Братство волка - Фарланд Дэвид - Страница 135

Принц Селинор ехал через две лошади от Габорна, рядом с Эрин Коннел. Он удивленно огляделся, не понимая, что это значит.

— Кто выступает против нас? — прокричал Габорн издалека.

В горле у него пересохло от долгой скачки. Готовясь к сражению, даров голоса он брать не стал. И теперь не был уверен, что на стене его услышали, ибо ветер дул в лицо, относя назад произнесенные слова.

Белдинукцы настороженно наблюдали за отрядом Габорна. Многие потянулись за стрелами, отступили за зубцы стены.

— Кто смеет выступать против Короля Земли? — закричала королева Хейрин, и ее голос прозвучал куда громче, чем голос Габорна.

Внезапно по другую сторону стены послышался грохот копыт. Слева и справа к воротам подъехали Всадники и выстроились за ними, перекрыв Габорну проход. Он видел сквозь ворота только передний ряд рыцарей, но прикинул без труда, что их там больше тысячи.

Во главе их ехал сам старый король Ловикер, седоволосый человек с узким лицом и бледно-голубыми, выцветшими от возраста глазами. Волосы его были заплетены в косы, падавшие на плечи. Доспехов он не надел, словно хотел показать Габорну, что не имеет к нему, как к воину, ни малейшего уважения и потому не нуждается в оных.

Сидя в седле, он морщился от боли, которую причиняли ему старые раны.

— Поезжай обратно, Габорн Вал Ордин! — прокричал король Ловикер. — Возвращайся в Гередон! Ты — не желанный гость на моей земле. Белдинук для тебя закрыт.

— Два дня назад ваш вестник сказал нам совсем другое, — крикнул Габорн. — В чем причина вашего нынешнего не гостеприимства? Мы долго были друзьями. И можем по-прежнему быть друзьями.

Он пытался сохранять спокойствие и дружелюбный вид, но вся кровь в нем закипела. Его обманули. Ловикер обещал помощь, заставил его торопиться в Белдинук. А сам, оказывается, решил подманить его и убить, как собаку. Габорн сдерживался как мог, хотя понял уже, что Ловикер ему больше не друг.

— Это твой отец и я были друзьями! — прорычал Ловикер. — Но я не дружу с цареубийцами! — он негодующе ткнул пальцем/в Габорна. — Ты захватил корону своего отца, но этого тебе показалось мало! Теперь ты еще и Король Земли. Так скажи мне, Король Земли, найдется ли еще хоть сто человек, кроме вот этих глупцов, чтобы последовать за тобой на свою погибель?

— Они едут следом, — сказал Габорн. Ловикер смерил его суровым взглядом и покачал головой, словно жалея тех, кто решился пойти за ним.

— Когда ты начал заниматься в Палате Обличий, юноша, я еще сомневался. Думал, что ты, по крайней мере, научишься изображать короля, если не научишься быть им на самом деле. Но теперь смотрю, как ты корчишь из себя великого монарха, и впечатления на меня это не производит. Возвращайся же на север, самозванец, пока не поздно.

Ощущение опасности все усиливалось. Габорн знал, что со стороны Ловикера это не пустая угроза. Еще Эрин и Селинор предупреждали, что король Андерс надеется убедить Ловикера и других лордов в своих измышлениях, и похоже, Андерсу это удалось.

Ловикер устроил засаду и в любой момент мог отдать приказ об атаке. Но Габорн еще надеялся, что сможет открыть ему глаза.

— Вы обвиняете меня в цареубийстве, а сами замышляете убить меня? — указал он Ловикеру на противоречие. — Боюсь, вы действуете как пешка в руках Андерса. Вот Радж Ахтен посмеялся бы!

— Казнить преступника — это не цареубийство, — возразил Ловикер, — пусть даже я и любил этого преступника, как родного сына. Я хотел бы верить, что ты Король Земли.

Голос его звучал холодно, но говорил он как будто искренне.

— Я — Король Земли, — предостерегающе сказал Габорн. И, воспользовавшись Зрением Земли, заглянул в сердце Ловикера.

Он увидел, что человек этот всегда ставил свое положение, почести и богатство выше правды. Он понял, что Ловикер всю жизнь завидовал богатству короля Ордина и, завидуя, принимал Ордина у себя с великой пышностью — в надежде отхватить когда-нибудь кусок Мистаррии.

Ради того, чтобы возвыситься в положении, он женился на женщине, которую ненавидел.

Габорн помнил, как его отец оплакивал смерть доброй жены Ловикера. И видел сейчас, как умело Ловикер притворялся любящим мужем — никому и в голову не пришло спросить у него, при каких именно обстоятельствах погибла на охоте несчастная королева, будто бы упавшая с лошади, чему не было свидетелей, кроме Ловикера.

Король Ловикер считал себя весьма мудрым и частенько поздравлял себя втихомолку со столь удачно подстроенной кончиной жены.

Он переживал из-за того, что Габорн не захотел жениться на его дочери, ибо успел придумать даже, как подстроить и смерть Габорна вскоре после свадьбы.

И глядя в душу его, душу человека, которого всегда считал другом, Габорн увидел вместо этой души лишь иссохшую шелуху. Порядочность и честь, за которые почитал его Габорн, оказались лишь маской, скрывавшей чудовищную алчность.

Ловикер не был пешкой Андерса. Он был с Андерсом в сговоре, если не сам же и вдохновил его.

Габорн почувствовал тошноту.

— Что ж, — с притворной улыбкой сказал Ловикер, — если ты — Король Земли, докажи это, чтобы я поверил и стал твоим слугой.

— Докажу, — крикнул Габорн. — И доказательство таково: те, кто отказывается служить мне, погибнут в грядущие темные времена.

— Легко сказать, нельзя проверить, — усмехнулся Ловикер. — А если все погибнут, не зависимо от того, служили они тебе или нет — какой тогда мне смысл преклонять перед тобой свои больные колени?

— Что ж, если это не доказательство для вас, — сказал Габорн, — тогда поговорим иначе. Я заглянул в ваше сердце и не обнаружил его. Мне известны все ваши тайны. Вы называете меня цареубийцей, а сами восемь лет назад, на охоте cломали шею своей жене ударом копья. И жалости испытывали при этом не больше, чем если бы закололи кабана.

Улыбка короля Ловикера вмиг исчезла, словно он впервые понял, что Габорн действительно может оказаться Королем Земли.

— Твоей лжи никто не поверит, — сказал Ловикер. — Ты полное ничто, Габорн Вал Ордин, — не король и даже притвориться им не умеешь. Не был королем и никогда не будешь. Несчастные твои подданные! Эй, лучники!