Печать Тамирайны - Власова Людмила - Страница 15

— Ситуация намного серьезнее, чем ты даже можешь себе представить, — после нескольких минут размышлений произнес мужчина моей мечты. — Мне кое-чем обязан смотрящий по городу, так что я с ним переговорю. Но такие вопросы за один день не решаются. А дома тебе оставаться нельзя. Я удивлен, что за тобой до сих пор не пришли.

Роман подумал еще минуту, а затем решительно сказал:

— Вера, ты должна на какое-то время уехать из города. Или хотя бы пожить в другой квартире, пока я не разрулю ситуацию. У тебя есть где жить?

— Моя единственная близкая подруга мертва, — пожала плечами я. — Можно, конечно, напроситься к кому-нибудь из знакомых…

— Знакомые исключаются, — отрезал Роман. — Начнут задавать ненужные вопросы, трепать языками. Поживешь несколько дней у меня.

Я усмехнулась, хоть мне было совсем не весело:

— Непристойное предложение! А что скажет Ольга?

— Какая Ольга? — судя по всему, искренне не понял Роман. Потом догадался: — Ах, Ольга… Так вот в чем дело! Она всего лишь моя двоюродная сестра. Ее мать, моя тетка, очень много сделала для меня, когда я остался без родителей. Сейчас они уехали в Италию отдыхать, а мне доверили свою птицу. Они переживают за нее, регулярно звонят, чтобы узнать, как он себя чувствует. Ну, в смысле птица. Квартира у меня трехкомнатная, так что у каждого будет своя комната. Ты сможешь даже выбирать: хочешь, живи в моей комнате, хочешь — в гостиной. В третьей комнате угнездилась птица, туда лучше не лезть. Короче, собирай вещи, времени у нас немного.

Я ему поверила. Двоюродная сестра так двоюродная сестра, а дальше посмотрим. По крайней мере их чисто родственные отношения устраняли множество моральных проблем. Роман по-прежнему был ничьим и, значит, мог стать моим.

Чемодан уже стоял в коридоре, я заканчивала упаковывать сумку, когда раздался звонок в дверь.

— Кажется, уйти без проблем мы не успеем, — произнес Роман и, подойдя к двери, спросил: — Кто там?

— Здесь живет Вера Цветкова? — глухо откликнулся голос из-за двери. — Я принес ее шарф.

Роман глянул в глазок и прошептал:

— Там стоит высокий белобрысый парень. Молодой очень, лет восемнадцати. Ты его знаешь?

Из-за двери донеслось:

— Это я, Макар. Я принес шарф.

Наконец-то я вспомнила нелепого долговязого парня с порезанной рукой. Сейчас мне только его и не хватало! Пусть валит туда, откуда пришел!

— Мне этот шарф не нужен! — крикнула я. — Уходи!

— Зато мне нужна ты, — отозвался Макар. — Кажется, я должен проводить тебя к моему деду, в лес. Сама просила прийти через неделю. Открой дверь, если не хочешь, чтобы о наших делах знал весь подъезд.

И тут до меня дошло, что Макар и есть посланец демона. Опасливо покосившись на Романа, я открыла дверь. Макар недобро взглянул на меня и, зайдя в квартиру, произнес:

— Ну, привет!

Потом заметил Романа и развязно добавил:

— А парень тоже в деле? Или случайно влип?

— Я в деле! — заявил Роман, сжав кулаки и примериваясь дать гостю в глаз.

Черт возьми, глупее положения не придумаешь! Мне вовсе не хотелось, чтобы мужчина моей мечты знал о моих проблемах с потусторонним миром.

— Рома, речь о совсем другом деле. Нам с Макаром надо серьезно поговорить, — тоном смиренной овечки проблеяла я. — Ты не подождешь в большой комнате, пока мы побеседуем?

Роман передернул плечами и пошел в гостиную. Я схватила Макара за руку и потащила в свою комнату. Гость сразу почувствовал себя как дома, плюхнулся на диван и сообщил:

— Деда меня достал: что ни день, то зайцев с посланиями шлет, тебя требует. Должно быть, все косые из леса в город прибежали и под моими окнами пасутся. Подавай, видишь ли, деду правнучку ведьмы, которая посланцу бога Ширкута путь на Землю откроет. Причем прибыть мы должны завтра, у дедули какие-то свои планы в отношении тебя и дня Ивана Купалы. Ты, как я понимаю, в деле тоже заинтересована, так что готовься, завтра утром выезжаем.

— Куда? — наконец-то смогла вставить слово я.

