Нестрашная сказка. Книга 2 (СИ) - Огнева Вера Евгеньевна - Страница 16

– Пусть прикроют окно, – попросил король. – И опусти ты шпагу.

Следовало встать. Гуго опёрся о подлокотники, но подняться не смог. К внутреннему холоду присоединилась чудовищная слабость. Противно задрожали колени. По спине под рубашкой побежали холодные ручейки.

Он в этот момент не думал о том, что старый придворный может вульгарно ткнуть обессилевшего тирана в грудь шпагой. Он не вспомнил, что осталось много недоделанных первостепенной важности дел. Он только страшно сожалел, что не сможет выпить с Тейт брачный напиток. Даже мысль, что его отравили, не принесла такого разочарования. Свадьба вновь откладывалась!

Спешно прибежавший доктор констатировал лихорадку. Гвардейцы на всякий случай окружили спальню короля двойным кольцом, и стояли так, пока на следующий день Гуго не проснулся совершенно здоровым. Но время бракосочетания оказалось упущено. Луна ушла в следующую фазу, звёзды переместились. Брачный ритуал теперь можно было провести не раньше следующего месяца.

Невеста неистовствовала и винила во всём мёртвую королеву. Гуго, который всю жизнь плевал на суеверия, имел другое мнение. Тот, кто вмешался в память Тейт и сделал так, чтобы она всё забыла, возможно, до сих пор прячется во дворце. Король не забыл про Скалениуса. Он не видел паука со времён своей службы в гарнизоне. Тот, скорее всего, сбежал, когда закатилась звезда Алекса. Но кто знает! Кто знает!

– Я кое-что придумал, – прошептал король на ухо невесте.

Они лежали в его огромной кровати. Девушка оказалась горазда на выдумки. Иногда они даже утомляли. Король помнил их первую ночь на сеновале в горном селении. Он помнил, как разверзлись небеса и далёкие светила засияли острыми гранями восторга. Вторая ночь под грохот бури, когда в кромешной темноте и холоде они согревали друг друга, тоже запомнилась до последней секунды. Но, наверное, такое не повторяется.

Однажды Гуго представилось, что его чувство к этой женщине похоже на горсть воды. Надо очень крепко сжимать ладони, чтобы ни капельки не потерять. Или всё уйдет. Он редко размышлял на такие темы. Мысль о пустых ладонях его неприятно зацепила.

– М-м-м… какое?

Девушка водила по его животу пёрышком, кончик которого украшала золотая игла. Мышцы непроизвольно сокращались. Игла заставляла быть всё время начеку.

– Если ты боишься происков, мы устроим тайный обряд. Никто не будет знать времени и места. Напиток я приготовлю сам. Какая разница, где мы его выпьем, в парадном зале или где-нибудь ещё.

– Без участия орла нельзя обойтись? – деловито поинтересовалась невеста, выбросив перышко.

– Он освящает брак. Орёл будет обязательно.

Всю следующую неделю король провел в разъездах по стране. Обратный путь лежал через Пьятту. Катан встретил королевский кортеж со всеми возможными для мизерного городка почестями.

– Почему не было пушечного выстрела, – смеялся Гуго за ужином.

– Виноват, Ваше Величество, – покаянно опустил глаза старый браконьер. – Вы же знаете, у нас нет ни одной пушки.

– А надо? В смысле: пушка тебе нужна?

– Теперь, пожалуй, нет. Ты собираешься в горы?

– Весной – обязательно. Сейчас там лежит снег. Не проехать.

– Гуго, что будет с предгорными парками? Не хочешь устроить там заповедник? Я бы пошёл в смотрители… – мечтательно завёл глазки Катан.

– Я тебе хочу предложить другую должность. Тоже присматривать.

– За чем?

– За столицей. Мэр от одного моего вида начинает трястись, как дворняга на помойке. Он не может ответить ни на один вопрос. Он «честно признался», что не знает, куда девались деньги, отпущенные на нужды города. Стоит в мокрых от страха портках и всё равно врёт.

– Такого не переделаешь. Это характер!

– Да я и не собираюсь. Пойдёшь в мэры? Житана, как тебе такое предложение?

– Я – как Катан. Мне с ним везде хорошо.

– Зато мне не везде! – огрызнулся на неё муж. – В Пьятте две улицы, пять домов и три пустыря. Тут я чувствую себя человеком. Меня все знают, и я знаю всё, что происходит в городе. Я знаю даже, что происходит у них под одеялами!

– Ну, это все знают, – заметил Гуго.

