Шерлок Холмс и десять негритят - Ульев Сергей - Страница 36

Делла расхохоталась.

— Как смешно, господа! Вы помните детскую считалочку? Все происходит точно так же, — и она стала читать нараспев:

Десять негритят пошли купаться в море.

Десять негритят резвились на просторе.

Один из них утоп,

ему купили гроб,

И вот вам результат:

девять негритят!

Девять негритят пошли купаться в море.

Девять негритят резвились на просторе.

Один из них утоп…

Делла смеялась и не могла остановиться. Мейсон не сводил с нее глаз.

— Что ты на нее уставился, Перри? — сказал Марлоу. — Это же твоя секретарша. Успокой ее в конце концов, у девушки истерика.

Адвокат покорно подошел к Делле Стрит и быстро поцеловал ее в губы. Девушка вздрогнула, и смех ее оборвался также внезапно, как и начался.

— Спасибо, шеф. Меня зациклило.

— И вам спасибо, Делла.

— За что?

Адвокат глубоко задумался.

Холмс выступил вперед.

— Ваша считалочка, мисс Стрит, совершенно не подходит для данного случая, — сказал он. — Здесь нет моря, нет негритят, и мы никому еще не купили гроб.

— Пусть я не права, мистер Холмс, — ответила Делла, — но, согласитесь, от всего этого просто голова идет кругом.

— Моя голова стоит на месте, мисс, — спокойно возразил Холмс, разглядывая в лупу чулок на ноге старушки.

— Моя тоже, — тут же откликнулся Ватсон.

Холмс зашел с другой стороны постели и, приподняв чепец над мисс Марпл, стал внимательно разглядывать чулок, опоясывающий ее шею.

— Непохоже, чтобы чулки мисс Марпл были изъедены молью, — заметил он. — Вопреки утверждениям духа.

— А вы верите в духов, месье Холмс? — спросил Мегрэ.

— Ничуть, я. Я не суеверен. Полагаю, что во время сеанса за духа отвечал кто-то из сидящих за столом. Это и ввело в заблуждение мисс Марпл.

— Но кто бы это мог быть? — сказал Ватсон.

Марлоу поднял вверх обе руки.

— Сдаюсь, джентльмены. Это была моя шутка на счет моли. Во время сеанса я слегка подталкивал стол. Я боялся, что дух не появится, и хотел порадовать старушку. Кто ж знал, что все так печально закончится.

— Вам бы все шутки шутить, месье, — возмутился Мегрэ. — Когда же вы наконец угомонитесь?!

— Не раньше, чем меня прикончат, — ответил частный детектив, загасив окурок о подошву ботинка.

— Надо срочно разыскать отца Брауна, помнится, он ушел из гостиной, как раз для того, чтобы исповедовать мисс Марпл, — сказал Холмс. — Интересно, успел ли он это сделать?

Мегрэ мощной струей выпустил дым.

— Не исключено, что отец Браун — последний, кто видел мадемуазель в живых.

— И она наговорила ему такого, — добавил Марлоу, — что он поддался искушению и наложил на нее руки.

— Протестую, — вяло откликнулся адвокат Мейсон. — Вы игнорируете презумпцию невиновности, Филип.

— Презумпция, Перри, штука замечательная, но до шоколадного пломбира ей далеко.

— При чем здесь шоколадный пломбир?

— Не при чем, просто больше всего на свете я люблю шоколадные пломбиры.

Холмсу надоело их слушать, он схватил Ватсона за рукав и поволок его из спальни.

— Вперед, дорогой друг, не будем терять ни минуты. Нам следует немедленно разыскать отца Брауна.

Глава 39.

Строптивость отца Брауна

— Не думаете ли вы, Холмс, что святой отец и есть убийца мисс Марпл? — трепещущим голосом спросил Ватсон, еле поспевая за своим решительным другом.

— Это исключено, Ватсон. Предмет, которым было совершено убийство, всегда однозначно указывает на профессию преступника. И наоборот…

— Поясните вашу мысль, Холмс.

— Пожалуйста. Если бы отец Браун решился на убийство, то, в соответствии со своим саном, он непременно воспользовался бы четками — точно также, как матрос задушил бы мисс Марпл морским канатом, электрик — оголенным проводом, телефонист — шнуром от телефонной трубки, пастух — кнутом, слон — хоботом, ну и так далее… Позвольте мне не продолжать.

Ватсон сглотнул слюну.

— А чем бы задушила мисс Марпл, например… медсестра или э-э… скажем, доктор?

