Плач Абалона - Уэлч Джейн - Страница 68

– Однако это твой выбор, служить им или нет. Я уверен, что на свете есть дворяне, не считающиеся со своими подданными.

– Пожалуй, есть, – согласился Каспар и тут же вы сказал самый сокрушительный аргумент: – Но свободны ли они от собственной совести?

– Нет у них никакой совести, – разрушила его построения Брид. – Такие люди, как Рэвик, считают, что на них лежит великая ответственность, но знают ли они нужды своего народа? Часто бывает, что бремя, которое они чувствуют на своих плечах, это лишь вес их самолюбия и жажды власти. – Вдруг она схватила Каспара за руку. – Не оглядывайся. Сзади один человек смотрит на нас слишком уж внимательно.

Каспар кивнул и тут же попытался исподтишка взглянуть назад.

– Не делай так, – велела Брид. – Постарайся вы глядеть спокойным.

– Не могу.

– Ну, посильней постарайся.

Сама Брид опустила голову и изменила походку так, чтобы не выделяться среди остальных. Каспар попробовал последовать ее примеру. Ему было не по себе. Юноша чувствовал, что кто-то смотрит ему в спину, и искушение обернуться делалось все менее переносимым. Наконец, как ни шипела ему в ухо Брид, не в силах больше противиться любопытству, Каспар бросил взгляд через плечо.

Сначала он заметил лишь поющего лесничего, поглядывавшего в его сторону. На миг Каспара охватил страх: не идет ли следом человек-волк из подземелий в стальном венце? Но тут же он услышал раскатистый, старый, давно знакомый голос:

– Мать Благая! Только не мастер Спар!

Глава 21

Принцесса Кимбелин вскинула голову и бросила брату несколько негромких, но едких слов по-кеолотиански. Судя по тому, как принц Тудвал отбросил волосы с глаз и мрачно посмотрел на девушку, слова ему не понравились. Натянув поводья, принц развернул могучего коня и поскакал в хвост колонны. Халь был рад. Без Тудвала он мог опять вернуться к приятной беседе с принцессой.

Дни тянулись долгие. Повозки медленно тащились по узкой дороге через казавшийся бескрайним лес, так что вскоре Халь стал очень ценить общество Кимбелин. Та тоже все чаще хотела с ним поговорить, а он пользовался любой возможностью, чтобы остаться с принцессой наедине. Тем более что Тудвала это явно бесило. Принца надо было время от времени ставить на место, и Халь восхищался способностью Кимбелин делать это. Похоже, сестры вообще имеют над братьями немалую власть. Жена Кеовульфа, Кибиллия, всегда заправляла всеми своими братьями, даже старшим, который должен был унаследовать богатое баронство Йотунн.

Вот уже несколько дней как пропал неприятный затхлый запах, замеченный Тапвеллом. Не попадались больше и странные следы. Халь почти наслаждался поездкой, особенно учитывая, что рядом была Кимбелин, пока к ним не присоединился принц Ренауд. Тогда улыбка молодого человека сошла на нет, и он принялся разглядывать обочину дороги, надеясь, что, не найдя себе приятного собеседника, принц отправится на поиски Хардвина или Тапвелла.

На смену голым по зиме дубам, тянувшим корявые руки-сучья к небу, пришли буки с гладкой корой. Кончился месяц рогень, за ним и гладень прошел, начиналась весна. Буки это вам не дубы, что всегда одеваются, листвой последними покрылись крепкими липкими почками, кое-где уже полопавшимися. Заметив, что ниже уровня человеческого плеча нет ни одной зеленой ветки, Халь решил, что их, должно быть, все до последней обгладывают лесные олени. Слева что-то шевельнулось, привлекая его внимание. Хотя ничего, кроме негромкого шороха опавшей прошлой осенью листвы, он не услышал, там, оказывается, пробежало целое стадо оленей десять.

Принцесса Кимбелин при виде оленей радостно вскрикнула. Должно быть, встречать этих животных ей случалось нечасто. Хотя по большей части Кеолотия была покрыта лесами, столицу окружали обширные равнины, где олени не водились.

Кимбелин подалась вперед в седле.

– Нельзя ли нам последовать за ними?

– Небезопасно отдаляться от эскорта, ваше высочество, – сказал ей Ренауд.

Принцесса была разочарована.

– Они так красивы, – мечтательно проговорила она. – Движутся быстро, бесшумно, будто на крыльях. Хочу завести оленей. У меня будет сад, полный оленей.

