Гонки по паутине - Уайлд Томас - Страница 43

— "Юниверс", приготовиться, вы следующие.

— Вас понял. Центр, — отозвался Дефо и взглянул на Майка. — Полагаю, ты умеешь считывать показания.

— Да, я несколько часов занимался этим на вашем тренажере.

— Он немного подпортился с тех пор, как какой-то клоун врезался на нем в Клипсис.

— Не повезло парню, — Майк постарался сказать это равнодушным тоном.

Когда они получили подтверждение, Дефо направил огромный корабль в экваториальную зону подпространства. Тьма застлала все......и они очутились в разгоночном круге, быстро набирая скорость. Нос корабля неустойчиво зашатался. Майк держал руки над рычагами управления, но их самих не касался.

— Хочешь, я поведу?

— Если захочу, сам тебе скажу, Мюррей.

Меньше чем через минуту из разгоночного круга их выбросило на пустой трек. Дефо запустил серию программ автоматического диагностирования. Корабль перевернулся в груве, включились реактивные двигатели, и на экранах технического состояния высветились цифры. Прозвенело предупреждение, затем вырубились два основных двигателя, и Майк почувствовал небольшую волну. Двигатели заглохли, а экраны заполнились цифрами и графиками. Затем включились два оставшихся двигателя, немного поработали и отключились. Еще цифры.

— Этот корабль несколько недель не был на треке, — сказал Дефо. — Экспонировался на какой-то выставке или еще каком мероприятии. Надо бы убедиться, что из него ничего не вывалится, прежде чем заходить внутрь. Информация на экране компьютера сменилась, когда из пита поступили инструкции по подстройке систем. Команда техников в рубке пита сосредоточенно обсуждала телеметрические данные и ожидала предложений от более мощных компьютеров.

— Третий нагрелся, — сообщил Майк. — И еще не работает один из охладительных насосов.

— Я знаю, — сказал Дефо. — Но об этом тебе не стоит беспокоиться.

Для этого у нас есть техники.

— Да, но...

— Они видят то же, что и мы, и даже гораздо больше. Пусть делают свою работу, ладно?

— Отлично.

Майк расслабился в кресле пилота, и ему больше ничего не оставалось, кроме как разговаривать с самим собой.

«Крупная ошибка, парень. Это была крупная ошибка». В конце концов Дефо позволил Майку пролететь на «Юниверсе» по главному треку, но в ответвляющийся туннель влететь не дал. Майк вновь почувствовал себя оказавшимся в детском саду спидвея. «Это деградация, парень. Пукнуть нельзя не по распорядку, часы потрачены впустую, да и что там — Дефо определенно был пищальником».

Испытательный заезд продвигался по-черепашьи медленно, и Майк зевал от скуки. Вот и вверяй себя крутой команде, чтобы налетаться до чертиков. Отдыхая в свободную от работы смену в своей комнатушке в захудалом отеле, Майк вытянулся на кровати и стал разглядывать компьютерную распечатку сертификата мастера на его имя, приклеенного скотчем к стене. Синдикат Гэйяры подбросил ему немного деньжат на более комфортабельное обустройство, но Питфол был забит таким количеством гостей к трехсотлетним торжествам, что Майк решил остаться на прежнем месте. Немного погодя Майк погасил свет и погрузился в мир грез. Он видел себя за рычагами управления «Юниверса», несшегося по спидвею, молнией пролетавшего сквозь мерцающий трансферный туннель, опаляя обшивки кораблей, настолько огромных, что едва хватало места для их обгона. Он видел себя рядом с обожженным после гонки кораблем, с героическим выражением на перемазанном сажей лице, по которому струился пот, на церемонии вручения серебряного трофея. Яркий свет софитов домовизора бил в полуприкрытые глаза.

— Главный Чемпион Майкл Мак-Алистер Мюррей... — объявлял диктор.

Джесс был там, и Таила, и Лек Крувен — все улыбались, кивали головами и гордились своим знакомством с Майком в нелегкие для него времена, предшествовавшие часу триумфа.

Был там и Спидбол, в заново отполированном и блестевшем гоночном психоносителе; Скарфейс сидел на его плече, как на насесте, вереща и поскуливая, вид у него был патетически-растерянный. Майк прервал свои мечтания, обеспокоенный мыслями о Спидболе со Скарфейсом. Что, черт возьми, с ними случилось? Где они? И когда — если вообще когда-нибудь — вернутся?

Майк набрал в грудь спертый воздух темной комнатушки.

