Владычица снов. Книга первая - Уайли Джонатан - Страница 62

Она направилась в сторону пирамиды, пошла сперва медленным шагом, потом все быстрее и быстрее и вот уже сорвалась на бег и помчалась что было духу. И все же бесцветные здания по обеим сторонам улицы, казалось, оставались на месте — и это означало, что на месте остается она сама. Чем быстрее она бежала и чем более отчаянные усилия прилагала, тем меньше ей удавалось. Пирамида, словно дразня ее, оставалась на одном и том же расстоянии от бегущей к ней девушки.

И вдруг настала ночь, молочный туман, стоявший в воздухе, потемнел. В сновидениях время не является постоянной величиной, вспомнилось ей.

Ребекка остановилась, с трудом совладала с дыханием и, затрепетав, огляделась по сторонам.

Из одного из безмолвных зданий тихо выплыл и заскользил навстречу к ней призрак. Ребекка попыталась вскрикнуть, но не смогла. Зыбкий сперва, призрак затвердел и превратился в ходячий скелет, а вот уже его голые кости начали обрастать плотью и жилами, появились кожа и волосы, глаза стали огромными, как две сочные сливы.

Призрак остановился прямо перед Ребеккой и протянул к ней словно бы гуттаперчевую руку. В руке был круглый поднос из белого камня. Ребекка взяла поднос — и призрак тут же исчез. Опустив глаза, она увидела, что держит уже два подноса — по одному в каждой руке. И оба были покрыты высеченными на камне буквами, но эти буквы не складывались в слова. Выглядело это так, как будто порядок букв намеренно спутали, и Ребекка в отвращении чуть было не отшвырнула каменные подносы.

Но тут земля у нее под ногами затряслась, Ребекка и сама зашаталась, отчаянно пытаясь сохранить равновесие. Мостовая и стены домов пошли крупными трещинами, Ребекка почувствовала, что галька, которой была крыта дорога, начала впиваться ей в подметки, норовя пробуравить их насквозь. И вдруг вся улица наполнилась толпами таинственных мертвецов, и все они вытягивали шеи и указывали костлявыми пальцами в небо. И все — уже закатившиеся глаза тоже смотрели вверх, словно мертвецы надеялись вознестись в небеса.

Ребекку охватила непонятная тоска — такая сильная, что горло у нее отчаянно разболелось. И тут послышались голоса — сперва это было лишь дальнее эхо, потом, по мере того как исчезали видения, окружившие девушку, голоса, напротив, становились все громче и громче. Она понимала, что спасается, понимала, что вот-вот проснется, и испытывала громадное облегчение, и все же голову ей сверлило назойливое воспоминание. Или напоминание.

«В следующий раз запомни буквы…» Она торопливо посмотрела на камни, которые по-прежнему держала в руках. Они тоже постепенно исчезали, и Ребекке уже пришлось приложить немалые усилия, чтобы рассмотреть буквы, прежде чем те пропали окончательно.

О Х Р А Н

С Я И

Ч Н Е Д Т

О Е

О Г С И Р

«Другую руку! Быстро!» — поторопила она себя. Голоса мертвецов вокруг вопили душераздирающим хором.

О Л Ь Ю П

Сон проходил, утекал, как речная вода, на которой играют блики солнца.

С У А

«Погоди! Мне уже ничего не прочесть!»

Д Д В У А

О Т

Последняя строчка пропала — и Ребекка очнулась в собственной постели. Во рту у нее стоял вкус соли. Слезы бежали по лицу и набирались в рот. Еще раз всхлипнув, она села, поискала носовой платок, нашла его, вытерла лицо.

— Я попыталась, Санчия, — произнесла она вслух. — Я попыталась.

Горло у нее отчаянно болело.

Глава 27

— Должно быть, на старости с ума схожу, — бормотала нянюшка, передавая больной чашку со своим варевом.

— Спасибо. — Ребекка с удовольствием отхлебнула.

— По крайней мере, на этот раз я дождалась, пока ты не проснешься сама.

Нянюшка принялась хлопотать, привычно наводя в комнате порядок, тогда как Ребекка, приняв целебное снадобье, попыталась привести в порядок собственные мысли.

— Нянюшка, тебе нынче ночью снилось что-нибудь? — в конце концов не выдержала девушка.

— Может, и снилось, только я не запомнила, — отозвалась старушка.

