Героин из Вьентьяна - де Вилье Жерар - Страница 20

Дверь открылась, пропустив европейского вида мужчину, который кивнул Джиму и уселся за стол в глубине зала. Затем он достал из заднего кармана брюк довольно внушительную рацию и поставил ее на стол.

Это был один из ста четырнадцати военных советников американского посольства, постоянно связанный с руководством ЦРУ.

Бармен приоткрыл один глаз и поднялся.

Джим предложил еще партию.

Синтия одарила его ангельской улыбкой.

– Ты сказал мне, что тебе завтра нужно встать пораньше, что ты улетаешь. Тебе нельзя чересчур уставать. К тому же ты знаешь, что я плутую.

– Ерунда! – воскликнул сердито Джим. – Ты не можешь плутовать! Сдавай!

Синтия повернулась к Малко. В се голубых глазах блеснули плутовские искорки.

– Вы не хотите сыграть с нами?

– Ты могла бы спросить мое мнение, – взорвался Джим.

– Ты негостеприимен, – отрезала Синтия. – Джентльмен здесь один и ему скучно.

– Откуда ты знаешь, что он джентльмен? – спросил Джим с тяжеловесной иронией.

– Это сразу видно.

Тон Синтии был куда более ядовит.

– Я не хотел бы вам мешать, – дипломатично заметил Малко.

– Вы нам и не мешаете, – возразила Синтия. – Позвольте вам представить Джима Дафа. Это лучший пилот компании «Эр-Америка»...

Джим не особенно охотно протянул руку Малко. Тот пожал ее, внутренне проклиная себя за явно сорванный контакт.

– Князь Малко Линге, – произнес он.

– Очень приятно, – пропела Синтия. – Князья у нас во Вьентьяне попадаются крайне редко. Если не считать этого борова Лом-Савата... Что-то он сегодня запаздывает. Может быть, он лопнул от обжорства.

– Во что вы играете? – спросил Малко, чтобы разрядить обстановку.

Синтия улыбнулась ему.

– В мексиканский покер.

– Но у вас нет жетонов?

Молодая женщина одарила его ослепительной улыбкой, обнажив свои хищные зубки.

– А нам и не нужны жетоны. У нас не бывает удвоения ставки. Каждый сдает, Джим играет на сто долларов, а я на себя... Если Джим выигрывает, он везет меня сегодня вечером к себе. И я считаю, что он играет по вполне разумным ставкам.

Малко попытался не выдать своего разочарования. Оказывается, Синтия продает свое дивное тело за сто долларов. И все-таки за ее манерой держаться скрывалась не просто шикарная кокотка, а нечто другое. Она выглядела слишком уверенной в себе, держала себя слишком гордо для продажной женщины.

– Это в самом деле великолепное вознаграждение, – признался Малко.

– Для вас оно повышается до двухсот долларов, – бросила Синтия тоном, не допускающим возражений. – И все же я хотела бы отдать предпочтение Джиму, который играет со мной довольно долго, но ни разу еще не выиграл... Идет?

– Идет.

Это был хитроумный способ продолжить работу бара, несмотря на отсутствие клиентов, а самое главное – завязать отношения с Джимом. Даф походил сейчас на акулу, у которой разболелись зубы. Его маленькие черные глазки нацелились на Малко с нескрываемой злобой. Малко придвинул к стойке табурет и уселся рядом с пилотом.

– Кто будет сдавать?

Джим взял колоду и протянул ее Синтии.

– Сдавай.

Она взяла карты, быстро перетасовала их и протянула Джиму.

– Сними.

Даф выполнил ее просьбу, и Синтия раздала по две карты каждому. Малко посмотрел на свои: ему достались дама и восьмерка червей. Совсем не здорово. Он открыл восьмерку.

Синтия открыла короля бубей, а Джим – девятку треф. Он спросил Малко:

– Карту?

Синтия нагнулась к Малко, и он почувствовал, как его руки коснулась ее упругая грудь.

– Предупреждаю вас, что по нашим правилам вы можете спасовать до того, как попросите третью карту. В этом случае вы ничего не проигрываете...

Малко заколебался. С такими картами у него девять шансов из десяти продуть двести долларов. Но было бы глупо оборвать из-за этого наметившийся контакт с Джимом.

– Прошу карту, – сказал он.

