Ловушка для мужа - Уоррен Трейси Энн - Страница 41

Вайолет недоверчиво посмотрела на свекровь. Она никогда не замечала в Адриане стремления стать политиком. Во всяком случае, он никогда не говорил с ней о том, что хочет прославиться на этом поприще. Впрочем, возможно, он не считал нужным вести с ней подобные разговоры… Они женаты всего лишь неделю. Кроме того, мужчины иногда избегают беседовать с женами на политические темы. Они принимают участие в общественной жизни, но дома предпочитают помалкивать об этом. Так всегда вел себя отец Вайолет. Он сам принимал решения и действовал на свой страх и риск, поддерживая те или иные политические силы, и если порой попадал впросак, терпеливо сносил жалобы и упреки жены, которая узнавала о его поступках уже постфактум.

– Вы – настоящий клад для моего сына, Джанет. – Герцогиня похлопала невестку по руке. – Мудрая искусная хозяйка дома не менее ценна для мужчины, чем его таланты или убеждения. Я хочу, чтобы вы помогли Адриану добиться успеха в жизни.

– Да, конечно, я сделаю все, что будет в моих силах, – бодро заверила ее Вайолет.

– Я очень люблю сына и была бы крайне огорчена, если бы узнала, что он несчастлив.

Вайолет насторожилась и в упор посмотрела на свекровь.

– Я тоже была бы расстроена, – заявила она. – Вы, ваша светлость, не единственная, кто любит его.

Выражение лица вдовы смягчилось. Она кивнула и перевела разговор на другую тему.

Тут в гостиную вошли Адриан и мистер Долтон.

Где-то в глубине дома часы пробили два раза. Эти мелодичные звуки отозвались эхом в ночной тишине.

Вайолет лежала на спине с открытыми глазами, уставившись в темноту. Рядом с ней спал Адриан. Беседа со свекровью не выходила у нее из головы. Вайолет вновь и вновь возвращалась к словам матери Адриана, которые до сих пор звучали у нее в ушах, не давая покоя: «Ваши изысканные манеры и общительность пойдут на пользу карьере моего сына…» Что означала эта фраза вдовы?

«Герцоги Рейберн по натуре всегда были лидерами… Адриана ждет великое будущее…» Да, если Вайолет не наделает глупостей и все не испортит.

«Вы – настоящий клад для моего сына…» Вайолет чуть не застонала, перебирая в памяти слова свекрови. Она чувствовала, что не способна оправдать ее надежды. Вайолет плохо знала свет, у нее не было связей в обществе, она понятия не имела, как должна вести себя хозяйка модного салона, в котором собирается знать, в том числе и политические деятели. Если мать Адриана права и он действительно мечтает стать членом правительства, то Вайолет была последним человеком, который мог бы ему в этом помочь.

Ей и без того было нелегко играть роль сестры, преодолевать каждый день возникающие на ее пути трудности, привыкать к новым условиям жизни. А тут еще свекровь требовала от нее невозможного – покорить свет своим обаянием, расположить к себе сильных мира сего. На это была вряд ли способна даже Джанет. Но может, от нее и не требовалось разбираться в сложных вопросах, ей просто следовало научиться общаться с людьми, очаровывать их, быть обходительной? Зачем только она согласилась пойти на обман? Она погубит и карьеру Адриана, и себя!

«Я была бы крайне огорчена, если бы узнала, что Адриан несчастлив…» Эти слова терзали душу Вайолет. Повернувшись на бок, она зажмурилась. Она всем сердцем любила мужа. Она не хотела становиться для него обузой. Сердце ее сжималось от боли.

– Джанет, – тихо проговорил проснувшийся Адриан и погладил ее по плечу.

Вайолет застыла, услышав имя сестры. «Нет, я Вайолет! Вайолет!» – хотелось крикнуть ей.

– Что с вами? – спросил Адриан.

– Ничего. Я проснулась и не могу уснуть.

– Вам приснился дурной сон? Что вам снилось? Давайте поговорим, может быть, вам станет легче.

О, если бы Вайолет могла высказать мужу все начистоту! С каким удовольствием она рассказала бы Адриану о беседе с его матерью и спросила бы, действительно ли он хочет серьезно заняться политикой. Но что, если Адриан уже успел поделиться своими планами на будущее с Джанет после помолвки? В таком случае расспросы жены удивили бы его. Вайолет не хотела рисковать.

– Нет. Я плохо помню, что мне снилось.

– Ну хорошо, может, мне удастся убаюкать вас. Идите ко мне. Он крепко обнял ее и нежно поцеловал. Губы Адриана были теплыми и мягкими. Вайолет погладила его по голове. Ей нравились шелковистые, всклокоченные после сна волосы мужа, его поросшие колючей щетиной щеки.

– Да, – прошептала Вайолет, всем телом прижимаясь к Адриану. – Убаюкайте меня, заставьте забыть обо всем на свете.