Воинство сатаны - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 143

Причины столь прохладного отношения были неясны. Пусть даже идет война… но стоит ли проявлять столько осторожности по отношению к безобидным… ну хорошо, кажущимся безобидными путникам. Или это просто демонстрация служебного рвения в расчете на будущее вознаграждение?

Дорога вынырнула из-под крон деревьев и теперь, прекратив петлять, устремилась вдаль, на две части рассекая зеленое поле. А в нескольких сотнях метров от опушки раскинулся огромный военный лагерь. Сложно было сказать, сколько сейчас здесь собралось бойцов — палатки, казалось, доходили до самого горизонта.

Краем глаза Денис заметил, что легионеры подобрались и насупились. Даже те, кто откровенно наслаждался видом прекрасной золотоволосой наездницы, теперь посуровели, и руки их переместились поближе к оружию. Жаров посмотрел на Тернера — тот все так же «дремал» в седле, ничуть не обращая внимания на окружающих.

Они подъехали к огромному шатру, над которым развевался вымпел с гербом де Брея — латная перчатка, сжимающая меч. Сотник вырвался вперед, из-под могучих копыт его скакуна во все стороны летели комья земли. Соскочив с седла, он заговорил с одним из воинов, охранявших вход в шатер.

Стражей было много — не меньше десятка, — хотя кто-то наверняка стоял и с другой стороны шатра. Телохранитель, выслушав сотника, коротко кивнул и исчез за пологом. Вскоре он появился снова, на этот раз в сопровождении самого барона Арманда.

Наверное, подсознательно Таяна ожидала, что отец тут же бросится ей навстречу, но он лишь окинул девушку мрачным взглядом, но не сделал и шага из-за строя телохранителей. Да они и не позволили бы ему такого порыва — Денис видел, что, как только барон вышел из шатра, воины тут же сомкнули щиты и теперь стеной стояли между командиром и путниками. Наверное, и до Таяны дошло, что не стоит прыгать к папке на руки… солдаты этот порыв могут превратно истолковать.

Поэтому она лишь чуть заметно надула губки и тихо спросила:

— Ты… ты не узнал меня? Отец…

Арманд расслабился. Самую малость — и все же его поза немного изменилась. Он уже не был так напряжен, но рука все равно не отдалялась от оружия.

— Тэй? Рад тебя видеть. — Голос генерала говорил об обратном. — Приветствую тебя и твоих спутников в нашем лагере. Я так давно тебя не видел, уж сколько месяцев…

Таяна удивленно подняла бровь.

— Отец… ты не… мы же виделись недавно. Еще и полутора месяцев не прошло!

По губам барона пробежала легкая усмешка.

— Ах да… действительно. Я смотрю, твой друг по-прежнему с тобой? Вы ведь, помнится, собирались ехать в столицу к Императору?

Это было уже выше сил Таяны. Она одним легким плавным движением соскользнула с седла и шагнула к отцу, который — Денис не видел иного варианта — был наверняка тяжело болен и остро нуждался в помощи. И кто же сможет ему помочь лучше, чем дочь, титулованная волшебница…

Копья как по команде разом опустились ей навстречу, так, что девушка едва сама себя не нанизала на широкие острия. Неизвестно, что могло бы произойти, если бы Тэй впала в бешенство… разозленный маг, знакомый с боевыми заклинаниями огня, может натворить много бед… но барон вдруг резко махнул рукой, и копья тут же исчезли. Как будто у воинов были глаза на затылке, ибо они стояли к командиру спиной.

— Она действительно моя дочь, — чуть более резко, чем следовало, сказал он. — Пропустите.

— А эти двое? — Голос сотника был по-прежнему холоден, словно лед в разгар зимней стужи.

Барон на мгновение задумался. Затем поднял глаза на Тэй, и Денис вдруг увидел, что глаза воина наполнены болью.

— Ты ручаешься за своих друзей?

— Папа, что проис…

— Я спросил, ты ручаешься за своих друзей? Просто ответь.

— Да, — фыркнула волшебница. — Я ручаюсь за них.

— Пропустить и их, — приказал Арманд. — Сотник, ты свободен. Благодарю. А вы, господа, прошу, проходите… я думаю, у нас найдутся темы для беседы.

Внутри шатер был обустроен весьма неплохо. После нескольких ночевок прямо на голой земле было приятно увидеть нормальные стулья, небольшой, зато плотно уставленный едой и напитками столик. Барон тяжело опустился на стул, жестом пригласив гостей тоже занять места за столом и отдать должное трапезе. Хотя, конечно, ни у Дениса, ни у Таяны сейчас кусок бы не полез в горло.

— Прости за такой прием, малышка… и вы тоже, Дьен. Не знаю имени вашего спутника…

— Меня зовут Тернер, — сообщил хищник, с лица которого так и не сошло умиротворенное выражение.

— Тернер… рад встрече. Прошу прощения и у вас. К сожалению, в последнее время здесь творится разное… и я должен быть осторожен.

— Какая осторожность, отец? — Глаза Таяны метали молнии, а лицо покраснело от уже почти не сдерживаемого гнева. — В чем? В том, чтобы не узнавать собственную дочь? В том, чтобы задавать ей прилюдно глупые вопросы? Не знаю, кто как, а я решила, что ты просто сошел с ума!

— В чем? — задумчиво переспросил ее Арманд, как будто не замечая, что молодая волшебница вот-вот окончательно потеряет контроль над собой. — Знаешь… а ведь тебя могли просто застрелить. Без разговоров, без предупреждений… стрелу-в грудь, да и не одну. Вам невероятно повезло, что Марик решил доставить вас в лагерь…

— О Эрнис! Да что ж тут у вас творится!

— Я же говорю, много чего, — недобро усмехнулся барон. — Например, вчера в этом шатре убили тебя, девочка моя. Я сделал это сам. Своими руками. Вот так-то…

Несколько минут все поражение молчали. Денис подумал, что фраза, даже будучи явно иносказательной, звучит все же довольно странно. Таяна вообще смотрела на отца с легким оттенком сострадания. Видимо, решив, что беседовать дальше на эту тему не стоит, она осторожно попыталась направить разговор в другое русло.

— Да, отец, я все хотела спросить… Ты не познакомишь меня с Таркином? Я столько слышала о нем от тебя. Признаться, я думала, что он все время проводит в твоем шатре… ну там, планы баталий и прочее.

Барон помрачнел еще больше, хотя, казалось, это и было невозможно. Затем сказал медленно и глухо, глядя прямо в глаза дочери:

— Лонг Таркин умер. Два дня назад убийца зарезал его в его же собственном шатре.