Черный замок - Тыртышникова Елена - Страница 171

Романд и Льеэфа Л-лотай держались непринуждённо, будто всю жизнь только тем и занимались, что на пару шлялись по официальным приёмам — только очень и очень намётанный глаз смог бы заметить, что отец и сын не общались друг с другом. Если же они были вынуждены говорить, то ни тот ни другой на собеседника не смотрел и обращался исключительно к воздуху или ближайшему подходящему предмету, вроде стола, салатницы или рукава собственного камзола. При этом они мило сидели рядом, раздавали комплименты окружающим, вступали в дискуссии и вообще вели себя естественно. Прирождённые правители.

Здесь находился и герцог Имлунд Зелеш, который вызывал священный трепет. Казалось бы самый известный в империи рогоносец, но вот же — вывернулся, не придраться. Снова защитник и воспитатель правящей династии! Снова спаситель Гулума! И прочая, прочая, прочая… Авторитет первого советника поддерживали и император с престолонаследником, и старший сын. Наверное, и средний тоже, но он на свадьбу не явился, так как был серьёзно болен и безвылазно сидел в родовом замке под присмотром жены.

В остальном семейство Зелеш прибыло почти полным составом: удивительная жена престолонаследника, грозная и таинственная Хрон — она обращала на себя внимание и отпугивала потенциальных собеседников одним взглядом страшных и необычных тёмных глаз. Конечно же принцесса Руника Спасающая — несмотря на постоянные отказы, мужчины не теряли надежды когда-нибудь добиться хотя бы благосклонной улыбки сестры императора. Красавица младшая герцогиня — она старалась не отходить от мужа и с тревогой следила за четырьмя дочурками. Старшая, надо признать, уже успела отличиться: отшила одного из сирен в таких выражениях, что папенька, Феллон Зелеш, даже покраснел, но ничего не сказал. Наблюдавшие эту сцену остальные отцы лишь завистливо вздохнули: какое воспитание! Устоять перед обаянием сирены!

Собственно, с выходки старшей внучки герцога Имлунда торжество плавно перетекло во вторую стадию. Стадию настоящего всеобщего веселья. Первыми, конечно, наплевали на правила и прочую надменность дети и маги, за ними подтянулись и остальные.

Новелль Спящий предпочёл следить за развитием праздника с той самой беседки-караулки, которая высилась в центре лабиринта из кустарника: хороший обзор, к тому же, наблюдение куда безопасней участия во всевозможных розыгрышах, а иногда и в хулиганстве, которое творилось внизу.

Утвердиться в правильности данного решения помогла неудачная попытка стянуть туфельку с ножки невесты — великий магистр получил этой самой ножкой в глаз, ещё помнящий кулачок жены. Хорошо, что Лоран по ряду причин не поддалась веянью моды — в Главель снова возвращались шпильки! Впрочем, каблук Тина по шее тоже не вызвал приятных ощущений. Поэтому Новелль с чистой совестью посчитал себя проигравшим Эфелю — раз в полвека можно. Да и «Слёзы Тьмы», как утверждают специалисты недурственное вино, белый магистр на дух не переносил.

Всё перечисленное и привело Новелля на вершину башенки. И теперь он мог видеть, сколько ещё человек удостоились душевного «подстольного» приёма, кто какую пакость сотворил и чем заняты гости в целом. Интересное времяпрепровождение.

К некоторому удивлению Зелна дамы воспользовались порталом скорее с опаской, нежели с восхищением проделанной работе. Долгие годы живя в столице, будучи магом и вращаясь в высоких кругах, чародей уже позабыл, что магические переносы достаточно редкая и дорогостоящая вещь.

На свадебной поляне уже вовсю веселились, что Зелн счёл хорошим знаком. Следовало поздравить молодожёнов, но так как громадный торт всё ещё накрывал силовой купол, мастер решил погодить с официозом и потянул Рэллу на площадку для танцев, благо Тин и Лоран кружили в центре оной. Знакомиться лучше в дружественной обстановке.

Однако не успел Зелн проделать и пару шагов, как позади раздался восхищённый голос матушки:

— Иму? Мой господин, как давно мы не виделись!

Чародей резко обернулся, чтобы увидеть светловолосого мужчину, кланяющегося старшей баронессе Друг.

— Да, давно, — согласился мужчина и поцеловал даме руку.

И два образа слились в один: провожатый Зелна и герцог Зелеш оказались одним и тем же человеком. Но это значит…

— Прошу извинить меня, — Зелн кивнул. — Я на минутку. Дамы. Герцог.

— Ты куда, Зелн? — встрепенулась матушка.

— Да так, — буркнул чародей. — К учителю надо. Герцог, могу ли я вас попросить?..

— Молодой человек, я знаком с вашей матушкой очень давно, так что был бы рад поговорить с баронессой и показать дамам здесь всё, — изумительно улыбнулся Имлунд. — Кстати, магистр Новелль во-он в той башенке.

— Спасибо. Я скоро, — поблагодарил молодой барон и двинулся в указанном направлении.

— Магистр Новелль? — удивилась Дамалла. — Не Новелль ли Спящий, глава Круга Старших?

— Он самый, — кивнул герцог. — Зелн способный мальчик.

— Да. Он у нас мастер.

— И наверняка не сказал, что третей ступени? — Имлунд подвёл женщин к танцевальной площадке. — Ну что, дамы, покажете столичным снобам, как пляшут на границе?

Впервые за этот день да многие годы баронесса Дамалла Меркуш рассмеялась и позволила какому-то мальчонке утянуть себя в весёлый круг. Как позже выяснилось, мальчонку звали Керейном Среброруким.

Как только Зелн взобрался на башенную площадку, раздался хлопок и рядом с белым чародеем материализовался Эфель Душевшый.

— Вы всё знали о моей помолвке! — рявкнул Зелн.

— Ты всё-таки расскажи, что за племянник! — вторил ему тёмный магистр.

И лишь после хорового вступления новоприбывшие заметили, чем занят Новелль Спящий. Тот, опасно усадив Умеллу Облачную на низенькие перильца, самозабвенно целовался с женой. Двойной вопль не заставил супругов прерваться. Только закончив, они всё же соизволили обратить внимание на «вопрошающих».

— Знал, — вздохнул с явным сожалением Новелль. — И что? Ты полагаешь, я могу что-то противопоставить Змею.

— Если бы захотели…

— А ты хочешь? — резонно поинтересовался магистр.