Синтия сдала карты. У Малко был туз червей, и он выложил свою даму.

Синтия открыла девятку пик, а Джим – девятку треф. И опять расклад совсем не блестящий. Синтия продолжала сдавать. На этот раз Малко открыл шестерку червей, Джим – даму треф, а Синтия – короля пик. Итак, у нее два короля. Как минимум. У Джима Дафа, казалось, сперло дыхание. Увидев три его трефовые карты, Малко подумал, что на руках у него также трефа. Четвертая. Почти масть.

Замедленным движением Синтия сдала по последней карте. Малко взял свою, даже не взглянув на нее.

Синтия бросила взгляд на свою карту и выложила на стол семерку пик.

Джим, помедлив, выложил восьмерку треф. Он так и ерзал на табурете, показывая всем своим видом, что умирает от желания объявить.

– Тебе играть, Синтия, – сказал он дрогнувшим голосом и судорожно сжал свою последнюю карту, будто опасаясь, что ее украдут.

Синтия окинула их безразличным взглядом и открыла короля червей.

– Три короля, – объявила она.

– Ты проиграла, – заржал Джим.

Заторопившись, он опрокинул свой стакан с вином и выложил короля треф.

– Масть, – почти крикнул он.

Синтия и глазом не моргнула. Ее взгляд был будто прикован к золотистым глазам Малко.

– Наш друг не объявил еще, какие карты ему выпали.

Малко взглянул на свою последнюю карту и не знал, куда деваться от радости. Интуитивно он вдруг почувствовал, что теряет нечто важное.

– У меня тоже масть, – произнес он.

– Как? – воскликнул, покраснев от ярости, Джим.

Ничего не ответив, Малко открыл своего туза червей. Несколько секунд все молчали, затем раздался веселый смех Синтии.

– Вот вы и выиграли!

Глава 9

Джим Даф с силой ударил ладонью по стойке.

– Черт бы побрал этот дерьмовый бордель со всеми потрохами!

И всем стало ясно, что он далеко не полностью изложил свою мысль... Лицо его исказилось гневом, и он уставился на разбросанные по стойке карты, будто решил испепелить их взглядом.

Человек с рацией, сидевший в глубине зала, вдруг резко вскочил.

Никогда еще Малко не приходилось видеть столь бурного проявления эмоций из-за обманутых ожиданий. Он понял, что ему представляется уникальная возможность.

– Я думаю, что это было не слишком справедливо. И если вы оба будете согласны, я предлагаю разыграть мою победу еще раз, завтра вечером.

Джим сделал такие глаза, что они, казалось, вот-вот вывалятся на зеленое сукно стойки. Даже дар речи вернулся к нему не сразу.

– Вы хотите сказать, что не намерены переспать сегодня с Синтией?

– Вы почти угадали, – признался Малко, – хотя это совсем не значит, что я этого не хочу, – добавил он галантно. И вполне искренне.

Хозяйка бара кольнула его ледяным взглядом, еще более прекрасная в своем гневе.

– Вы вряд ли выиграете во второй раз, – заметила она. – Джим очень давно пытается побить меня, но безуспешно.

Впервые после начала партии она показала, что и у нее есть нервы.

– А почему бы и нет. Выпал же мне шанс в первый же раз.

– Джим Даф дружески шлепнул его по спине, да с такой силой, какой хватило бы, чтоб уложить на месте упряжку буйволов.

– Я предлагаю выпить, – заявил он. – Синтия, всем по стаканчику.

Не взглянув на Малко, молодая хозяйка зашла за стойку, наполнила два стакана «Джи энд Би» и поставила их перед мужчинами.

– А мне что-то не хочется, – ответила она на их недоуменные взгляды и, выйдя из-за стойки, направилась к винтовой лестнице. Она медленно поднялась по ней под жадным взглядом Дафа.

Фигура у нее была действительно сказочная... Как только Синтия исчезла в люке, Джим поднял свой стакан и звонко чокнулся им с Малко.

– А вы чертовски симпатичный мужик, – заявил он. – Все мои ребята были бы готовы лететь вверх колесами до самого Луангпрабанга, чтобы провести ночь с Синтией! А условия игры она принимает всерьез, и без разговоров пошла бы с вами.

– Я в этом не сомневаюсь, – согласился Малко, – но я прибыл во Вьентьян не для того, чтобы бегать за девочками.