Рожденная чародейкой - Фарланд Дэвид - Страница 62

— Радж Ах…

Молот Радж Ахтена заставил его умолкнуть.

И тут на него бросились все ах'келлахцы. Это явно были не простые солдаты. На мгновение ему почудилось, что их ведет сам Габорн, и у него замерло сердце.

Но с Радж Ахтеном шутки были плохи. Даже проклятие Биннесмана ничего не могло сделать с великим множеством его даров.

Одного нападавшего он ударил в грудь стальной оковкой своего сапога и пробил ему сердце. Поднырнул под меч, ударил другого в лицо обухом молота. Онемевшей левой рукой метнул кинжал в горло третьему, затем подпрыгнул и ударил четвертого обеими ногами с такой силой, что у того отлетела голова.

Это было легко. Его даже не успел никто задеть. Не то что во вчерашней схватке, когда Габорн натравил на него своих Избранных.

Все было кончено. Радж Ахтен, тяжело дыша, стоял над трупами ах'келлахцев. В воздухе клубилась пыль. Над долиной висел запах крови. Кругом ревели раненые верблюды.

Из его воинов погибло трое. Еще один был тяжело ранен — вдавлено лицо и сломана правая рука.

Радж Ахтен, не обращая ни на что внимания, подошел к костру, на котором в почерневшей от копоти кастрюле пекся хлеб. Сверху он уже обжарился и вкусно пах фисташками и тмином.

Он отщипнул небольшой кусочек, задумчиво прожевал. Уловил краем глаза движение на склоне холма. С утесов и камней уже начали подползать огненные ящерицы. Учуяли запах крови. Нынче вечером они славно попируют.

Укваза здесь нет и быть не могло, понял Радж Ахтен. Тот никогда не ошибался. И никогда не остановился бы в этом оазисе, где негде укрыться. Радж Ахтен должен был понять это сразу.

Его мучала мысль, что Укваз разгуливает на свободе. Значит, он поехал или дальше на север, в Дейазз, или, что более вероятно, на запад — в Дармад, Джиз или Кухран… подходящие места, чтобы затеять смуту.

В те края Радж Ахтен отправил в погоню восемь человек. Он опасался теперь, что этого будет недостаточно.

Габорн отвернулся от убегавших чудовищ. Они уже не нападут. Благодаря оставшимся у него Силам Земли в этом он, во всяком случае, был уверен.

Бояться нечего.

Считать свои потери ему тоже было ни к чему. Он пережил смерть каждого: двадцати четырех человек. Пали двадцать четыре человека, и всякий раз он чувствовал себя так, словно отрывалась какая-то часть его самого.

Он пытался их предупредить, окликнуть во время боя. Этим он хотел послужить Земле и надеялся, что Земля вернет ему силу.

Но не дотянулся до них. Чувствовал опасность, выкрикивал про себя предупреждения, но это было все равно что окликать глухих.

Иом и Миррима задержались, остались с Хосвеллом. Габорн же спешил начать поиски среди павших опустошителей Пролагателя Путей. Хроно его поехал с ним.

Рядом вдруг заревел великан Фрот. Габорн посмотрел на него. Тот показал на бегущих опустошителей, снова заревел. В реве его слышался вопрос. Он хотел знать, почему Габорн отпускает врагов.

— Это была великая победа, — сказал Хроно. — Так о ней и напишут.

Нечасто случалось Габорну слышать похвалу от своего летописца.

Он перебрал в памяти сделанное. Вдоль колонны опустошителей он ехал, прислушиваясь к Силам Земли, пока не ощутил, что настал самый подходящий момент для атаки. Результат налицо — убито более двух тысяч опустошителей. И не такая уж большая цена за победу — жизнь двадцати четырех человек.

Хроно прав. Великая победа.

Раненых тоже было немного. Они сидели на поле битвы, сами перевязывая свои раны. Биннесман, увидев, что вильде проломила череп огненной колдуньи и начала есть, отправился к ней.

Нынче он разрешил своему созданию вступить в бой. Едва началась атака, вильде соскочила с лошади и ринулась в самое пекло, с невероятной свирепостью убивая чудовищ голыми руками. Скольких она убила, Габорн даже не пытался сосчитать.

Рыцари расселись кто где, начали чистить и точить оружие. Разведчики приступили к подсчету убитых.

Второй раз атаковать опустошителей было невозможно. Не хватало копий.

Габорн только подумал о новой атаке, как сразу же ощутил тревогу. Среди опустошителей произошла какая-то перемена. Какая, он пока не понимал, но знал, что второй раз не будет столь же удачным.

Биннесман оставил вильде, пошел к раненым. К нему присоединились Иом и барон Кирка.

Габорн сказал Аверан:

— Пойдем со мной. Поищем, вдруг да наткнемся на Пролагателя Путей.

Он спрыгнул с лошади, помог спуститься девочке. Он обещал Аверан, что той не придется есть мозг опустошителя прилюдно. И потому, когда за ними пошли было какие-то рыцари, он махнул рукой, веля им остаться.

Они спустились на тропу опустошителей, начали бродить вместе среди трупов. Все равно что спустились в могилу. Сильно пахло взрыхленной землей. Кругом громоздились, загораживая свет, окровавленные серые туши. Над ними вились гри, садясь время от времени на трупы. Эти мелкие черные твари походили на летучих мышей своими коготками на концах крыльев, которыми они цеплялись за шкуры опустошителей. Но на этом сходство с летучими мышами кончалось. У гри, как у самих опустошителей, были, кроме крыльев, еще четыре маленькие лапки и безглазые головки с тонкими щупальцами. Садясь на трупы, они забирались в складки кожи в поисках укрытия и пищи — кожных червяков-паразитов, которые досаждали опустошителям при жизни.