Хозяева космоса - Вардеман Роберт - Страница 117

– Вы правы насчет этого. Куда мог уйти Камерон? Как он собирался передать данные Фремонту на Гамму Терциус-4?

– Пакет с поручением, – ответила Вэнди.

– Рискованно, – усомнился Кинсолвинг. – Камерон захотел бы сам отвезти данные. Он будет знать, что они прибыли, только если сам их привезет. Он захотел бы торжествовать, вручая их Фремонту.

– Это был для него шанс выдвинуться.

Старший инспектор подумал, что Вэнди нашла походящую причину, почему Камерону захотелось бы лично доставить информацию. Судя по всему, что Кинсолвинг знал о мастере по роботам, такое вполне с ним вязалось. Камерон в ММ был только нанятым вспомогательным работником. Не простираются ли амбиции Камерона к более значительным высотам, подумал Кинсолвинг, как, например, председательство в компании, такая власть дала бы ему основание для больших завоеваний. Не хотел ли Камерон править населенным людьми космосом при помощи экономической власти, а пространством, населенным инопланетянами, – опираясь на разрушительную мощь? Те, кто участвует в Плане Звездной Смерти, мыслят в этих категориях. А Камерон был самым амбициозным среди тех, кого приводились встретить Кинсолвингу.

– Как часто отправляется челнок на Почти Парадиз? – спросил он у Вэнди.

– В любое время, когда кто-нибудь хочет лететь. Мы никогда не задерживаем челноки. Наши гости диктуют политику в самом широком смысле. Мы хотим только угождать.

– Тогда он мог уже улететь. – У Кинсолвинга упало настроение, и он подумал, что это отразилось на его внешности.

– Еще нет. Челнок полетел на станцию, чтобы привезти пару прибывших гостей. Он не вернется еще, по крайней мере, час. Возможно, потребуется и больше.

– Как вы можете его задержать?

– Пойдем назад, ко мне в дом. Нужен всего один простой приказ. Я, в конце концов, директор Парадиза.

Возражать Кинсолвинг не стал. После того, как Камерон перепрограммировал компьютер Парадиза, он раздумывал: а сможет ли теперь кто-нибудь, кроме Камерона, управлять планетой-курортом? Они заторопились обратно. Кинсолвинг нервничал, ожидая появления Джессарета, готового разрезать его пополам. Он не видел работников службы безопасности ОТ и настоял на том, чтобы первому войти в квартиру Вэнди и проверить, нет ли засады или ловушек. Он не обнаружил ни Джессарета, ни смертоносных роботов Камерона. Это беспокоило его, лучше бы дом наполняли автоматические капканы.

– Сообщите режим работы челнока. Так. Именно это я и предполагала, – Вэнди поудобнее устроились в кресле, держа пульт в руке. С Почти Парадиза едут три пассажира вместо двух. – Она нахмурилась и выясняла, что это за пассажиры, а Кинсолвинг ждал.

– Что не в порядке? – он увидел, что выражение ее лица сделалось еще мрачнее, когда по экрану прошло быстрое сообщение.

– Два человека из ММ, один из ОТ. В челноке находится мой непосредственный начальник, Иван Дэньгоу. – Она облокотилась на спинку кресла, ее лицо приняло отсутствующее выражение. – Единственная причина, почему он сейчас будет здесь, – то, что он знает о Суареце.

– Вы хотите сказать – это он прислал сюда Суареца, – Бартон произнес эти слова невыразительно, не как вопрос, а констатируя факт.

– Это единственно возможное заключение. Я послала срочное сообщение, объясняющее появление чумы, председателю, а не Дэньгоу, который является вице-президентом внеземных курортов. Сообщение, возможно, еще не прибыло. И его получат только через несколько недель. А Дэньгоу уже едет сюда.

Кинсолвинг вздохнул. Значит, еще один сторонник Плана. Еще один человек, который хочет, чтобы все инопланетяне во вселенной были уничтожены.

– Челнок прибудет чрез тридцать минут. Я отдала распоряжение не выпускать его сразу на орбиту. Мы должны его встретить, когда он прибудет.

– И? – спросил инженер.

– Дэньгоу прилетел сюда, чтобы увидеть результаты опытов Суареца. Я хочу лично ему показать. Автомедик поместил нескольких инопланетян в холодильник. И хочу, чтобы он увидел сам, что Суарец выпустил.

– Это его не шокирует, – сказал Кинсолвинг. Он знал, что люди, участвующие в Плане, безжалостны в своем бизнесе. Ради завоевания галактики они могли быть и еще более коварными и бесчувственными.

– Это для начала. Если же не подействует, что ж, я что-нибудь другое придумаю. – Кинсолвинг видел, как женщина коснулась портативного лазера, который раньше запихала себе в карман.

Бартон начал собираться в космопорт, потом остановился. Что-то в глубине души грызло его.

– Проверьте, не сможете ли вы отыскать Камерона по своей системе? – предложил он.

Вэнди попробовала – у нее не вышло. Кинсолвинг и не думал, что получится.

– Попробуйте-ка Джессарета, – попросил он.

– Он уже в космопорте, – удивилась Вэнди. – Система все-таки его отыскивает.

– Камерон хочет, чтобы мы знали, где он. Не спрашивайте меня, почему. Я понятия не имею.

– Джессарет прячется на северной оконечности посадочного поля. Мы сможем к нему подойти, если воспользуемся подземным туннелем для служащих, который выводит к зданию снабжения жидкими металлами.

Кинсолвинг воззрился на трехмерное изображение Джессарета на экране, потом покачал головой. Камерон заманивает их в ловушку. Или Джессарет больше, чем приманка?

Вэнди и Кинсолвинг поспешили ко входу в подземелье, спустились и побежали по тоннелю, не пользуясь механизмами, которые там нашли. Ни один из них не хотел, чтобы повторился эпизод с бомбой в наземном кэбе. Бартон считал Джессарета виновным в том неуклюжем покушении на их жизни, но наверняка он не знал. Лучше уж путешествовать пешком, чем рисковать, испытывая разрушительные фокусы Камерона.

– Долго еще? – Кинсолвинг запыхался. Когда он работал горным инженером на Глубокой, ему приходилось находиться в критических ситуациях. А со времени своего прибытия на Парадиз он получал раны и повреждения такие сильные, что находился на расстоянии шага от смерти; спина была изранена и болела; ожог на руке, который получился оттого, что Джессарет чуть промахнулся, не залечили как следует, и кожа теперь зудела. А все остальное? Кинсолвинг не мог припомнить, когда он в последний раз как следует выспался или досыта поел. Для большинства здесь место оздоровления и получения удовольствий. Для него эта планета превратилась в источник постоянных гонок.

Это были гонки, в которых он медленно терпел поражение.

– Вот и пришли, – успокоила его Вэнди. Пот стекал по ее лицу солеными струйками. Она выглядела не лучше, чем Кинсолвинг себя чувствовал.

– Кажется, Камерон хочет от нас, чтобы мы остановили Джессарета. Зачем еще оставлять в файлах системы безопасности его опознавательные знаки? Ну, раз все равно нам больше нечего делать, погоняемся за Джессаретом.

– Камерон хочет, чтобы мы остановили Джессарета, чтобы не делать этого самому. Джессарет знает, что Камерон украл технологические данные процесса, чтобы создать несвязанный вирус. Наверно, причина в этом, – Вэнди, кажется, удовлетворяло такое объяснение.

И Кинсолвинг не стал спорить, напоминая ей, что Камерон легко мог бы убрать Джессарета, если бы ему этого захотелось. Этот человек просто играл с ними по своим правилам. Камерон может с такой же легкостью приказать армии роботов-убийц преследовать их. И не осталось бы на Парадизе такого места, где они могли бы спрятаться, если Камерон решит, что им следует умереть.

– Игра ведется за спиной у Джессарета? – спросил он. Вэнди кивнула. С минуту она пристально смотрела на него, затем импульсивно шагнула вперед и поцеловала.

– На счастье, – сказала она.

Прежде чем Кинсолвинг обрел дар речи, директор Парадиза вскочила на ступеньки лестницы и распахнула дверь, ведущую в космопорт. Теплый солнечный свет струился внутрь лестничной клетки, он ласково коснулся лица Бартона. Тот почти поверил в покой и отдых и то, что проводит отпуск на этой безмятежной планете. Почти.

Он последовал за Вэнди, сжимая лазер в руке. Боком пробрался мимо женщины и вышел на гудрон. На этой территории виднелся одноэтажный дом. И везде мог поджидать их Дэви Джессарет.