– В Пьятте – да! А в столице? Там под одеялом, может, ножи точат, может, ворованные деньги считают, а, может, соседскую курицу едят.

– Катан, – душевно начал Гуго, – я бы не приставал к тебе с такой пустяковиной, да вот беда – больше некому довериться.

– А как на это посмотрит двор и первый министр?

– Как прикажу, так и посмотрят. У меня есть ещё одно предложение: ты,кроме управления столицей, возьмёшь на себя тайную стражу. Будешь отслеживать ножи и ворованных куриц. Без надёжных ушей ты никогда не узнаешь, чем они промышляют. Вот я тебе и дам такую возможность. Справишься? Или мне искать кого-нибудь другого?

Тут король применил запрещённый прием. Нельзя было Катану намекать, что он чего-то не сможет. Слегка уже выпивший бывший браконьер взвился, смахнув по пути со стола тарелку.

Гуго дал Катану год для завершения своих дел в Пьятте и отбыл.

Во дворце за время его отсутствия произошел ряд мелких событий и одно странное: невеста короля переехала из правого крыла дворца в покои бывшей любовницы Алекса Анаис Насты. Куда подевалась их владелица, никто не знал. На вопрос, чем вызван переезд, девушка сослалась на всё тот же страх перед мёртвой королевой. Гуго стали надоедать её причуды. А с другой стороны, что такого? Переехала и переехала. Дворец большой – места много. Пусть развлекается, как хочет!

О будущем бракосочетании знали только они двое. Гуго назначил день. Девушка закружилась от счастья, прыгнула ему на шею, начала целовать.

Ночь первого дня весны выдалась тёмной и ненастной. Гуго встретился с Тейт в тёмном переходе неподалёку от своей спальни. Король, как это ни странно, волновался. Дважды обряд отменяли. В третий раз он просто обязан был пройти, как положено!

Рука об руку король и его невеста вошли в помещение, где содержался Синий орёл. Там всегда горела свеча. За неимением обрядового стола, Гуго поставил кубок на подиум, в центре которого крепилась сложная конструкция из жердей и веток. Птица тихо переступала лапами над головой жениха и невесты. Гуго достал из-под плаща кувшин с вином, разбавленным земляничным настоем и осторожно наполнил ритуальный кубок. Тейт стояла в стороне. Она, наверное, хотела другой свадьбы: немудрено для юной девушки!

– Мы сейчас возьмёмся за руки и подойдем к кубку. Я скажу положенную фразу и первым выпью вино. Ты выпьешь следом за мной.

Глаза девушки лихорадочно блестели. Она непрерывно облизывала пересохшие губы. Гуго взял невесту за руку и сделал шаг к подиуму.

Всю ночь шёл дождь. Но только ближе к рассвету он разразился грозой. Шаг короля совпал с молнией за окном. Раскат грома сотряс дворец до основания. Грохот сорвал орла с места. Птица расправила крылья, задела кубок, и… тот перевернулся! Драгоценный настой выплеснулся на пол.

Гуго застонал сквозь зубы. Тейт охнула, а затем невнятно бормотнула. В её скороговорке королю послышалось непристойное ругательство. Гуго обернулся. Лицо девушки застыло. Её трясло. По щекам катились слёзы.

Рок, судьба, случай! Гром и молния! Сто демонов вам в уши!

Гуго захотелось свернуть своему тотему шею.

Две недели невеста короля не покидала свои покои. Гуго пытался с ней говорить. Девушка не отвечала. Стоять перед закрытой дверью ему вскоре надоело.

Он был занят. Государственные дела требовали постоянного неотлучного внимания. На сердце лежал камень. Гуго сам не понимал, чего тут больше: преследующих их с Тейт неприятностей или усталости.

– Донесение для Его Величества!

В кабинет вошёл гвардеец. Король недавно приказал сменить им форму. Узкую куртку и короткие пышные кюлоты с прорезями, под которые по старинному обычаю натягивали полосатые чулки, заменили чёрные штаны и такой же колет. Короткий красный плащ не стеснял движений. Гвардейцам форма нравилась. Тем более, теперь не надо было шить её на собственные деньги. Гвардия щеголяла в новых мундирах, вызывая заинтересованные взгляды женщин, которые раньше на полуоборванцев в смехотворных нарядах образца позапрошлого века не обращали внимания. Дворяне стали с большей охотой записываться в офицеры. Жалование гвардии король увеличил в первую очередь. Казначей крякнул, позвенел остатками серебра на дне кубышки, но деньги выдал.