Отмеченный богами - Уотт-Эванс Лоуренс - Страница 63

— Мне сказали, вы Лорд Дузон из… Санафалии. Это так?

— Из Сновалии… — машинально поправил его Дузон. Он понимал, что это не имеет никакого значения, и давно перестал обижаться или посмеиваться, когда искажали название удела его предков. И тем не менее фамильная гордость не позволяла ему оставлять эти оговорки незамеченными.

Оннел спокойно воспринял поправку, и тут же почти с детской застенчивостью произнес:

— Говорят, вы — Богоизбранный Заступник, присланный, чтобы победить Ребири Назакри.

Этот прямодушный вопрос, по существу, застиг Лорда Дузона врасплох, и он не знал, что ответить.

Конечно, Дузон предполагал, что такой вопрос когда-нибудь последует. И произойдет это в обстановке гласности, принародно, а ответ будет диктоваться обстоятельствами и во многом зависеть от настроения людей.

Сейчас все обстояло по-иному. Перед ним не было публики, настроение которой следовало переломить, и не было солдат, которых он мог бы увлечь своим примером. Если быть честным, то ему ещё ни разу не представилось случая проявить мужество. Зимовка в Дриваборе проходила спокойно, практически без всяких инцидентов, если не считать нескольких пьяных драк да казуса с одним юным идиотом, который потерялся во время снежного бурана и чуть было не замерз насмерть.

Дузон не знал этого парня по имени Оннел, и ему не были известны его настроения. Однако можно было не сомневаться, что все слова Дузона будут донесены да Полка Бьекдау и оттуда мгновенно распространятся по всему авангарду.

Лорд бросил мгновенный взгляд на Оннела — ему показалось, что за внешним дружелюбием солдата скрывается напряженность, готовая перейти во враждебность. И он понял, этот человек не воспримет никакого хвастовства.

— Главное не то, что говорят люди, — наконец промолвил Дузон, — а то, что заявляют боги. Разве не так, Оннел?

— Верно, — согласился солдат, выжидающе глядя на командира Роты Заступников. Он был явно не удовлетворен ответом и, похоже, не доволен собой.

— Я могу быть кем угодно, но то, что я не оракул, это точно, — невесело улыбнулся аристократ. — В наши дни даже оракулы перестали быть сами собой. Если я и Заступник, то боги мне об этом не говорили — но кто может утверждать, что они обязаны это делать?

Выражение, появившееся на лице Оннела, после того как он услышал эти слова, поразило Дузона. Солдат определенно почувствовал облегчение. Подобная реакция была совершенно непредсказуемой. Можно было ожидать недоумения по поводу того, что Заступник не знает, что является таковым, или разочарования… Но чтобы облегчение? Нет, здесь явно кроется какая-то загадка.

Но вдруг Лорда осенило, и он, хлопнув Оннела по спине, воскликнул:

— Может быть, именно вы, мой друг, и являетесь этим Богоизбранным Заступником!

— Нет, нет, — покачал головой Оннел. — Я не Заступник, мне это доподлинно известно.

Дузона ответ безмерно удивил, однако он спросил с нарочитой веселостью:

— Но как вы можете знать это, Оннел? У меня в роте сорок один человек, и каждый считает, что только он и является Богоизбранным Заступником. По меньшей мере сорок из них заблуждаются. Почему же вы так уверены в обратном?

— Я… — Оннел пребывал в полной растерянности. — Я поклялся не говорить об этом, милорд.

Дузон, ещё более заинтригованный, уставился на парня.

Поклялся кому? И вообще, что может знать о Заступнике рядовой солдат, простой житель захолустной деревни?

Дузону едва удалось превозмочь ужасное любопытство. Бесчестно выпытывать у человека сведения, которые тот поклялся хранить в тайне. А в голове между тем неотступно вертелись вопросы: “Не остался ли в Грозеродже оракул, который все ещё слышит голоса богов? Может быть, там кто-то слышал о Заступнике от жрецов до того, как умолкли оракулы?” Но все эти вопросы так и остались невысказанными.

Определенно этот Оннел что-то знает…

Или думает, что знает. Парень может ошибаться. Дузон перестал пялиться на Оннела и обратил взор на противоположный берег Гребигуаты.

Врей Буррей уже летел над водой, приближаясь к Имперскому лагерю.

