Московское царство - Вернадский Георгий Владимирович - Страница 173

Князь Василий Васильевич поручили собрать общую информацию о текущих политических и военных делах на юге, для чего ему дали право писать «самому» (не дожидаясь специальных распоряжений из Москвы) своему дяде в Киев, Ромодановскому и Самойловичу, а также всем московским воеводам на Украине и в пограничных областях Руси. Таким образом, хотя Ромодановского официально и не подчинили Голицыну, он оказался под его наблюдением, нацеленным на ограничение инициативы и свободы действий командующего. К тому же, под командованием Голицына было организовано отдельное армейское формирование. Вместо отправки Ромодановскому подкрепления московское правительство передало его Голицыну. Создавшаяся неразбериха сократила шансы Ромодановского и Самойловича в приближавшейся борьбе с Дорошенко и турками.

Дорошенко стоял в Чигирине. Он продолжал уговаривать султана и крымского хана выслать войска, чтобы дать ему возможность удержать Чигирин в войне с московитами и левобережными казаками. Одновременно, чтобы выиграть время, он поддерживал переписку с Ромодановским, выражая желание принять царский протекторат на условии, что царь назначит его гетманом Правобережной Украины. Ромодановский требовал сдачи без всяких условий, чего Дорошенко делать не желал.

В конце лета 1676 г. Ромодановский и Самойлович потеряли терпение и приказали атаковать Чигирин объединенными силами из пятнадцати тысяч московитов под командованием Григория Косагова и четырех отрядов казаков во главе с Леонтием Полуботком. Попытка Дорошенко контратаковать провалилась, и ему ничего не оставалось, как сдаться. Объединенный московско-казацкий гарнизон оккупировал Чигирин. Ромодановский и Самойлович доставили Дорошенко в Соснипу Черниговского уезда. В ноябре царь прислал к Самойловичу своего представителя с инструкцией отправить Дорошенко в Москву для подтверждения его присяги царю. Самойлович не был склонен выполнять это распоряжение. В феврале 1677 г. к Самойловичу прибыл другой представитель, чтобы еще раз переговорить об отправке Дорошенко в Москву. На сей раз Самойлович уступил желанию царя. 20 марта царь Федор дал Дорошенко аудиенцию. Ему приказали оставаться в Москве в качестве царского советника по турецким и татарским делам. Два года спустя его назначили наместником в Вятку.

Тем временем турецкая угроза Москве становилась все более серьезной. При посредничестве Людовика XIV Французского война между Турцией и Польшей закончилась, мир заключили в Журавне 17 октября 1676 г. По условиям мирного договора Правобережная Украина была поделена между Польшей и Турцией.

Капитуляция Дорошенко оставила турецкую часть Украины без правителя. Султан был вынужден назначить нового вассального гетмана. Так случилось, что кандидат нашелся непосредственно в Константинополе – Юрий Хмельницкий. В 1669 г. пропольский гетман Ханенко потерпел поражение от протурецкого гетмана Дорошенко. В этой борьбе Дорошенко поддержали белгородские (аккерманские) татары, посланные против Ханенко пашой Силистрии, по приказу султана. Ханенко спасся, а Юрий (монах Гедеон) попал в плен к белгородским татарам и был отправлен в Константинополь, где содержался под стражей. Теперь султан решил использовать его в качестве приманки. Турки знали, что Юрий не имел организаторских способностей, но они рассчитывали на авторитет имени Хмельницкого среди казаков. Правда, бывший Юрий являлся теперь отцом Гедеоном, однако это не стало препятствием. Под давлением султана патриарх Константинопольский освободил Гедеона от монашеского обета, и он снова стал Юрием. Затем султан сделал его князем Сарматии. Надпись на печати Юрия гласит: «Печать Княжества Малороссийской Украины».1324

Карьера Юрия до сих пор не удавалась. Во время своего первого гетманства, как робкий слабохарактерный человек, он счел необходимым следовать руководству своих советников из старшины, которые постоянно унижали его. Хотя ему не хватало смелости противостоять людям, с которыми он имел дело, будь то друзья или враги, его глубоко ранило постоянное пренебрежительное отношение – или то, что он воспринимал как пренебрежение, – и время от времени он давал выход своим чувствам в приступах бессильной ярости.

