Московское царство - Вернадский Георгий Владимирович - Страница 82

Филарет много сил уделил укреплению материальной базы патриаршего престола. 20 мая 1625 г. царь выдал грамоту своему отцу как патриарху, значительно увеличившую власть Филарета над епархией (Патриаршей областью). Его епархия включала в себя церкви, монастыри и земли, расположенные более чем в сорока городах и уездах.

Раньше большая часть монастырей и многие церкви в епархии патриарха, как и в других епархиях, имели иммунитет (несудимые или тарханные грамоты), согласно которым духовенство и крепостные крестьяне церковных земель по духовным делам входили в юрисдикцию епископа, а по гражданским – в юрисдикцию гражданских властей (Приказа Большого Дворца) или, в некоторых случаях, самого царя. По этим грамотам многие монастыри и церкви освобождались от налогов епископа.

Однако при Филарете все эти грамоты аннулировали, и патриарх получил власть руководить и судить духовенство и крепостных церковных земель не только по духовным делам, но и по гражданским, а также уголовным (кроме разбоя и убийств, которые по-прежнему рассматривались царской администрацией).

Фактически, по условиям царской грамоты, епархия патриарха стала государством Филарета внутри государства его сына.691

Все это ясно показывает, что титул Филарета – Великий Государь – был не просто комплиментарным. Как патриарх, он освящал власть сына благословением церкви, как Великий Государь, он являлся соправителем. Филарет стал фактическим правителем Московии.

Бояре докладывали одновременно царю и патриарху о государственных делах. Челобитные тоже подавались обоим – Михаилу и Филарету. Многие указы и грамоты издавались за двумя подписями. Иностранных послов они принимали вместе. Когда кто-либо из них отправлялся на богомолье в монастырь или по какой-либо причине отсутствовал в столице, они поддерживали связь перепиской, делясь информацией о государственных и церковных делах или спрашивали совета друг у друга. Обычно Михаил следовал совету отца. Во многих случаях он просто передавал принятие решения Филарету.692

Отец и сын правили слаженно, поскольку первый взял руководство в свои крепкие руки, а второй всем сердцем его поддерживал. Михаил был человеком слабого здоровья и мягкого и кроткого нрава, тогда как Филарет (теперь ему было больше шестидесяти) был властным и честолюбивым, с сильной волей и очевидными способностями государственного деятеля.

Напомним, что Филарет (в прошлом Федор Никитич Романов) претендовал на трон после смерти царя Федора в 1598 г. и был горько разочарован, когда царем избрали Бориса Годунова. Он тогда стал одним из лидеров тайного движения бояр против царя Бориса. Борис просчитался, заставив Федора Никитича принять схиму. Как монах Филарет, он навсегда потерял шанс стать царем, однако его подавленное желание власти нашло выход в церковной карьере, и волею судеб он стал избранным патриархом в Тушино, а впоследствии не только патриархом, но и Великим Государем.

И действительно, психологически и по характеру, Филарет скорее был правителем государства, чем церковным прелатом. Он больше напоминал боярина, чем священника. В юности, как Федор Никитич, он был известен, как самый холеный и лучше всех одетый человек в Москве. Будучи патриархом, Филарет продолжал уделять большое внимание своей внешности. В делах Патриаршего Приказа зафиксировано, что каждые два месяца монах Чудова монастыря приходил к Филарету, чтобы подстричь его волосы, бороду и усы. За каждое посещение монах получал 24 копейки.693

Один из младших современников патриарха Филарета, астраханский архиепископ Пахомий, писал о нем: «Филарет был среднего роста и телосложения, имел некоторые познания в теологии, был раздражительным и недоверчивым и настолько властным, что даже сам царь боялся его. Он держал в повиновении бояр и других царских советников, ссылая их или налагая на них другие наказания. К духовным лицам он был добр и не жаден. Он управлял всеми государственными и военными делами царства».694

Следует добавить, что в сдерживании бояр Филарет искал поддержки у Земского Собора, и правил он именно с помощью всей земли.

Мать Михаила Мария (бывшая жена Филарета), которую силой заставили стать монахиней Марфой, была женщиной недалекой, суеверной и не вмешивалась в государственные дела, кроме тех случаев, когда она хотела помочь в продвижении по службе кому-либо из своих родственников или хлопотала за них, если те, как Салтыковы, могли попасть в беду. Владением Марфы был ее дворец, а ее главным развлечением – придворные слухи. Она не доставляла хлопот Филарету в его политических решениях, однако имела последнее слово в некоторых семейных делах, особенно относительно первой помолвки Михаила, которая не состоялась из-за интриг Салтыковых.

III

Практически сразу после своего избрания патриарх Филарет посоветовал парю созвать Земский Собор, чтобы рассмотреть жалобы на несправедливости в налогообложении и официальные злоупотребления бояр и других чиновников.

Было решено послать оценщиков в разоренные города и уезды, чтобы произвести новую опись собственности для обложения налогами, реальными для этих районов. Последний кадастр закончили в конце XVI века, и во многих уездах его данные не соответствовали действительности. В связи с этим Собор рекомендовал составить новый общий кадастр.

Чтобы получить ясную картину государственных финансов, приказали составить новый свод государственных доходов и расходов. Расследование случаев взяточничества высокопоставленных чиновников (сильных людей) поручалось специальному ведомству (Приказу сыскных дел), возглавляемому князьями И.Б. Черкасским Д.И. Мезецким.695 Составление нового кадастра начали в 1620 г. и завершили за несколько лет. Основная единица налогообложения – соха – осталась прежней. Количество земли, соответствовавшее одной сохе, рассчитывалось с учетом качества почвы и разных категорий настоящего владения. По кадастру 1620-х гг. налоговый коэффициент на соху в дворянском поместье был снижен. Произошло некоторое снижение и в других категориях землевладений, но практически никакого снижения не было произведено для земель свободных крестьян в Поморье Северной Руси.696

Однако, хотя процент собственности на соху сделали более благоприятным для налогоплательщиков, особенно в боярских и дворянских поместьях, уровень налогов постоянно повышался. Это было неизбежно и из-за пустоты в казне после Смутного времени, и из-за неуклонного роста государственных расходов, преимущественно на военные нужды.

Напомним, что в 1613 г. Земский Собор обратился к Строгановым с просьбой о значительном заеме для государственной казны, который не выдали. Такие же запросы разослали в крупные монастыри, а также служилым людям. Общее количество этих добровольных заемов оказалось полезным, однако не достаточным, чтобы удовлетворить насущные потребности казны.

В связи с этим в 1614 г. был введен чрезвычайный налог – пятина. Он представлял собой 20-процентный налог на ежегодный доход, совмещенный с 20-процентным обложением движимого имущества. Этот налог собирали, преимущественно, с посадских и государственных крестьян. По этому налогу Строгановым следовало уплатить 16000 рублей. К ним они добавили 24000 в качестве добровольного взноса. Впоследствии пятину собирали каждый год до 1619 г.697

Одновременно правительство повысило налог для почтовой службы (ям). Его собирали в городах и землях всех категорий, кроме дворцовых и государственных земель, где этот налог выплачивали натурой, в виде провианта для ямщиков и лошадей. В 1618 г. ямской налог составлял 800 рублей с сохи.