Братство волка - Фарланд Дэвид - Страница 178

Все захохотали, хотя шутка была глупая. Даже маленькая девочка могла понять, что колдунья уже никогда не пошевельнется.

Из всех убитых в этот день опустошителей она была самой огромной, старой и по-своему почтенной тварью.

Аверан с любопытством разглядывала голову. Потом забралась в пасть, и солдаты снаружи одобрительно присвистнули.

— Храбрая малышка, — сказал кто-то.

Аверан прошла вглубь, нащупала мягкое место в верхнем нёбе. Ткнула туда ножом и быстро проделала дыру, боясь, что кто-нибудь ее остановит.

Ей хотелось есть, и это была единственная подходящая еда.

Когда кровь стекла, она сунула в отверстие руку и зачерпнула пригоршню мозга. Голова колдуньи была такой огромной, что мозг ее до сих пор не остыл и даже слегка дымился.

Аверан ела, пока не насытилась, потом прилегла в оцепении тут же, в пасти, ибо перед внутренним взором ее вновь предстали странные видения невообразимого мира.

Из воспоминаний горной колдуньи ей открылось многое о магии Великого Истинного Хозяина. И то, что она узнала, испугало ее до глубины души.

Аверан отчаянно захотелось поговорить об этом с кем-нибудь, лучше всего с Королем Земли. Но сколько она ни закрывала глаза, она его по-прежнему не видела.

— Эй, малышка, что ты там делаешь? — спросил кто-то. Аверан подняла взгляд. И вытерла окровавленную руку о шершавый язык колдуньи.

Возле пасти стоял какой-то мужчина с факелом в руках.

— Эй, это нельзя есть! Давай-ка я принесу тебе нормальной еды!

На лице его был написан откровенный ужас, и девочка поняла, что ей не стоит к нему приближаться. Он решил, что она спятила, и может попытаться поймать ее и засадить в клетку.

Аверан обеими руками подняла над головой нож, чтобы он его увидел.

— Отойди! — крикнула она.

— Сейчас, сейчас, — сказал мужчина и осторожно попятился. — Я тебя не обижу. Я только хотел помочь.

Аверан выскочила из пасти и, увернувшись от него, побежала, петляя среди костров.

Добравшись до конца дамбы, она повернулась и крикнула глазевшим ей вслед солдатам:

— Опустошители не вернутся сюда — никогда! Вы не понимаете — они выиграли эту битву! Они уничтожили весь кровяной металл, который был в земле, им незачем возвращаться!

На нее смотрели, как на сумасшедшую.

— Это правда, — сказала она. — Великий Истинный Хозяин делает Печати Опустошения. И если это не остановить, на земле не останется ни одного безопасного места!

Но, конечно же, все они решили, что она спятила. Кто станет слушать безумную девчонку? Она отвернулась и побежала дальше.

— Миледи, — обратилась Миррима к Иом. — Я бы хотела поехать в Каррис. Там есть другие раненые, которым нужен уход.

Она с опозданием поняла, что слова «другие раненые» вырвались у нее потому, что Габорн показался ей скрывающим глубокую душевную рану.

— Да, конечно, — ответила Иом. Габорн посмотрел на звезды.

— Ваш муж находится где-то в трети мили к северо-западу от замка, — сказал он. — Он жив, но давно не двигается с места. Сожалею, но я не могу поехать с вами. Мне… мне нужно поговорить с Землей, а здесь все мертво и бессильно.

И обратил свой взор на север, словно собрался ехать туда.

Больше Габорн ничего не сказал. Но по тону его Миррима поняла, что Боринсон ранен и ей понадобятся при встрече с ним все силы. Неужели муж ее, один из самых могучих воинов Мистаррии, получил смертельную рану? Вдруг у него переломаны все кости или сломана шея?

— Пожалуйста, поезжайте с нею, — попросила Иом рыцарей. — Раненых там много. Мы должны сделать все, что в наших силах.

— Я провожу вас на север, — сказала королеве Эрин Коннел. — У меня есть неотложные дела дома.

С Габорном и Иом остались Биннесман, вильде, Джурим, Эрин и Селинор, а Миррима и остальные рыцари поскакали на юг.

Несколько минут они ехали в молчании, и наконец, когда уже никто не мог их услышать, один из лордов Орвинна спросил:

— И что нам теперь делать?

После некоторой неловкой паузы Миррима сказала:

— То, что мы должны. Сражаться.

— Я про «грядущие темные времена» спрашиваю. Он ведь сказал, что избрал нас, чтобы спасти в грядущие темные времена?

— Времена становятся все темней, — ответил сэр Хосвелл.

— Будем держаться поближе к Королю Земли, и он по-прежнему сможет предупреждать нас об опасности, — сказал кто-то. В голосе его слышался страх.

Миррима попыталась представить будущее — как Габорн и она, «лорд-волк», скрываются в лесах с несколькими сотнями людей, чтобы выжить во время следующих вторжений опустошителей.

Но, глядя на сожженную землю, вдыхая запах разложения, пропитавший все вокруг, она поняла, что не останется лесов, где можно будет укрыться.

«Камни останутся. Будем прятаться под камнями, — утешила она себя. — Мы сделаем то, что должны».

Скрипнув зубами, Миррима натянула поводья, и поскольку она ехала во главе, остальные сделали то же и выжидающе уставились на нее.

— Я теперь «лорд-волк», — сказала она, оглядывая по очереди их лица, полные уныния. — И никто нас не спасет. Но в Гередоне в королевской усыпальнице спрятаны форсибли Радж Ахтена, и, может, с их помощью нам удастся спасти себя самим.

Мужчины смотрели на нее с сомнением. И рыцарь из Флидса сказал:

— О чем это вы? Хотите стать нашим лордом? Не слишком ли это самонадеянно с вашей стороны? Миррима подняла свой лук так, чтобы все видели.

— Я не прошу вас сделать меня своим предводителем. О такой чести не просят. Я отрекаюсь от всех королей, — сказала она, — пока не явится снова Король Земли. Но я хочу сказать следующее: я клянусь в верности вам. Клянусь в верности всем людям — сердцем клянусь, силой, разумом и душой! Я встану в битве рядом с каждым, кому это будет нужно, и использую все оружие, какое смогу: дары от собак и даже собственные зубы. Я клянусь в верности вам во имя человеческого рода и Земли!

Кровь бурлила в жилах Мирримы, пока лорды оцепенело взирали на ее лук. Поклявшись защищать человечество, она стала Рыцарем Справедливости. Лорды, окружавшие ее сейчас, были могущественными Властителями Рун и всю свою жизнь преданно служили Гередону, Флидсу и Орвинну. Она не ожидала, что они последуют ее примеру. Тем сильнее были ее удивление и благодарность, когда они вдруг начали один за другим вскидывать свое оружие и кричать: