Еще немного икры - Вейо Клод - Страница 7

— Что? Что ты сделала?

Она странно ухмыльнулась.

— Я поела икры.

— Ну вот! Опять начинаешь глупости говорить.

— А вот и нет! Папа взял банку у полковника Пенна, чтобы поставить опыты с икрой. А на перемене, помнишь, говорили, что икра — это такая еда. Ну я и захотела попробовать.

— Ты съела это?!

— Ну, съела. А что?

— Тина, ты что с ума сошла? Я слышал, как папа и мама об этом говорили. Я не все понял, но точно знаю, что это очень поганая штука. Нельзя ее есть!

— Глупости! Икра — это очень хорошая вещь. Я ее поела и тут же все узнала.

— Что ты узнала?

— Все. Я все узнала.

— Но они ищут тебя, Тина. Они плохого тебе хотят.

— Это потому, что они не знают. Вот ты пойдешь и все им скажешь. Ты скажешь им, что мы не хотим им зла и что надо продолжать экспансию.

— Слушай, Тина, ты же не знала, что то, что ты делаешь, — это плохо. Ты пойдешь со мной, и мы все им объясним.

— Нет. Если они меня увидят, ничего слушать не будут: тут же сожгут. Я это знаю. Но вот ты, ты пойдешь.

— Да, Тина, да. Я им скажу, что ты не знала.

Она пододвинулась поближе и погладила меня по щеке.

— Ты хороший, Эрве. Ты хороший, Эрве. Ты самый хороший из всех. Хочешь я тебя поцелую?

Она обняла меня и крепко сжала. Мне вдруг стало страшно, потому что ее губы на моей щеке стали как множество кусачих насекомых. Я закричал — мне казалось, что ее лицо проникает в мое, что ее руки расплываются по моей шее и что я умираю.

Но это продолжалось недолго. Непонятно даже, с чего это я кричал. Теперь мне совершенно не страшно. Я знаю. Мы свободны, и экспансия продолжается. У них есть космический корабль на орбите вокруг планеты. Им не удается его починить, потому что тысяче двумстам разных индивидуальностей не просто согласовать свои действия. А когда мы станем единым целым, когда мы сольем все эти разрозненные сознания в единый разум, в единую мысль, тогда мы легко восстановим корабль. Я часто слышал, как папа сокрушался, что на борту нет нексиалиста, потому что это такая наука, которая объединяет все остальные. Так вот, мы будем интегральным нексиалистом.

На земле — множество индивидуальностей. Я это знаю. Об этом говорил папа и папа Тины тоже. Миллионы и миллиарды разумных существ. Когда мы их всех поглотим, мы станем Единым, и нам не будет преград. Вселенная будет принадлежать нам. Почему они не хотят этого понять? Мы несем им свободу, а они хотят нас сжечь.

Вот и мой дом. Мама выбегает на порог, за ней папа. Их лица полны тревоги.

— Эрве, где ты был? Мы так беспокоились. Скорее в дом, сынок. Ужас, что творится…

Они раскрывают мне свои объятия, и я прижимаюсь к ним. Папочка, мамочка — я так их люблю. Я их люблю еще больше, чем раньше. Я хочу быть с ними вместе, еще больше вместе, совершенно вместе.

Папа и мама кричат, когда мои руки начинают расплываться по их телу, но это скоро кончится. Не кричите. Не кричите, прошу вас. Еще немного, и вы узнаете.

Claude Veillot (c) Стариков В. К. — перевод, составление, 1992 (c) Международный журнал «Панорама» — оформление, 1992 OCR Dauphin, 2002