Халь хотел было сказать, что от сада в таком случае мало что останется, но вовремя прикусил язык.

– Будь у меня олененок, он бы повсюду за мной ходил, как собачка, – продолжала Кимбелин. – Вы ведь можете поймать мне олененка, Халь?

Торра-альтанец полагал эту идею совершенно бессмысленной, но лишь поклонился.

– Я ваш верный слуга.

Остаток дня он провел, высматривая в лесу вдоль дороги олениху с маленьким детенышем, надеясь при этом, что ни одной не увидит. Совесть голосом Брид шептала на ухо, что нехорошо об этом даже думать. Одно дело охотиться ради пропитания, а совсем другое убить олениху, чтобы принцесса могла держать олененка в саду на привязи. По счастью, олени не показывались, хотя для виду Халь постоянно склонялся к гриве Тайны, что бы заглядывать под листву буков.

Когда он увидел зверя, то сперва решил, что ему померещилось. Но нет, ошибки быть не могло: животное крупное, не меньше быка, с бивнями и щетинистым гребнем на спине один в один ваалаканский тролль вроде тех, что Халю доводилось встречать, только шкура не серая, а черная.

– Тролль! Кеовульф, справа тролль! Солдаты сомкнули ряды и обнажили оружие.

– От повозок не отходить, – приказал им Халь. – Если это самец, он первым делом двинется к женщинам.

Из одной повозки послышались испуганные вскрики. Однако Тудвал расхохотался.

– Тролль? Что за бельбидийские глупости! Я же говорил, что их ни одного не осталось. Наверняка просто медведь. Солдаты, отдыхайте. Едем дальше.

Халь был уверен, что не ошибся, и не отъезжал от Кимбелин.

– Тролль! – опять презрительно фыркнул Тудвал. – Ерунда, бельбидиец. Просто дерево, наполовину скрытое в тени. Бояться нечего.

Халь знал, что видел, и потому не стал спорить. Время покажет, кто прав. Злоба у троллей в крови, и раз они заметили добычу, рано или поздно нападут.

Тудвал свистом подозвал собак и, одарив Халя глумливой усмешкой, а сестру – долгим укоризненным взглядом, отправился в голову колонны. Интересно, подумал Халь, чем Кимбелин сумела так обидеть брата?

Подозвав к себе Огдена, молодой человек велел ему передать, бельбидийским солдатам держаться поближе к женщинам, ни при каких условиях не нарушать строй и не бросаться преследовать троллей. Потом кивнул Кеовульфу, показывая, что совершенно уверен в том, что видел. Великан-калдеец склонил голову и повернул своего вороного коня так, чтобы ехать, справа от повозки, где сидели дамы. Халю досталась левая сторона, а между собой и повозкой он пропустил Кимбелин.

– Вы, в самом деле, думаете, что это тролли? – спросила она с невинным восхищением. – Мой брат редко ошибается.

– Тролли, – подтвердил Халь. – Что бы ни случилось, не отходите от повозок. Тролли кажутся на вид неуклюжими, но легко обгоняют лошадь, так что очень вас об этом прошу.

Почти полчаса они ехали в натянутом молчании, и Халь, несмотря на свою уверенность, потихоньку начал чувствовать себя по-дурацки.

– Я же говорила, что Тудвал всегда прав, – с улыбкой поддразнила его Кимбелин. – Троллесье давно очистили от этих тварей.

Халь неуверенно покивал. Он не сомневался, что видел тролля, и то обстоятельство, что зверь до сих пор не напал, еще ни о чем не говорило. К тому же буки сменились более густым смешанным лесом, заросшим понизу боярышником и терном. Халь снова насторожился. Тролли животные умные, они вполне могли забежать вперед и устроить засаду в более удобном месте.

Он тщательно проверил оружие, вытащил рог из-под плаща, чтобы быстро поднести его к губам, и отстегнул от седла легкое копье.

Слева, среди берез, что-то шевельнулось. Халь перехватил копье поудобнее. Крепкие деревца дрожали, как пшеница, через которую бежит собака. Без промедления Халь поднял рог и выдул протяжную ноту, а потом метнул копье в показавшееся из чащи короткое рыло тролля. Шкура у него была красноватой, не такой, как у замеченного раньше, и поняв, что троллей несколько, Халь испугался, как бы они не напали сразу на все по возки в караване, от хвоста до головы.