Властители рун - Фарланд Дэвид - Страница 85

— Не надо таиться от меня, Прента Васе, — мягко сказал Габорн и силой отвел руку Иом от лица. Он с явной нерешительностью произнес это имя. Да, никаких сомнений — принц узнал ее. — Вы прекрасны, даже сейчас. Могу ли я что-нибудь сделать для вас?

За спиной Габорна нервно маячила Хроно Иом, и мужчины, которые им помогали, внезапно все как один устремились к выходу из склепа, словно услышав чей-то настойчивый призыв. Иом страшно хотелось разрыдаться, упасть в объятия Габорна, но она стояла все так же неподвижно, только ужасно дрожала. Габорн проглотил ком в горле.

— Могли бы вы передать еще одно сообщение принцессе?

— Какое?

— Скажите ей… Что она все время снится мне. Что в моей памяти она остается такой же прекрасной. Скажите, что я рассчитываю спасти ее и готов помочь всем, чем могу. И что, возможно, я уже сделал кое-что стоящее — убил могущественного Пламяплета. Мой отец пришел сюда, потому что я здесь, хотя, возможно, это произошло слишком поздно. Скажите ей, что я не хотел покидать замок Сильварреста, но теперь вижу, что должен уйти. Воины отца ищут меня в лесу и я не смею задерживаться здесь дольше. Надо попытаться добраться до леса прежде, чем отец нападет на город.

Иом кивнула.

— Вы уйдете со мной? — спросил Габорн. Сейчас он глядел прямо ей в лицо, и у Иом не осталось никаких сомнений в том, что он узнал ее. В его глазах не было презрения — лишь боль и такая огромная нежность, что она еле сдержала желание броситься ему на грудь.

Глаза Иом наполнились слезами.

— Уйти? И бросить отца? Нет.

— Радж Ахтен не причинит ему вреда.

— Это правда, — сказала Иом. — Я… Я не знаю, что и думать. Радж Ахтен оказался совсем не таким, как я опасалась. Он не злой. Я хочу сказать, что он не совсем злой

— Когда смотришь в лик чистого зла, он кажется прекрасным, — процитировал Габорн старую поговорку, которая была в ходу у Властителей Рун.

— Он говорит, что его цель — борьба с Опустошителями и объединение всех людей для защиты от них.

— И когда эта война будет выиграна, он вернет вам дары? Расстанется с жизнью, чтобы все ограбленные им люди снова смогли обрести свои дары — так, как это сделал король Херрон Добрый? Мне кажется, нет. Он сохранит их.

— Вы не можете знать точно, — сказала Иом.

— Нет. я знаю, — настаивал Габорн. — Радж Ахтен достаточно проявил свою натуру. В нем нет уважения ни к вам, ни к кому-либо еще. Он просто присвоил все, что вы имели, и оставил вас ни с чем.

— Почему вы так уверены? Вот Биннесман, к примеру, советовал ему измениться и, значит, верил в это. Он даже пытался убедить Лорда Волка отослать от себя Пламяплетов.

— И вы верите, что он сделает это? Как можете вы стоять здесь, над телом своей погибшей матери, и верить, что Радж Ахтен обладает хотя бы каплей порядочности?

— Когда он говорит, когда смотришь ему в лицо…

— Иом, — сказал Габорн, — как можете вы сомневаться, что Радж Ахтен — это зло? Что у вас осталось, чем он еще не завладел? Ваше тело? Ваша семья? Ваш дом? Свобода? Богатство? Положение? Ваша страна, наконец?

Он отнял у вас жизнь — как если бы просто убил вас, — потому что хочет лишить всего, чем вы владеете. Даже будущего. Что еще ему нужно сделать, чтобы вы поняли: он — зло в чистом виде? Что еще?

Иом опустила голову — у нее не было ответа. — Я собираюсь отрубить этому ублюдку голову, — продолжал Габорн, — и приложу все усилия, чтобы найти способ сделать это. Но сначала нужно выбраться отсюда живым. Вы уйдете со мной, если я придумаю, как вывести из города вас и вашего отца?

Он взял ее за руку, и в тот момент, когда их пальцы соприкоснулись, тьма растаяла. Сердце Иом заколотилось. Она едва осмеливалась верить, что удача снова улыбнулась ей, но, глядя в глаза Габорна, чувствовала, как тают все страхи, все отвращение, которое она испытывала к себе, и ужасное ощущение, что она мерзкая, грязная. Как будто Габорн был живым талисманом и, прикоснувшись к ее сердцу, в один миг изменил все. Надежная каменная крепость, подумала она. Убежище.

— Пожалуйста, — умоляюще сказал Габорн, использовав все могущество своего Голоса.

Не в силах вымолвить ни слова, Иом лишь кивнула. Габорн стиснул ее руку.

— Не знаю, как, но я приду в Башню Посвященных за вами и вашим отцом… Скоро.

Иом вновь ощутила чувственный трепет, страстное желание, которое у нее всегда ассоциировалось с присутствием Биннесмана. Прикосновение Габорна было таким… нежным, точно она не утратила своего дара обаяния, точно была по-прежнему прекрасна.

Он повернулся, взял короткий меч, лежащий рядом с одним из покойников, спрятал его в складках своего плаща и, не оглядываясь, поспешно вышел из склепа. Его темный силуэт на мгновение заслонил льющийся снаружи солнечный свет.

Он ушел, и Иом почти не смела верить в то, что когда-нибудь он вернется за ней; вернется, чтобы спасти ее.

И все же душа будто оттаяла, согретая его теплом. Он придет.

Как только они остались одни, Хроно Иом сказала:

— Следует быть поосторожнее с этим человеком.

— Почему?

— Он может разбить вам сердце. Хроно произнесла эти слова таким странным тоном, что Иом не могла не обратить на это внимания. Тоном уважения.

Иом охватил ужас. Если она попытается бежать, и Радж Ахтен узнает об этом, ей не будет пощады. И все же она знала, что ее сердце колотится так сильно не от страха, а совсем, совсем по иной причине. Иом приложила к груди руку, пытаясь унять этот стук.

Кажется, он уже разбил мне сердце, сказала она себе.

Спустя два часа после того, как Габорн расстался с Иом в королевском склепе, Боринсон гарцевал на коне перед полуразрушенными воротами замка Сильварреста, размахивая зеленым флагом перемирия, привязанным к копью одного из погибших нелюдей. На его губах застыла вымученная улыбка.

Все тело болело, доспехи были в крови. Конь под ним не так давно принадлежал одному из его воинов, которому он больше никогда не понадобится.

Ему предстояло сразить с Радж Ахтеном в хитрости — игра, в которую ему сейчас меньше всего хотелось играть. Удача отвернулась от Боринсона. Большинство его воинов погибли. Он дорого заплатил за каждую маленькую одержанную ими победу. Его воины прикончили более двух тысяч нелюдей, выбили из седла множество солдат Лорда Волка, убили или вывели из строя немало Фрот великанов, и еще больше дюжины ужасных тварей сгорели в этом безумном огне. Дюжины легендарных «неодолимых» Радж Ахтена, погнавшись за людьми Боринсона, углубились в лес и сейчас были так нашпигованы стрелами, что их трупы больше походили на дикобразов.