Фиолетовый шар - Винник Александр Яковлевич - Страница 8

Может быть, марсианин не придал особого значения и тому, что увидел красную космонавтку в университете на одной скамье с подругой, у которой цвет кожи, словно назло нашему БИП, оказался совсем черным?

Но когда марсиане сопоставили воспоминания двух жителей Земли, сравнение оказалось не в нашу пользу. И тут сыграли роль вещи и явления, которым многие из нас не придают значения, но которые, оказывается, могут характеризовать деятельность и стремления человечества.

Марсиане, например, не знают, что такое деньги. Поэтому им, видно, и непонятно было, что происходило на фондовой бирже, когда однажды туда попал Джо Филл. «Расспрашивая» нашего космонавта, они пытались добраться до причины, которая сделала серебряные кружочки и лоскутки бумаги такими решающими в нашей жизни. И, конечно, удивились, когда сопоставили с этим воспоминание красной космонавтки, отказавшейся однажды от денег. Я, признаться, не все понял в этой истории. Радько тогда работала ткачихой, зарабатывала немало, а потом перешла на другую работу, где платили меньше. Вероятно, и марсиане не все поняли, но что-то в поступке красной космонавтки им пришлось, видно, по душе.

Ольга Радько во время «беседы» с марсианином была такой же беспомощной, как и Джо Филл. Действовал ее мозг, запечатлевший воспоминания, которые она и воспроизводила. Кто же повинен в том, что видения, возникавшие в ее мозгу, оказались неблагоприятными для нашего общественного строя? Может быть, стоит призвать в комиссию БИП тех, кто, не считаясь с мнением простых людей, продолжает насаждать у нас в стране идеи, удобные группе избранных и не находящие ответного отклика в сердцах и сознании миллионов?

13

Здесь начинаются события, о которых мне меньше всего хочется писать, учитывая интересы человека, на защиту которого я стал. Но я поклялся писать только правду и не вправе нарушать клятву.

Двое марсиан после «беседы» с жителями Земли исчезли, а Джо и красная космонавтка, придя в себя, стали советоваться, что делать дальше.

– Надо возвращаться в ракету, – сказал Джо.

– Но там же эти… марсиане… Я боюсь их, – прошептала Ольга.

– Попробуем выкурить их, – решительно произнес Джо и направился к ракете.

– Нет-нет, умоляю вас, только не это, – остановила его Ольга.

– Неужто вы думаете, что я не справлюсь с этими двумя кактусами или гусеницами?

– Не говорите так, они могут услышать.

– Ну и пусть слушают, не велика важность.

– Вы забываете, Джо, как они усадили нас здесь и принудили подчиниться.

Ее слова несколько отрезвили Джо.

– Да-а, – протянул он. – Есть в них какая-то сила.

– Телепатия.

– Передача мыслей на расстояние… А если отвернуться, не глядеть на них? Может, не подействует.

– Может быть.

– Надо проверить, – сказал Джо. – Пить хочется… И поесть надо.

– Знаете что, Джо, – сказала Ольга. – Пойдемте в ракету. Они же нас до сих пор не трогали, и у них как будто нет злых намерений. Сделаем вид, что их общество нас не страшит и не стесняет, попробуем войти в контакт с ними.

– С этими тварями? – возмутился Джо.

– Не говорите так.

– Ладно, ладно. Пошли.

Они поднялись по лестнице во входную камеру, Джо взялся за рычаг, чтобы наглухо закрыть люк.

– Может быть, не следует? – остановила его Ольга. – Они ведь там.

– Ну и черт с ними, пусть у нас побудут в плену как заложники, – ответил Джо и решительным рывком повернул рычаг.

Войдя в кабину управления, космонавты сразу увидели обоих марсиан. Они притаились в углу у щита и вытаращили на вошедших свои телескопические глаза, потом прикрыли их пленкой.

– Взять бы пистолет и разрядить в паршивую голову этой твари, – со злостью сказал Джо. – От нее бы и следа не осталось.

– Джо! – предостерегающе остановила его Ольга. – Мы ведь договорились… И не надо их так называть. Они ведь живые существа и судя по всему разумные.

– Ну и что? – горячился Джо. – Это же не люди. Хуже чернокожих. Куда им до черномазых! Они и на скотов не похожи… Вам ведь не жалко раздавить гусеницу, клопа. А они не лучше.

– Как вы смеете! – воскликнула Ольга.

