Беспокойный ветер - Винн (Уинн) Бонни К. - Страница 22

– Я не хочу ранить его чувства и задеть его мужскую гордость.

Абигейл стоически перенесла этот ответ. Невежество Джем в том, что касалось мужской психологии, было поразительным. Но так будет легче добраться до сути дела.

– Ты все еще любишь Чарльза Сойера?

– Конечно, – вырвалось у Джем. Это не подлежало обсуждению. Сердце ее безраздельно принадлежало Чарльзу. И так будет всегда.

Абигейл вздохнула.

– Тогда тебе придется тяжело. Если уж ты совершила такой промах и действительно намерена... – Она немного помолчала, пытаясь высказать свою мысль поделикатнее. – Насколько я понимаю Риза, я не могу себе представить, чтобы он смирился с такой ситуацией.

– Наверное, ты права. – Джем уставилась в одну точку и умолкла.

– Джем, но почему ты вышла замуж за Риза, если до сих пор любишь Чарльза Сойера?

Зайдя так далеко, Джем уже не видела причин, чтобы скрывать остальные тайны. Когда она закончила рассказывать Абигейл об истинных причинах своего брака с Ризом, на лице ее подруги появилось растерянное выражение.

– Ох, Джем...

– Я понимаю. Это ужасно.

– Ты пошла на огромную жертву, но променять любовь на ранчо... Я просто не понимаю. – Абигейл покачала головой.

– И теперь я не знаю, что делать с Ризом. – Джем поднялась и снова зашагала по комнате, припоминая гнев Риза и свой стыд. – Понятно, он такого не простит.

– Судя по тому, как он себя вел, это не совсем так.

Джем остановилась; перед глазами у нее стояло лицо Риза в тот момент, когда она поняла, что назвала его Чарльзом.

Абигейл тщательно подбирала слова.

– Мне кажется, что Риз – настоящий мужчина... – Она хотела продолжать, но выражение лица Джем заставило ее умолкнуть.

– Джем?

Но Джем не в силах была отозваться. Перед ее внутренним взором предстала соблазнительная картина: мускулистое худощавое тело Риза. Джем проглотила комок в горле... да, несомненно, он – настоящий мужчина. Несмотря на то что сердце ее принадлежало другому, волнение, которое Риз пробудил в ней, было лучшим доказательством того, что ее тело может с легкостью принадлежать именно ему. От таких мыслей чувство вины усилилось еще больше.

– Джем? – снова окликнула ее Абигейл, тревожно вглядываясь в лицо подруги.

– Это нетрудно заметить... – Джем вздрогнула, вспомнив огонь, который разожгли в ней прикосновения Риза, всепоглощающее желание продолжить начатую близость.

Абигейл наблюдала за ними на вечеринках, и она прекрасно понимала, что именно Джем сейчас пытается облечь в слова. Риз, вне всяких сомнений, испытывал влечение к своей жене. Зная, что Джем очень скрытная, Абигейл была тронута ее доверием. И все же она не знала, что ей посоветовать: ведь в опыте ее общения с Майклом ничего подобного не было. Она полюбила его чуть ли не с первого взгляда. А с первого прикосновения она поняла, что это за человек – сильный, добрый, любящий. Что она могла сказать Джем?

Глядя на взволнованное лицо подруги, Абигейл размышляла, как объяснить ей, что Риз – не такой человек, чтобы спокойно переносить любовь жены к другому мужчине. Джем такая упрямая, она верит только в свою правоту. Как доказать ей, что настал день, когда ей надо прислушаться к совету?

– Джем, а что сказал Риз?

– Ничего. – На мгновение в ее памяти вновь прозвучали его полные ненависти слова, но она решительно отмела это воспоминание. – Он просто встал и выбежал вон.

– Так ты с ним еще не говорила? – Абигейл была не в силах полностью скрыть испуг в своем голосе.

Джем вспомнила почти опустошенную бутылку бурбона, которую она обнаружила утром на кухонном столе.

– По-моему, он ночью немного выпил.

Абигейл вспомнила те несколько случаев, когда она видела Риза за спиртным. На свадьбе и на вечеринках он выпил немало, но непохоже, чтобы пьянство входило у него в привычку. Однако в тех случаях у него не было причин напиваться... Абигейл снова заговорила, еще тщательнее подбирая слова.

– Джем, мне кажется, тебе следует быть осторожной.

