У каждого своя цена - Вайсбергер Лорен - Страница 63

— Келли, я согласен с Бетт. Не слишком удачная идея. Я как бы не привык посещать страны, истерзанные войнами.

— Я не сказала, что не хочу ехать, — робко прошептала я.

— Истерзанные войнами? Ты что, дурак? — поинтересовалась Кайли.

— Ну, не совсем истерзанные и не совсем войнами, но меня мало привлекает перспектива ехать в страну «третьего мира» с опасной для здоровья пищей, грязной водой и без приличного обслуживания гостиничных номеров. Неужели все-таки Ближний Восток? — Лео вопросительно уставился на Келли.

— В этом-то и проблема, — отозвалась Келли, сохраняя хладнокровие куда лучше, чем смогла бы на ее месте я. — Турция — страна западной демократии, вот-вот вступит в Евросоюз. В Стамбуле есть «Времена года», «Ритц» и «Кемпински». Там есть бутик Версаче, черт побери! Уверяю, вы устроитесь там с наивысшим комфортом. Единственное, что от вас требуется, — посетить столько клубов, баров и ресторанов, сколько в человеческих силах. Покупайте красивую одежду. Пейте шампанское, которое вам будут наливать. Ходите по магазинам. Тратьте деньги. Тусуйтесь, сколько можете. И конечно, развлекайте своих гостей.

— Гостей? Ты имеешь в виду владельцев клубов? Я не собираюсь, в задницу, подкладываться под каких-то турок, Келли! Даже ради тебя! — заявила Элайза, скрестив руки на груди в знак высоких моральных принципов.

— Забавно. Мне казалось, у тебя с этим почти нет проблем. Но не страшись, юная Элайза: гости, о которых я говорю, — тщательно подобранная группа людей, формирующих вкусы и модные тенденции, отсюда, из Манхэттена.

Элайза встрепенулась:

— Кто? Кто эти гости? Что ты имеешь в виду? С нами поедут сказочные принцы?

Кайли и Лео тоже насторожились.

— Ну, мы еще не ото всех получили подтверждения, но пока у нас есть согласие Марлены Бержерон, Эммануэля де Сильвы, Моники Темплтон, Оливера Монтрашона, Алессандры Юрайбы Сандоваль и Камиллы фон Альбург. Вы вылетаете в среду, встречаетесь с представителями клиента, инспектируете самые крутые кабаки. Остальные прилетят в пятницу частным рейсом и присоединятся к вам во «Временах года». С этого момента клиент все берет на себя — машины, выпивку, ужины, — все, что вам понадобится, чтобы обеспечить гостям и фотографам отличное времяпрепровождение.

— Частным рейсом… — пробормотала я.

— Фотографы? Келли, неужели ты посылаешь нас в Турцию с целым самолетом папарацци? — заныла Элайза.

— Будут только свои, их не больше трех, все фрилансеры. Добавьте четверых, ну, может, пятерых свободных репортеров, и восторг прессы нам обеспечен.

Я размышляла. Менее, чем через сорок восемь часов я буду на пути в Стамбул (Турция) с рабочим заданием пить, танцевать и возлежать в шезлонге возле бассейна в одном из лучших отелей мирового класса с единственной реальной обязанностью следить, чтобы у тщательно отобранной у Манхэттена горстки элитных тусовщиков не иссякали запасы алкоголя и наркотиков, дабы на фотографиях хозяева жизни выглядели счастливыми, но могли, по возможности, связно отвечать на вопросы репортеров.

Когда фоторепортажи об увеселительной поездке наводнят таблоиды, а еженедельные нью-йоркские газеты выйдут с заголовками, кричащими, что все приличные люди ездят отдыхать в Стамбул, никто не догадается, что светской тусовке буквально заплатили за приезд, оплатив заодно и специально отобранные снимки, и репортеров для описания веселухи.

Блестящий ход, как нельзя лучше отражающий девиз пиар-индустрии: «Организуй и освещай».

— Бетт, я взяла на себя смелость заказать вам с Филипом через ассоциацию апартаменты для новобрачных «Медовый месяц». По крайней мере, это я могу сделать для моей любимой пары, — с гордостью сообщила Келли.

— Филип тоже едет? — поперхнулась я. После поцелуя Сэмми фиктивный роман с Филипом казался плодом больного воображения.

— Конечно, едет. Большей частью это его идея! Я рассказала Филипу о нашем новом клиенте на презентации «Блэкберри», и он любезно предложил свои услуги, сказав, что с удовольствием повезет в Стамбул своих друзей, если это поможет проекту. Филип даже предложил личный самолет отца, но ассоциация уже решила использовать собственный воздушный транспорт. Бетт, ты должна быть счастлива.

Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но Келли уже шла к дверям конференц-зала.

— Детки, за оставшиеся дни нам предстоит многое сделать. Элайза, назначаю тебя ответственной за связи с клиентом и приглашенными особо важными персонами. Подтвердить и переподтвердить все детали поездки. Убедись, что каждый знает, куда и когда поедет и что нужно иметь с собой. Лео, сосредоточься на контактах с репортерами и фотографами, а заодно и редакторами. Набросай кратенько пресс-релиз и пресс-конспект и дай им столько фотографий наших гостей, сколько сможешь стибрить. Дэвид, начинай создавать досье на группу, которую повезете. Все приглашенные есть в базе данных, поэтому напиши их биографии и оперативно собери полный анамнез — симпатии, антипатии. Убедись, что во «Временах года» найдутся минералка, вина и лакомства в соответствии с личными вкусами каждого из наших постояльцев. Не думаю, что возникнут серьезные романтические конфликты, но проверить надо. Если не брать в расчет, что Камилла раньше трахалась с Оливером, а теперь Оливер предположительно спит с Моникой, думаю, друг друга они не интересуют. Нам же проще.

Все лихорадочно строчили в блокнотах. Списочные девушки, которым разрешили присутствовать на собрании, с изумлением глазели на нас с последнего ряда.

— Келли, а мне что делать? — спросила я, когда начальница была уже в дверях.

— Тебе? Бетт, единственное, о чем тебе нужно волноваться, — это Филип. В этой поездке он — ключевая фигура, поэтому сконцентрируйся на том, чтобы он был абсолютно счастлив. Чего бы ни захотел — добудь. Что потребует. Если Филип счастлив — его друзья тоже довольны, и весь проект окажется прогулкой в парке. — Келли, не скрываясь, подмигнула на тот случай, если кто-нибудь не совсем понял ее слова, и ушла в свой кабинет.

Оживленно щебечущие Лео, Кайли и Элайза решили продолжить планирование за ленчем в соседнем кафе. Я осталась в офисе, опустив голову на стол, не сознавая, что задремала, пока внезапно не проснулась в ужасе от приснившегося кошмара: на балконе роскошных апартаментов для новобрачных Филип в одних шелковых трусах принимает различные йоговские асаны, а фотограф делает снимки, пристроившись на широкой двуспальной кровати.

22

Во вторник вечером Пенелопа, наконец, ответила на один из десятков моих звонков. После конфуза с прощальным ужином в качестве искупления я поставила целью как можно чаще звонить подруге, но мы обе были настолько заняты, что поговорить удавалось редко. Пенелопа отдалилась как физически — на большое расстояние, так и во времени (в другой часовой пояс), но беда была не в этом. Несмотря на заверения, что она давно меня простила, чувствовалось, подруга не забыла прощальную вечеринку. Я еще не рассказала ей о поцелуе Сэмми, о разговоре с родителями на празднике листопада и даже о доверенном мне секрете, что отвратительные статейки кропает Водоворот.

Я четвертый час укладывала вещи, периодически набирая номер Пенелопы, и думала о Сэмми, гадая, дома ли он, готовится ли к разрыву со своей девушкой, чтобы мы с ним могли быть вместе. Невзирая ни на что, я была уверена — он сделает правильный выбор, что означало немедленно порвать с ней и начать долгий любовный роман со мной. Это же так очевидно… По крайней мере, для меня.

Мысленно я дошла до середины трогательной истории любви, когда Пенелопа сняла трубку.

— Привет, — мягко и как-то нерешительно произнесла она.

— Привет! Как поживаешь?

— Ничего. Извини, что я так долго не объявлялась.

— Никаких проблем, мы обе были заняты. Я завтра уезжаю в Турцию, звоню, чтобы попрощаться. Всего на пару дней, но до отъезда хочу узнать, как твои дела.

— В Турцию? — удивилась Пенелопа. — Почему в Турцию?