Макар задумчиво подергал шейный платок (пижон, в такую жару с платком на шее шляться!) и пояснил:

— Ну, самый ближайший населенный пункт там — деревня Устинка. На автобусе часа два. А уж оттуда пешочком все в лес и в лес. Сама ни в жизнь дорогу не найдешь, я тебя поведу и на руки дедуле сдам.

— А дедуля твой кто? Хранитель Камня?

Макар сморщился и опять схватился за шею:

— Ты как хочешь деда назови… Камень тоже он охраняет. Хотя это не главное его занятие. Бообще-то он — леший.

— Настоящий? — не поверила я.

— Настоящий, — пискляво передразнил меня Макар. — Самый что ни на есть доподлинный.

— И ты получается, лешему внук? — Генеалогия пацана меня очень заинтересовала.

— Правнук, — уточнил Макар.

— А чего ты тогда на филфаке делаешь? — не поняла я.

— Учуся, — фыркнул Макар. — Не всем же лешим зайцев по лесу гонять! Вот папа у меня, к примеру, профессор, в универе преподает. А тоже из леших. Мама, она из русалочьего роду, певица известная. Слыхала небось Анастасию Дубровскую?

— Как же, слышала, известная дама. Значит, мы с тобой, Макар Дубровский, завтра едем к Камню. Раньше сказать не мог?

Макар закатил глаза к потолку и прошипел:

— Дел у меня других нет, как за тобой бегать! Я, между прочим, тоже сессию сдавал. Сама ведь знаешь, каково это — летняя сессия первого курса!

О, еще бы! И по прошествии трех лет я помнила месяц сплошного кошмара. Мне стало даже жалко бедного ребенка. Теперь понятно, почему Макар, несмотря на все свое напускное нахальство, выглядит таким усталым и несчастным.

— Как сдал-то? — сочувственно поинтересовалась я.

— Так себе, — махнул рукой блондин. — Еще зачет по латыни осенью пересдавать. Все лето готовиться надо, а тут еще ты. И какого черта ты к демону привязалась?

Макар посмотрел на меня с плохо скрытой ненавистью.

— Да это он ко мне привязался, как банный лист пониже спины, — парировала я. — Так на чем мы поедем?

— На самом народном транспорте — автобусе. Жду тебя завтра в половине десятого утра на автовокзале. Не вздумай не прийти!

— Куда я денусь с подводной лодки? — обреченно произнесла я и быстренько выпроводила Макара, а то Рома, кажется, ревновал. Во всяком случае, за дверью раздавалось его явственно различимое яростное сопение.

Когда я сказала, что завтра уезжаю из города, Роман был в ярости и порывался ехать со мной.

— Ну как ты поедешь невесть куда и невесть с кем? — бушевал он. — А вдруг этот твой Макар подослан. Чтобы выманить тебя в глухой лес и…

— Рома, перестань, — устало произнесла я, а потом, вдохновившись, начала бесстыже врать: — Макар мне не чужой, все же дальний родственник. Дедуля наш с ним на ладан дышит, старенький уже, хочет наследников повидать. Да и ты сам говорил, что мне из города лучше уехать.

Против такого аргумента Роману возразить было нечего. Он только махнул рукой:

— Поступай как знаешь. Прости, что разорался, я тебе, в конце концов, никто, но… Верочка, ты даже представить себе не можешь, как ты мне дорога и как я за тебя волнуюсь. Ведь ты из тех, кто вечно вляпывается в какие-нибудь неприятности…

За меня никто давно уже не переживал. Обычно со всеми неприятностями приходилось справляться самой. Как же здорово, когда рядом настоящий мужчина! Я почувствовала, что на глазах наворачиваются слезы. Роман это заметил, по привычке достал из кармана чистый носовой платок, протянул мне, решительно поднял чемодан и сумку и сказал:

— Все, с сантиментами покончено. Рыдать и прощаться будем у меня. Гарантирую самый романтический ужин со свечами и цветами.

Роман искренне старался. Он героически отказался от моего предложения помочь с приготовлением ужина. Не очень, надо признать, настойчивого предложения, потому что от волнения я вряд ли смогла бы соорудить даже яичницу.

Рома закрылся на кухне и энергично гремел посудой. Судя по всему, готовилось что-то грандиозное. Мне надоело пялиться в телевизор, и я решила осмотреть обиталище мужчины моей мечты. В его комнату я не пошла — неудобно как-то. Вторая была закрыта. Должно быть, именно в ней и угнездилась та самая птица неведомой Ольги. Странно, мне показалось, что дверь закрыта изнутри.