Обретение дара - Пономарев Алексей Андреевич - Страница 54

Под моими ногами шевелится и плывет почва. С трудом удерживаю равновесие. Чародеи противника, посвященные Земле, попытались атаковать нас какой-то гадостью. Может хотели атаковать каменными копьями или создать яму под нами. Грунт успокоился и замер идеально ровной плоскостью. Словно замерший на пруду лед. Армейские колдуны нас хранят и оберегают.

Контактники с универсалами воспользовались возникшей в рядах врага ситуацией, проникли внутрь, ступая прямо по шевелящимся людям, и расширили дыру. Кадавры-стрелки лупили ферритовыми шариками по сопротивляющимся, сбивая тех с ног. Один выстрел это просто больно, а серия выводит на время из боеспособного состояния.

Рядом со мной радостно заорали сослуживцы, ободренные успехом, и в дыру хлынула волна мечников. Впереди всех несся Гоблин, держа в руках парные тяжелые клинки. Каждый длиной был почти в рост с него. Не дотягивали всего на голову. Ими он очень гордился. Заботился о них как о собственных детях. Тщательно чистил, затачивал и доводил особой шелковой тряпочкой. Соратники постоянно беззлобно подтрунивали над ним из-за этого. А оружие действительно заслуживало такого отношения. Не знаю, как он их добыл, но подобные экземпляры редкость.

Битва протекала долго и тяжело. Наемники отчаянно сражались. Каждый наш шаг стоил много усилий. Только великолепная выучка кирасиров позволяла им противостоять. Даже моим инженерам пришлось вступить в затяжной бой. Я позволил себе слабость и выпустил из левой руки когти. Только самые кончики. Очень удобно полоснуть ими по наиболее уязвимому месту не ожидающего противника. Зачарованное железо с натугой, но поддавалось. Надеюсь это никто в горячке боя не заметит. Свой вампирский козырь я стараюсь не афишировать окружающим. Что-то глубоко внутри мне запрещает поступать иначе.

Чудовищная сила милосков поражала. На моих глазах трое подняли тяжелую тушу контактника и отшвырнули его на десять шагов. Броню трех универсалов вскрыли ударами клинков и распотрошили внутренности. Кадавров я старался направлять на самые тяжелые участки, жалея соратников. Монстров можно отремонтировать ну а людей не воскресишь.

Противостоящего мне воина сшибает с ног очередью из магнобоя, но он быстро поднимается. Я не даю ему встать, бью его в щель под наплечником. Милоск перехватывает лезвие закованной в металл рукой и тащит на себя. Несколько мгновений борюсь с ним и понимаю тщетность усилий. Слишком силен. Отпускаю меч и втыкаю когти в кольчужную сетку под шлемом. Вспарываются кольца, и я чувствую, как по пальцам течет теплая кровь. Наемник хрипит и падает на землю. Готов! Оглядываюсь и ищу взглядом своих инженеров. Битва давно превратилась в единую свалку. Слышны яростные крики сражающихся, предсмертные стоны умирающих и постоянный звон металла.

Недалеко между громадными фигурами мельницей крутится Гоблин. Словно подросток сражается с великанами. Вот уж кто в своей стихии. Его огромные мечи собирают обильный урожай. За ними остается широкая просека из тел врагов. Измененные зельем организмы наемников не сравняться с мощью бывшего бога. Клинки с большой скоростью и свистом врубаются в доспехи и пробивают металл. А когда не получается, то ломают кости. Он даже как всегда по пижонски не надел перед битвой на голову шлем. Говорит, мол, только мешает драке, закрывает обзор.

Я нагибаюсь и выдираю из рук ближайшего трупа имперца щит. Мой еще в начале битвы развалился от парирования ударов врага. Отвожу удар милоска. Опоздал бы на мгновение и лезвие могло войти в спину кирасиру, увлеченно дерущемуся с противником. Он слегка повернул голову. Заметил помощь, но не стал отвлекаться и благодарить. Оттесняю наемника и становлюсь, так что бы мы с соратником защищали друг другу тыл. Ох, и тяжело! Мышцы предательски подрагивают от усталости. Как бы после очередного удара не началась судорога.

Я успел зарубить еще двух противников, как соратник пропустил выпад меча и свалился раненый. Эх, браток не повезло! Надеюсь, ты выживешь. Мысленно желаю удачи. На его место тут же встал другой кирасир.