«В следующий раз запомни буквы…»

Ребекка решила, было подняться из постели, но гневный оклик нянюшки заставил ее отказаться от попытки.

— Куда это ты, барышня, собралась?

— Мне надо кое-что записать, — ответила Ребекка.

— Оставайся в постели, — распорядилась нянюшка. Затем, взглянув на расстроенную Ребекку, добавила: — Я принесу тебе перо и бумагу.

Она пошарила по ящикам письменного стола, нашла то, что искала, и подала Ребекке.

— Спасибо.

У Ребекки побаливала голова, и на самом деле ей вовсе не хотелось вставать.

— Только не пролей чернила на простыни, — предостерегла нянюшка.

— Да уж постараюсь.

Ребекка быстро записала буквы из сновидения — те, которые успела запомнить, — и попрекнула себя, что не успела досмотреть до конца высеченное на втором подносе. Нянюшка подозрительно наблюдала за ней.

— Ну и что это такое? — осведомилась она.

— Своего рода головоломка, — пояснила Ребекка. — Или, если угодно, загадка.

— Глупость какая-то, — пренебрежительно бросила Нянюшка, спеша убрать перо и чернила в безопасное место.

«По-моему, тоже глупость, — подумала Ребекка. — Но глупость, имеющая важное значение. Непременно!» Но как она ни старалась, ей не удалось вычитать никакого тайного послания из хаотического нагромождения букв.

Утро прошло как в тумане — это уже подействовал нянюшкин отвар. Ребекка поспала, потом вновь принялась размышлять о ночном сновидении. И снова в недоумении уставилась на записанные буквы.

Незадолго до полудня навестить подружку забежала Эмер.

— Вот что значит торчать подолгу на промозглой смотровой площадке, — заметила она.

— Но сейчас я чувствую себя куда лучше, — не покривив душой, ответила Ребекка. Несколько часов, проведенных в тепле и в холе, и впрямь оказали на нее благотворное воздействие.

— Вот и прекрасно, — заявила Эмер. — Потому что сейчас тебе придется встать.

— С какой стати?

— Я нашла кое-что — и это тебя, возможно, заинтересует, — загадочно проговорила Эмер.

— Что? Что ж ты мне раньше ничего не сказала?

— Нянюшка все утро не пропускала меня к тебе, — вздохнула Эмер. — Пришлось пустить в ход все свои таланты, чтобы, в конце концов, прорваться.

Ребекка усмехнулась. Эти таланты не раз оказывали воздействие и на нее саму.

— Ну и как же тебе это удалось? — полюбопытствовала она.

— Я сказала, что Силберри заболел и попросил ее заглянуть к нему, — невозмутимо пояснила Эмер. — К тому времени, как она обнаружит, что он здоров как бык, мы уже смоемся, если ты, конечно, не замешкаешься со сборами.

— Ну, так что же ты нашла? — взволнованно спросила Ребекка.

Она выскользнула из постели и начала торопливо одеваться.

— Книгу.

— О пряже сновидений?

— Нет. Об истории.

— Ах, вот как…

Ребекка испытала легкое разочарование.

— После того как ты рассказала мне о перепутанных буквах из твоих сновидений и о том, что Санчия велела тебе в следующий раз их запомнить, что-то начало меня томить. Вот здесь. — Эмер постучала пальцем по лбу. — Я знала, что что-то такое видела, но не могла вспомнить, что и где. А вчера вечером нашла.

— В книге?

— Да. Пошли, сама увидишь. — Эмер открыла дверь и выглянула в коридор. — Путь свободен, — объявила она.

Прежде чем выйти за ней, Ребекка положила в карман листок с переписанными буквами. Девушки чуть ли не бегом бросились в «дом» Рэдда, переговариваясь на ходу.

— Книга в библиотеке твоего отца? — поинтересовалась Ребекка.

— Да. В особом шкафу, который вечно заперт, — подтвердила Эмер.

— Но как же тогда?..

— Ну, ключи-то я подобрала давным-давно, — преспокойно ответила дочь постельничего. — Мне всегда казалось, что те книги, которые от меня прячут, непременно должны быть самыми интересными.

— И что, так и оказалось?

— Да нет… Некоторые иллюстрации в книгах по медицине и впрямь любопытны… но в остальном сплошная скука… Главным образом по истории.