Внезапно для него перестало иметь значение то, что произошло два дня назад на треке. Победа ничего не значила, если он не мог разделить ее с друзьями... Майк опять летел на «Пауке» на пурпурную планету, всю обратную дорогу игнорируя настойчивые вопли Рэйбо.

— Мне безразлично, что ты скажешь, — повторял Майк. — Я не оставлю его здесь. Он уже однажды оставался в одиночестве. Майк вел корабль над кучами земли, следуя едва приметным тропкам в пурпурной траве. Остальные молчали, но он знал, что для них это было пыткой. Они-то думали, что уже находятся на пути домой.

Всего лишь небольшая задержка. Совсем ненадолго... Он нашел лужайку и приземлил судно на той же тропинке, с которой они взлетали.

— Я сейчас вернусь.

Спидбол открыл внутренний люк, и Майк, не говоря ни слова, сошел вниз. Открыл нижний люк и вывалился на землю. Единственными звуками, которые он слышал, отойдя от «Паука», было жужжание насекомых и шуршание ветра в кронах розовых деревьев, окружавших лужайку. Он хлопнул в ладони — раздался громкий звон.

— Клайно-вор! — закричал он. — Клайно-вор! — Ничего, никакого ответа. Он подумал, что я специально забыл его.

— Клайно-вор! Черт возьми! — Майк пристально обвел глазами линию деревьев, пытаясь разглядеть неуверенный взмах морщинистых серых крыльев летучего ящера. — Давай же, ты, дрянной маленький монстр! Я не улечу без тебя!

— Поторопись, Майк, — сказал Спидбол. — Нам нужно посетить кое-какие заведения и встретиться с кое-какими людьми. Майк проигнорировал его и стал пересекать лужайку, пытаясь смотреть сразу во все стороны. Ничто не шевелилось, не верещало, не пищало.

— Проклятье, — прошептал он.

Еще через несколько минут по лужайке рысью пробежал Спидбол и схватил его за руку.

— Брось, Майк. Он наверняка куда-нибудь улетел.

— Он здесь, — сказал Майк, высвобождая руку. — Я знаю это.

— Ему могло здесь понравиться, Майк. Наверное, поэтому его и не оказалось под рукой, когда мы взлетали.

— Его здесь не было, потому что я отправил его отсюда — и не позвал назад, когда пришло время лететь.

— Ты не знаешь этого наверняка.

— Ты торопишься? — спросил Майк. — Ну тогда уматывай.

— Я не могу этого сделать.

— Черт возьми, я просто не могу улететь... — Он остановился. — Что это? — Он неуклюже подбежал к темнеющей насыпи.

— Скарфейс!

— Это не он, — сказал Спидбол. — Здесь я похоронил тех ребят, которых мы нашли в «Пауке».

Майк не слушал. Он видел кучи земли, но это было не все. Там что-то шевелилось, движения были медленными, словно доставляли существу боль.

— О, нет...

Это был Скарфейс. Он лежал мордочкой вниз на разрытой земляной куче, крылья его трепетали. Он раскапывал могилу, пытаясь добраться до... кого-то.

Майк припал рядом, окликая его по имени. Приподнял зверька — веки его были наполовину прикрыты, огромные темные глаза безучастно таращились в пустоту.

— Я вернулся, — проговорил Майк. — Я не хотел тебя бросать.

Скарфейс не шевельнулся.

— Что с ним случилось? — спросила Марджи, которая успела выйти из корабля.

— Я не знаю, — ответил Майк. Он прижал клаат'кса к своему стальному лицу, но не смог уловить никакого психического импульса. — Он в обмороке.

— Он сирота, Майк, — сказал Спидбол. — Они никогда не живут долго вдали от своей семьи.

— Я был его семьей, — возразил Майк, прижимая животное к лицу. — Почему он...

— Потому что ты не Майк, — отрезала Марджи. — Дай его мне.

Она вытащила Скарфейса из нежных стальных объятий Майка и поднесла к своему лицу.

— Давай, малыш. — Клаат'кс через поднятый щиток шлема дотронулся до ее подбородка своими маленькими лапками. — Вот так, — сказала она, когда он гладил ее по щекам. Затем девочка негромко вскрикнула, ее тело стало жестким, глаза зажмурились. Скарфейс приник к шлему и плотно обвился вокруг, чтобы получше ухватиться за ее лицо. Его глаза тоже были закрыты. Потом Майк услышал звук, который животное раньше никогда не издавало.