Чудесная перемена в судьбе вскружила ему голову. Долго подавляемое страстное желание отомстить всем, кто ему навредил, теперь непреодолимым. Его прежняя робость превратилась в почти патологическую жестокость. 5 апреля 1677 г. новый князь Сарматии отправил послание запорожцам с призывом признать его власть. Казаки, прежде дружелюбно относившиеся к Дорошенко, растерялись, особенно потому, что они не любили Самойловича, который, как они утверждали, перестал посылать им провиант и обмундирование, а также лишил их контроля над переправой через Дон у Переволочной. Самойлович, в свою очередь, доложил царю, что запорожский атаман Серко заключил перемирие с крымским ханом и ведет активную переписку с Юрием Хмельницким.1325

В конце июля турки начали решительную кампанию против Чигирина. Экспедицией командовал Ибрагим-паша, по прозвищу Шайтан (дьявол). С ним двигался Юрий Хмельницкий с несколькими сотнями признавших его власть казаков.

4 августа турки и казаки Юрия подошли к Чигирину. Ибрагим-паша и Хмельницкий потребовали сдачи гарнизона, однако московский воевода крепости, генерал-майор Трауернихт, немец на царской службе, отказался рассматривать их требование. Турки начали осаду Чигирина. В этих обстоятельствах крымский хан привел на помощь туркам своих татар.

Тогда Ромодановский и Самойлович переправились через Днепр, несмотря на все попытки татар и турок преградить им путь. 28 августа московско-казацкая армия нанесла сокрушительное поражение силам противника. Как турки, так и татары понесли тяжелые потери и бежали в беспорядке, бросая своих убитых и раненых, а также пушки. На поле сражения насчитали четыре тысячи убитых янычар. Согласно докладу от 1679 г. посла Валахии в Москве, капитана Билевича, общие потери янычар составили восемь тысяч.1326

Победители, однако, не преследовали обращенных в бегство врагов. Страна была полностью разорена татарами, и московские солдаты испытывали недостаток продовольствия и фуража.1327

Планировалось, что Голицын приведет свои войска в Чигирин для подкрепления сил Ромодановского. Согласно дневнику шотландца, генерала Патрика Гордона, армия Голицына насчитывала примерно пятнадцать-двадцать тысяч человек. Его штаб был полон отпрысков кисетных боярских родов.1328 Армия двигалась медленно и, согласно Гордону, появилась в окрестностях Чигирина только 29 августа, то есть на следующий день после сражения. Голицын не встретился с Ромодановским. Шесть лет спустя, в петиции от 1683 г. к царевне Софье, Голицын утверждал, что Ромодановский вообще не сражался у Чигирина, потому что турки отступили при известии о его (Голицына) приближении к Днепру.1329 Этот документ показывает, до какой степени Голицын был способен искажать истину, говоря о человеке, которого ненавидит.

Прибытие армии Голицына в окрестности Чигирина ясно означало, что он теперь должен принять на себя контроль за ситуацией в этом районе. Ромодановский и Самойлович отвели свои войска на левый берег Днепра. Когда, 12 сентября, армия Ромодановского проходила мимо лагеря Голицына, ни один из враждующих генералов не нанес визита другому.1330

Снова оказавшись на левом берегу, Ромодановский и Самойлович советовали московскому правительству укрепить фортификационные сооружения Чигирина и расположить в крепости сильный гарнизон с большим количеством припасов, чтобы быть подготовленными к будущим нападениям турок. По мнению обоих лидер Чигирин следовало удерживать любой ценой, поскольку он являлся главной опорой украинской линии обороны.