— Разумеется, скрученными бинтами. Впрочем, доктор мог бы также с успехом воспользоваться своим стетоскопом.

— Так кто же все-таки задушил мисс Марпл?

— Тот, кому это было выгодно, — после непродолжительного молчания ответил Холмс. — Надеюсь, отец Браун прольет свет на это дело.

В поисках отца Брауна священника, они заглянули в буфетную. Холмс высказал предположение, что священника можно застать именно здесь и не ошибся.

Отец Браун сидел за столом в обнимку с большой трапециевидной кружкой, крепко зажатой в его маленьких руках.

— Вот вы тут пьете пиво, святой отец, — с легким укором заметил Шерлок Холмс, — а мисс Марпл тем временем дожидается вас в своей спальне.

Маленький священник поднял глаза. Они у него были злющие-презлющие.

— И что надобно от меня рабе божьей?

— Мисс Марпл приказала долго жить.

— Свершилось! О, господи, свершилось!!

Отец Браун расплескал пиво и, вскочив со стула, забегал по комнате, возбужденный, как юный циник, узнавший о кончине своей тетки-миллионерши. Он потирал ручонки и заливался радостным смехом.

— Ну наконец-то. Давно бы так! — восклицал он. — Вы знаете, дети мои, ведь я пренебрег своим обедом, чтобы справиться о здоровье мисс Марпл, но она вдруг стала грозить мне своею туфлею и изгнала меня из своей спальни, как будто самого Адама из Рая. Но есть все-таки на свете Бог. Есть! И Всевышнему было угодно прибрать к рукам ее неугомонную душу. Слава тебе, Господи, слава! — Маленький священник стал судорожно креститься и отбивать поклоны.

— Религиозный экстаз крайней степени, — тихо поведал Ватсон. — Симптомы схожи с белой горячкой.

Великий сыщик сухо кивнул.

Внезапно отец Браун перестал биться головою об пол и, оставаясь на коленях, обратил к ним свое круглое лицо с прилипшим ко лбу окурком и семечком от яблока. В следующую секунду лицо это приобрело выражение оскверненной надгробной плиты. Червь сомнения прокрался в мозги маленького священника. Отец Браун поднялся на ноги и, смахнув со лба мусор, принялся грозить Холмсу своим указательным пальчиком.

— Где, вы сказали, сейчас мисс Марпл? — заговорил он противным голосом. — В спальне? А может, еще где в уборной? А может быть, она под душем моется? А может, Библию перечитывает? А может, еще чего? Не делайте из меня простачка, мистер Холмс — я вам не доктор Ватсон! Вы уже отправляли меня к нуждавшимся во мне покойникам, но всякий раз их не оказывалось на месте. Вы нарочно все запутываете, потому что воистину легче распутать то дело, которое сам и запутал…

— Вы чего-нибудь понимаете, Ватсон? — спросил Холмс.

— Я? Как всегда, Холмс.

— Значит, не понимаете.

— А что такое?

— Ничего, мой друг, ничего…

— С чего бы это вдруг я должен вам верить? — продолжал буянить святой отец. — А если вы меня опять разыгрываете? Я же вам не племя иудейское, коих Моисей сорок лет водил по пустыне за нос. Для меня любой покойник — как манна небесная. Святым саном своим призван я помогать грешным их душам воспарить на небеса нетленные. И потому с трепетом великим жду я блаженного часа, когда могу хоть кого-нибудь исповедовать или отпеть… Хоть кого-нибудь! Но меня постигает здесь одно разочарование… Покойники исчезают у меня из-под самого носа.

— Достопочтимый отец, Шерлок Холмс говорит вам святую правду, — вступился за друга Ватсон. — Мисс Марпл действительно убили, и она лежит сейчас ни где-нибудь, а у себя в спальне. Посетите ее, пожалуйста.

Отец Браун, подобрав сутану, взгромоздился задом на стул, сложил на груди руки и обиженно надулся.

— Никуда я не пойду! Вот так-то, господа хорошие. И не уговаривайте меня. Не стоит трудов. Я вам не мальчик на побегушках.

— Но вы, как джентльмен… — начал Холмс.

Отец Браун вскипел. Ножки его угрожающе задрыгались.

— Я не джентльмен, я — священник! Это вы — джентльмен, мистер Холмс, и можете возрадоваться по этому поводу. А я — священник, говорю я вам. Святой отец! И не надо путать божий дар с яичницей. Это есть великий грех!