, к тому же, оно требовало от творца постоянного напряжения. Внутри очень опасно: шаг в сторону — и нет чародея. — Пока не увидим свет.

— И долго?

— Скорее всего — да.

— Мы не сможем, — Ёорундо покачал головой. Он был прав: последний бросок к Радужному кругу отобрал последние же жизненные силы. — Ты говорил, что здесь работает магия. Перенеси нас в Главель. Или прямо домой, в родовой замок.

— Я не умею, — Романду снова хотелось плакать. — И я забыл, что чародейство в естественных порталах искажается. Результат непредсказуем!

— Род, ты забыл другое — ты случайный. Непредсказуемость — твоя стихия! — старший брат внимательно посмотрел на младшего. — Да и терять нам уже нечего.

— Наверное. Но я могу лишь выкинуть нас прочь отсюда — достаточно, я думаю, разорвать радужную стенку… — юноша нахмурился, его осенило. — Подожди! Руно, ты же перемещался вслед за нами, а не вместе. Так ведь?

— Да. Это как-то связано с приказом тебя убить.

— Что если мы воспользуемся этим? Я пробью дыру в туннеле, а ты пожелаешь переместиться в то место, где ты сможешь набраться сил для моего уничтожения.

— Романд! Я не хочу тебя убивать!

— Это шанс, брат. И ты ведь сам, только что сказал: нам уже нечего терять… И сразу ты меня не убьёшь, а потом мы справимся! Маг я, или нет?! — юноша сглотнул. — Ты пострадал из-за меня — следовательно, я в ответе…

— Пострадал? — не понял Ёорундо.

— Да. Ты хотел спасти мне жизнь!

Брат ничего не ответил — всё-таки Романд действительно непредсказуем. Даже в своей непредсказуемости, как бы оно странным ни казалось.

— Тогда вперёд? — уточнил тот. — Доверимся моей случайности!

— Вперёд!

Мысль о резком заболевании Преждевременной памятью минула Совет и к нему примкнувших по разным причинам. Керлик, например, не присутствовал на двух предыдущих представлениях — разве что на последнем косвенно. Алай Тхай аналогично — на первом.

Очередной портал перемещений, хоть и открывался над всё тем же злосчастным столом, не походил ни на прилёгший отдохнуть смерчик, ни на цирковой фейерверк. Теперь это был круг болотных огоньков-обманок. В отличие от первых двух порталов он не расширялся, а наоборот сужался: неверные, словно и впрямь исходящие от гнилушек или пещерных грибов огоньки выплыли из стен, осторожно обогнули людей и собрались по периметру стола. Каждое маленькое пятнышко мутноватого света неожиданно вспыхнуло, соединив пол и потолок, — от вспышки Эфель отшатнулся, да и Керлик, предусмотрительно отошедший подальше, вздрогнул. Затем «столбики» расширились, сливаясь с соседними, и свет заполнил образовавшийся над столом «круг».

— Что за мода пошла?! — рявкнул Эфа. Не любил он беспорядок и магию.

— Это не мода, — Новелль перемигнулся с остальными чародеями. — По-моему, это спонтанный портал…

— Я бы сказал, природный, — уточнил Эфель.

— Верно, природный, естественный. А конкретно в этой комнате и над этим столом из-за предыдущих перемещений истончилось пространство — нерукотворный портал и притянуло. Здесь легче осуществить выброс инородных тел. Природа (и природная магия в том числе) стремится идти по наиболее простому пути.