Слежу краем глаза за подчиненными и Мгешем. Кадавру попался сложный противник. Очень высокий, метра два с половиной. Практически великан из легенд. Доспехи отличаются от экипировки остальных наемников. Шлем выполнен в виде рогатого оскаленного черепа. Похоже кто-то из командиров, если не сам предводитель. Несмотря на массивность, двигается легко и быстро. Монстр старается, лупит клинками и пневматическим копьем, но тот уклоняется и отбивается. Лезвия завязли в щите. Враг пользуется моментом, отпускает его и, хорошо размахнувшись, в мощном рывке, проламывает решетку сенсорной защиты ударом стальной перчатки. Мой ослепленный подопечный бестолково вертится на месте, разом потеряв ориентацию в пространстве. Воин с рыком начинает дубасить по нему клинком. В броне остаются следы. Подламываются упоры, отлетает отрубленный почти у самого гнезда левый манипулятор с клинком и сгибается копье.

На вожака налетает Гоблин. Сражаются на равных. Из мечей высекаются искры. Я, добравшись до противоборствующей пары, вступаю в бой. Стараюсь зайти со спины. Командир маневрирует, держа нас в поле зрения.

— Заходи! Зажимай его! — в порыве боевого азарта орет ефрейтор.

Наемник в размахе целенаправленно задевает рукоятью клинка мою голову. Едва не проломил мне забрало. Я отшатнулся. Он спотыкается о труп. Я из низкой стойки подбираюсь к нему и отбив меч цепляю когтями ему голень. Металл со скрежетом рвется. Откатываюсь и, там где меня уже нет, втыкается лезвие. Будь чуть-чуть менее расторопным, и нанизали бы как жука на прутик. Главарь дернулся и захромал. Гоблин разрубает ему бок вместе с доспехом, а вторым ударом, вложив всю силу, отделяет голову. Шлем далеко отлетает и из шеи бьет широкий фонтан крови. Тело сначала рухнуло на колени, а затем повалилось на спину.

Оглядываюсь. Враги почти повержены. Лишь несколько разрозненных групп еще оказывают сопротивление. Но это ненадолго. Противник разбит. Я оценил на глазок потери. Из наших полегло около трети роты. Отмечаю, что еще один стрелок-кадавр выведен из строя. Монстрам вообще сильно досталось в бою, но если не они, боюсь, так легко бы мы не отделались. Меня и так шатает от усталости. На учениях никогда так не выкладывался. Собираю инженеров. Так, двоих нет. Погибли.

— Стрелкам начать атаку по лучникам, — приказываю я выдохшимся бойцам, — и поставьте уцелевшим универсалам арбалеты.

— Есть!

Доспехи у степняков были не в пример комплектам наемников. Лишь отдельные элементы лат из тонкого дрянного металла. Ферритовые шарики косили их ряды, как крестьянин сочную траву для буренки. Кирасиры отрезали все пути к отступлению. Началась суматоха и паника в их рядах. Ржали испуганно лошади.

— Проверить ущерб у кадавров и доложить!

— Третий контактник поврежден.

— Первый, четвертый и пятый универсалы сломаны.

— Второй стрелок выведен из строя.

Добавим к списку моего Мгеша. Шесть монстров за один бой. Милоски дрались до последнего как безумные.

Пока я прояснял ситуацию, магнобои сделали свое дело. Зажатые с трех сторон лучники у котлована попытались толпой прорваться через наши ряды, в надежде, что хоть кому то удастся вырваться, но у них не получалось. Мы продолжали их теснить, сужая пространство. Люди стали падать в яму. Рухнувшие вниз поднимались и бежали от нас, спасая жизни, но острые стрелы наших стрелков и снаряды кадавров догоняли их и пронзали мягкую человеческую плоть. Тела ордынцев падали на трупы рабов, еще одним верхним слоем.

Шаманы окружили себя полупрозрачным куполом и решились на последнюю атаку. К краю магического щита подошли трое колдунов в рясе и из их рук вылетел клубок ледяных белых нитей. Двигаясь к нам, он стремительно расширялся. Еще немного и его хватит, что бы поглотить всю площадь с нашими отрядами. Паутинки-колючки касались травы, редких мелких кустарников, и те тут же замерзали, покрываясь хрупкой корочкой.

— Едрить вас за ногу! Паскуды!