– Мне?! Я-то могу о себе позаботиться! Ты знаешь, что я одним выстрелом...

– То, о чем я говорю, не имеет отношения к стрельбе.

– Но... – Джем немного помолчала. – Ты хочешь сказать, что Риз... – Она не смогла додумать эту мысль до конца. Вспомнив выражение его лица прошлой ночью, она в ужасе уставилась на Абигейл. – Ты думаешь, что Риз может рассердиться до такой степени?

Настало время говорить начистоту.

– Ты нанесла ему удар ниже пояса, Джем.

– Ох, я понимаю... – прошептала Джем, и Абигейл почувствовала, что та начинает понимать последствия своего поступка.

Джем всегда была страшно упряма, она не привыкла ошибаться и разбираться с последствиями своих ошибок. Быть может, с сегодняшнего дня ей придется этому учиться.

Но прежде чем Абигейл успела оценить уступку, на которую пошла Джем, та снова удивила ее:

– Мне следовало поддерживать с ним чисто деловые отношения. Если бы Риз знал, что я хозяйка, он не осмелился бы и пальцем прикоснуться ко мне.

– Но разве ты не...

– Да, я превратилась в недоваренный пудинг. Но это больше не повторится. Мне нужно навести порядок на ранчо.

– Ты что, думаешь, это будет легко?

– Если он хочет получить свои деньги. Абигейл разочарованно покачала головой. Для Джем все представлялось в черно-белом цвете, она не знала, что такое оттенки. И теперь Абигейл понимала, что ей не удастся переменить образ мыслей подруги.

– Прошу тебя, будь осторожна, Джем.

– Я уже сказала тебе, что могу о себе позаботиться.

– Я не это имею в виду. Боль, о которой я говорю, – это не физическая боль.

Абигейл снова наполнила стаканы лимонадом. Джем взяла стакан и поднесла его к губам. На лице ее появилось задумчивое выражение.

– Я просто скажу ему, чтобы он забыл о той ночи, и пообещаю больше не называть его Чарльзом.

Абигейл поперхнулась лимонадом и закашлялась. Джем принялась что было силы хлопать ее по спине и чуть не сбросила ее с дивана. Когда Абигейл снова смогла говорить, голос ее прозвучал взволнованно:

– Джем, на мой взгляд, такое поведение недопустимо.

– Не волнуйся... я решила покончить со всем этим вздором. – Джем выпрямилась в полный рост, вспомнив торжество, замеченное ею в глазах Риза. На сей раз ему не победить. – Я просто как следует запомню, что произошло, и постараюсь, чтобы этого больше не повторилось.

– Не хочу обижать тебя, но если ты упрешься во что-то рогами, то тебя уже не сдвинуть с места. Подобное поведение может очень сильно обидеть мужчину, особенно в такой деликатной ситуации.

– Я не могу уступить. Мне необходимо, чтобы Риз помог мне вычеркнуть ранчо из черного списка. Если для этого мне придется спать с ним, что ж, я согласна. Он забудет о моем промахе с Чарльзом.

– Не хочу, чтобы ты подумала, что я спорю с тобой просто ради удовольствия, но, скажи на милость, как ты собираешься этого добиться?

Джем гордо вскинула голову.

– В конце концов, я из семьи Уитэйкеров!

– Но разве ты теперь не Макинтайр? Самоуверенность Джем, казалось, слегка пошатнулась.

– Когда я налажу с ним должные отношения, это будет неважно. – Она изо всех сил отгоняла от себя навязчивую мысль, что они с Ризом уже пересекли черту, за которую нет возврата.

– Ты собираешься играть роль хозяйки ранчо, которая по случаю решила разделить постель со своим работником?

Джем вздернула подбородок, удивляясь тону ее голоса, которого она никогда прежде не слышала от тихой и вежливой Абигейл.

– Ты думаешь, я не права?

– Я думаю, что ты никогда не верила в то, что можешь ошибаться, поэтому ты и не представляешь себе, что значит быть неправой. Джем прищурилась, обдумывая слова Абигейл. Чепуха! То, что она мыслит здраво и доверяет своим суждениям, вовсе не значит, что она не способна признать свою ошибку.

– Ты никогда прежде так не говорила, Абигейл.

– Просто мы с тобой раньше мало общались. Я знаю о жизни немножко побольше, а не только, как устраивать вечеринки и печь пироги.