– Не будем ссориться, – примирительно сказал Джо. – Нас двое, а сколько тут этих тва… чудовищ, мы не знаем… Ну, ты, чего уставился своими бельмами? – обратился он к марсианину. Но тот не шевельнулся. – Давайте поедим.

Ольга раскрыла банку мясных консервов, достала тюбик с концентратом черной смородины. Джо вытащил флягу со спиртом.

Он хлебнул из фляжки.

– Я вам уже не предлагаю, – сказал он Ольге. – А тебе – пожалуйста. Выпьем за дружбу, – обратился Джо к марсианину.

Марсиане были мертвенно неподвижны, как чучела. Только время от времени приподнимали пленку, и тогда светились грани их глаз.

– Они, наверное, ничего не понимают, – сказал Джо.

– А вы уверены? Кто знает, какие процессы происходят у них в мозгу?..

– Да мне плевать на них. В клопе, извиняюсь, тоже протекают процессы. А я его давлю и не жалею. И эти тоже… гады какие-нибудь. Смотрите на него. Ну гад, и все. Я бы их тяжелым чем-то оглушил, и конец.

– А дальше?

– Что дальше? Сидели бы в ракете и дожидались, когда прилетят за нами. Еды и питья хватит. Жаль только, что нельзя передать их изображения на Землю. Вот бы сенсация была!.. Знаете, что мне пришло на ум?

– Что?

– Это они повредили антенну и лишили нас связи с Землей. У-у, проклятые! Раздавить бы этих двух. На них только не смотреть. Гляньте, какие они жалкие.

– А дальше?

– Отсиживаться, пока прилетят за нами. Будь здесь двое мужчин, мы бы с ними знаете как расправились? Этих двух перебить ничего не стоит. Откроем люк. Пусть лезут по одному остальные. Пока он свои глазища на меня нацелит, я ему голову начисто отрублю… Да мы даже вдвоем, если возьмемся, можем перебить их сколько угодно. Они же ракету своей телепатией не опрокинут. А там прилетят наши. И мы этот Марс завоюем быстрее, чем любой континент на земном шаре.

– А почему мы должны завоевать? – спросила Ольга.

– Разве вы не видите, что это низшие существа? – ответил Джо. – Они даже своей планете толку не могут дать. Сколько мы сделали на своей Земле, а у них тут – пустыня.

Ольга задумалась.

– А если бы марсиане прилетели в Сахару, какой вывод сделали бы они о нас? Мы же еще не увидели эту планету. И вообще… Нам рано судить о том, что здесь делается. Наберемся терпенья.

– Женщины даже в космосе верны себе, – возразил Джо. – Осторожность, спокойствие… А если перебью одним ударом этих двух. И всех остальных., кто сунется сюда. И вы станете королевой Марса.

– Джо!

– Вас плохо воспитывают. Была бы сейчас Бизнесония такой, если бы мои предки постеснялись прикончить какого-то краснокожего? Выжить должны сильнейшие!.. Пустите сюда наших инженеров, ученых, бизнесменов, и вы увидите, как они изменят эту планету. Вы же не считаетесь с желаниями комаров, когда покоряете тайгу. Почему надо считаться с этими тварями?

– Но это другое, – растерянно возразила Ольга. – Другой мир, мы его не знаем. Здесь могут быть совсем иные понятия о разуме, природе…

– У нас свой разум, свои понятия. Или они нас, или мы их… Я хочу снимать квартиру в небоскребе. А если вас послушать, в Бизнесонии жили бы сейчас в вигвамах, шалашах. Цивилизация требует жертв. Не один погиб, пока раскрыли тайну атома.

– Не то… не то… – взволнованно произнесла Ольга. – Мы не можем прийти в другие миры со своими эталонами, понятиями. Надо попробовать понять их.

– Не они к нам прилетели, – перебил Джо, – мы к ним. Вы никогда не охотились на уток, медведей, слонов? Я охотился. И мне не жалко было. Вот я его…

И Джо бросился на марсиан.

– Стойте! – не своим голосом крикнула Ольга.

Молоток вдруг выпал из рук Джо. И сам он грохнулся на пол.

Ольга старалась приподнять Джо, но не смогла. Она чувствовала, как холодеют его руки, видела, как закатываются глаза и мертвенная бледность покрывает его лицо. И вдруг она поднялась во весь рост, встала перед марсианами и, глядя им прямо в глаза, заговорила. Быстро, быстро, на своем родном языке: