Шерлок Холмс и десять негритят - Ульев Сергей - Страница 42

— Ой, колется! — воскликнул Жюв.

Щедрый доктор ввел ему лошадиную дозу морфия, но все равно тот успокоился не сразу.

— Надо взорвать этот замок к чертовой бабушке! — хрипло выкрикивал из-под простыни Жюв. — Пусть все погибнут, но Фантомас взлетит на воздух вместе с нами, и тем самым мы впишем золотыми буквами наши имена в историю счастливого человечества… Где бы нам раздобыть порох, господа? Позовите Томаса…

Потом, наконец, силы его иссякли.

— Фантомас жив… — прошептал он напоследок и забылся беспокойным сном.

Часть 5.

Отменный уик-энд

Глава 44.

Стройные женские ножки

Ватсон открыл дверь в комнату и перепугался — уж не пожар ли? — ибо в ней стоял такой дым, что сквозь него еле брезжил огонь лампы. Сквозь дымовую завесу Ватсон еле разглядел Холмса, удобно устроившегося в кресле. Он был в халате и держал в зубах темную глиняную трубку.

Ватсон закашлялся.

— Простудились, Ватсон? — спросил Холмс.

— Нет. Просто дух захватило от этих ядовитых фимиамов.

— Да, вы, кажется, правы: здесь немного накурено.

— Какое там «немного»! Дышать нечем!

— Тогда откройте окно.

— Вы еще не укололись? — поинтересовался доктор, направляясь к окну.

— Пока нет. Надо заметить, что дешевый табак — тоже неплохое средство для улучшения деятельности мозга.

— Не буду с вами спорить, — проворчал доктор, открывая окно. — Я сейчас выйду и вернусь, когда здесь хотя бы немного проветрится.

— Хорошо. А я пока оставлю трубку и попиликаю на скрипке.

Ватсон вышел.

Не прошло и трех минут, как он стрелою влетел обратно. В этот момент Холмс вдохновенно исполнял «Песни Мендельсона». Взглянув на друга, он сразу отложил скрипку в сторону.

— Что это с вами, Ватсон? На вас лица нет!

— Представляете, Холмс, — сбивчиво заговорил Ватсон доктор, — я только что из ванной.

— С легким паром!

— Да нет же, я не мылся. Я хотел только сполоснуть лицо. Дверь была незаперта, и я, разумеется, вошел. А там, представьте, из наполненной до краев ванны торчат чьи-то ноги!

— Стройные женские ножки, Ватсон?

— Холмс, дорогой мой!

— Правильно?

— Разумеется, правильно, но как вы…

Холмс засмеялся, глядя на растерянную физиономию доктора.

— Ваше простодушие, Ватсон, поистине восхитительно! Если б вы знали, как мне приятно проверять на вас свои скромные силы! То, что это были женские, а не чьи-либо иные ноги, я определил по вашим красным ушам и нездоровому румянцу на щеках.

Ватсон не считал себя глупее других, но, когда он имел дело с Шерлоком Холмсом, его угнетало тяжелое сознание собственной тупости. И сейчас он совсем расстроился, опустился на стул и заморгал глазами.

— Я начинаю думать, Ватсон, — сказал Холмс, — что совершил ошибку, объяснив, каким образом я пришел к моим выводам.

Ватсон махнул рукой, прикрыв ладонью глаза.

— Если вы не возьмете себя в руки, Ватсон, я тотчас же отправляюсь на пасеку в Суссекс разводить пчел, — объявил великий сыщик.

— Вы не пройдете через сугробы, дорогой мой Холмс, — подняв голову, улыбнулся Ватсон. — Простите мне минутную слабость. Считайте, что я уже пришел в себя.

— Ну вот и прекрасно! Кстати, кому, по-вашему, принадлежат обнаруженные вами ноги?

Ватсон напрягся.

— Ну же, доктор!

— Холмс, я право же…

— Но это так просто, Ватсон!

— Они принадлежат… Делле Стрит?

— А почему так неуверенно?

— Делле Стрит!

— Браво, Ватсон! Вы совершенно правы. — Холмс встал, сбросив с плеч халат. — А теперь мы немедленно идем с вами в ванную комнату.

— Вы хотите принять душ, Холмс? — спросил Ватсон и осекся.

— Соберитесь же наконец, дорогой друг! На этот раз вы угодили в «молоко».

— Боже мой, Холмс, какой же я тупица… — понурил голову доктор.

— Не унывайте, Ватсон. Откуда вам знать, что мне тоже до смерти хочется взглянуть на стройные женские ножки. Не такой же я, в самом деле, женоненавистник, каким вы изволите изображать меня в ваших записках.

У входа в ванную Ватсон вдруг весь затрясся, схватившись обеими руками за Холмса. Великий сыщик повременил открывать дверь, обратив к другу свой недоуменный взгляд.

— Что такое, Ватсон?

— Признаюсь честно, Холмс, мне немного жутковато, — лязгая зубами, ответил доктор. — Говорят, утопленницы могут утащить за собой под воду понравившегося им джентльмена.

— Не волнуйтесь, дорогой мой. Возможно, ваша утопленница успела исчезнуть, подобно тому, как исчезали все прочие трупы. Кроме того, я не замечал, чтобы мисс Стрит при жизни особенно вами интересовалась.

— Мм… тогда открывайте.

Шерлок Холмс быстро перешагнул через порог и устремился к ванне. Ступая на цыпочках, Ватсон проследовал за ним.

— Так я и знал: никого! — сказал Холмс. — Если не считать этой рыбы.

— Какой рыбы?

— Подойдите поближе, Ватсон, она вас не укусит.

Ватсон сделал два шага вперед и, заглянув в ванну, тотчас увидел рыбу, плавающую у поверхности воды кверху брюхом.

— Это акула, Холмс?!

— Треска! — небрежно бросил великий сыщик.

— А где же Делла Стрит?

— Уплыла, — рассеянно ответил Холмс, вглядываясь в пол.

— И никаких следов… Послушайте, Ватсон, а вам это не пригрезилось?

— Что?

— Ну, девушка в ванне, стройные ножки и все остальное?

— Вы полагаете, что я мог принять эту дохлую рыбу за Деллу Стрит?

— А что в этом такого?

— Ни в коей мере, Холмс! Могу поклясться, что из ванны торчали именно женские ножки.

— Не нужно лишних клятв, дорогой друг! Я вам верю, как самому себе.

— Спасибо, Холмс, — растрогался Ватсон. — Спасибо… Но что вы теперь предпримете?

— Пожалуй, мне все-таки стоит обратиться к кокаину, по-моему, он — лучший советчик. Мне кажется, что еще один-два укольчика, — и я наконец распутаю клубок этих загадочных преступлений.

Глава 45.

Постоянный пациент

Вернувшись в спальню, Холмс облачился в халат и протянул свою узкую белую руку к несессеру. И вот уже по его распухшим венам весело зажурчал наркотик. Холмс великодушно предложил шприц Ватсону, но доктор решительно отказался разделить с ним это удовольствие.

— Напрасно, — сказал Холмс. — Впрочем, как знаете.

Вскоре у него вдруг появилось охота стрелять, и, усевшись в кресло с револьвером и патронташем, он начал украшать противоположную стену патриотическим вензелем «V. R.» — «королева Виктория», — выводя его при помощи пуль. Доктор Ватсон лежал на диване, молчаливо переживая за чистоту воздуха и за внешний вид спальни.

Вскоре после начала стрельбы в комнату, как ночные бабочки на свет, стали залетать любопытные гости.

Сначала в комнату ввалился Мегрэ и стал выпытывать, что здесь происходит. Убедившись, что причиной пальбы послужила прихоть одурманенного наркотиками Холмса и, стало быть, нет никакой нужды размахивать наручниками, Мегрэ откланялся.

Спустя считанные минуты в комнату с револьвером в руке ворвался Марлоу и прямо с порога взял Холмса на мушку. Ему взбрело в голову, что между Холмсом и Ватсоном возникли какие-то трения, приведшие к перестрелке. Его версия на этот счет подкреплялась еще и тем, что, когда он объявился в спальне, доктор Ватсон лежал на диване, протянув ноги.

Испугавшись за репутацию и, особенно, за уникальный череп своего гениального друга, Ватсон с воплем вскочил с дивана, в истинно джентльменских выражениях разъяснив Марлоу его ошибку. Частный детектив рассмеялся. Чтобы окончательно загладить это недоразумение, Холмс предложил ему выбить на стене его собственные инициалы, что Марлоу проделал с немалым удовольствием, после чего удалился в самом прекрасном расположении духа.

— Славно постреляли, — сказал Холмс, потирая припухшие веки.

— Да, вам удалось переполошить весь дом.