Ребири Назакри, судя по всему, проблема Богоизбранного Заступника не беспокоит, и он не сомневается в своей способности дойти до Зейдабара. Значит, Лорду Дузону с его Ротой Заступников, как и всей Имперской Армии, надлежит доказать, что черный маг заблуждается. Заступник может объявиться, а может и нет. Армия в состоянии сама провозгласить кого-нибудь богоизбранным, и избранник этот может оказаться совсем другим, тем, кого первоначально отметили боги. Дузон в отличие от Оннела не считал, что вопрос уже решен.

Все же будет небезынтересно узнать побольше о Грозеродже, если его обывателям что-то известно о Заступнике. Дузон решил заняться этим делом, после того как будет покончено с Ребири Назакри.

В этот миг Дузон поймал себя на том, что снова смотрит на Оннела, и смотрит почему-то сердито. Он выдавил натужную улыбку, которая, впрочем, тут же стала вполне искренней, и сосредоточился на главном лагере Имперского войска.

— Что ж, вполне справедливо, — как ни в чем не бывало молвил он. — Раз поклялись, то клятву следует соблюдать. Вы уже завтракали?

— Нет, милорд. Но я…

— В таком случае предлагаю вам подкрепиться в компании Богоизбранных Заступников. Обещаю не совать нос в ваши тайны.

Оннел колебался. Он посмотрел через реку на видневшихся вдали врагов.

Ему очень хотелось, чтобы Маллед тоже был здесь. Разве не здесь должен находиться отмеченный богами Защитник Домдара? Нет, он просто обязан явиться на берег Гребигуаты. Оннел думал об этом всю зиму и частенько приходил к выводу: отсутствие Малледа означает, что весь авангард армии торчит не там, где следует, и что настоящая битва произойдет совсем в другом месте.

Но, насколько ему известно, Маллед пребывает в полной безопасности с женой и детьми в своем ухоженном доме за кладбищем, напротив дома своих родителей. А Ребири Назакри, вне всякого сомнения, может находиться где угодно, но только не в Грозеродже.

Оннел раздумывал, а не сказать ли все-таки Лорду Дузону о Малледе. Конечно, он в свое время обещал ничего не говорить, и обещание надо выполнять, но Малледу все же следует быть здесь и повести за собой воинов Империи против мятежников. Балинус, все его полковники и Новые Маги командуют только потому, что так решили боги. Ни генералы, ни солдаты их не выбирали. Заступник отмечен милостью богов, он их представитель среди смертных и обязан быть здесь. И ни Лорд Дузон, ни его орава сверхчестолюбивых типов не имеют права претендовать на эту роль. Сам Лорд Дузон, похоже, человек приличный, что же касается остальных…

Но, может быть, это всего лишь часть общего, более широкого божественного замысла? Оракулов, с которыми можно было бы посоветоваться, больше не существует, и замыслы богов обрели особую таинственность. Может быть, Малледа здесь нет потому, что боги пожелали видеть его в ином месте. Не исключено, они вместо Малледа оставили здесь Дузона, хотя он вовсе не Заступник.

Оннел подумал, что Дузон мог бы ему понравиться, если б не россказни о его богоизбранности. Более того, он ему уже понравился, хотя и чувствовалась в аристократе какая-то неуловимая фальшь. Сам Дузон, надо отдать ему должное, не заявлял, что он Богоизбранный Заступник, но и не исключал такой возможности. Оннел решил в силу последнего обстоятельства не открывать аристократу тайну Малледа.

Кроме того, может случиться, что все эти непристойные слухи, которые ходили по Грозероджу, окажутся правдой. Что, если жрецы действительно назначили сотни “Богоизбранных Заступников” во всех концах Империи? Лорд Дузон, правда, не привел никаких доказательств, что его претензии подтверждают жрецы. Однако он мог считать, что от подобных доказательств нет никакой пользы. Оннел сам по-настоящему не верил в свою последнюю гипотезу, но теоретическую возможность этого отметать не спешил.

Ему не нравилась эта теория, и сердцем он в неё не верил. Он всегда видел в Малледе нечто особенное, и эта особенность заключалась вовсе не в громадном росте или силе кузнеца. Оннел всю жизнь слышал перешептывания об исключительности Малледа, но был уверен, что восхищен своим другом не под влиянием этих разговоров.