Ускользающее пламя - Вудивисс Кэтлин - Страница 52

Так продолжалось, пока за ближайшим углом она не заметила элегантный экипаж, остановившийся перед заведением одной из самых известных модисток Чарлстона, мадам Феро. Высокий, широкоплечий мужчина вышел из экипажа и подал руку своей спутнице. Серинис в восхищении разглядывала хорошенькую юную леди, пока вдруг не узнала в ее спутнике собственного мужа!

Бо сверкнул белыми зубами, контрастирующими с загорелой кожей лица, запрокинул голову и рассмеялся какому-то замечанию своей обольстительной дамы. Он был изысканно одет и выглядел аристократом до мозга костей. И вправду, с ним вряд ли сумел бы потягаться самый утонченный лондонский денди. Темно-серый фрак отличного покроя идеально сочетался с серыми брюками в тонкую полоску и жилетом с шалевым воротником из шелка. Широкий шелковый жемчужно-серый галстук удачно дополнял элегантный наряд. Галстук был аккуратно повязан и заправлен под крахмальный воротник белой рубашки. Не приложила ли руку к этому миниатюрная подруга Бо? Темно-серый цилиндр сидел набекрень на смоляных волосах. Очевидно, Бо уже успел очаровать хрупкую брюнетку, ибо она льнула к нему, прижимаясь грудью к руке, зазывно улыбалась и слегка касалась пальчиками его широкой груди.

— Право, Бо, — щебетала она, — где же ваши манеры? Неужели я прошу невозможного… — Она вдруг осеклась, увидев, что кавалер перестал обращать на нее внимание. Она поискала взглядом то, что привлекло его, и ее глаза вмиг стали ледяными, а губы надменно сжались, пока она рассматривала в упор незнакомую светловолосую красавицу.

Бо решительно отстранился от брюнетки и приподнял цилиндр, приветствуя жену:

— Рад вновь видеть вас, Серинис!

Вряд ли когда-нибудь прежде ему случалось произносить эти слова так искренне. Он не виделся с Серинис с того дня, как покинул дом ее дяди, но это не означало, что он забыл о ней. В сущности, мысли о жене неотступно преследовали его. Во время разлуки воспоминания стали пыткой. Пока он помогал Стерлингу Кендоллу грузить в экипаж вещи Серинис, ему нестерпимо хотелось расспросить о ней, но самолюбие не позволило сделать это. Серинис так настойчиво добивалась развода, что Бо оставалось лишь игнорировать ее. То, что было задумано как заслуженное наказание для Серинис, обернулось для самого Бо нестерпимой мукой. Поэтому он не удивился, обнаружив, что сердечно рад встрече. Он буквально пожирал Серинис взглядом, и потому прошло не меньше минуты, прежде чем он вспомнил о ее спутнике:

— Профессор Кендолл, очень приятно видеть вас.

— Мне тоже, — ответил Стерлинг, не подозревая, какой вихрь эмоций охватил в эту минуту его племянницу и капитана.

Но спутница Бо, карманная Венера, отличалась проницательностью. Когда в ее присутствии мужчины обращали сияющий взгляд на других женщин, как сделал сейчас Бо Бирмингем, в душе она превращалась в разъяренную кошку. Она пользовалась успехом в обществе, имела целую свиту поклонников и не привыкла делиться мужским вниманием. То, что Бо Бирмингем относился к ней сдержанно и был, вероятно, самым богатым и красивым из городских женихов, только укрепило се решимость заманить Бо в сети брака. А светловолосая Афродита, с которой Бо не сводил глаз, была явной соперницей, и се следовало убрать с дороги тем или иным способом.

Брюнетка настойчиво подергала Бо за рукав, напоминая о себе, и он оглянулся с таким видом, словно понятия не имел, кто отвлекает его. Но затем, вспомнив о правилах приличия, он представил свою спутницу:

— Серинис, это мисс Жермен Холлингсворт. Жермен, я уверен, вы помните Серинис Кендолл по…

Жермен захлопала длинными ресницами, правдоподобно изображая смущение.

— Нет, Бо, боюсь, не помню. Бо не стал скрывать удивление:

— Прошу прощения. Мне казалось, вы знакомы… Его предположение было вполне объяснимым, если учесть, что Жермен была всего на пару лет старше его жены и действительно знала ее, хотя и не желала в этом признаваться. Серинис тоже отлично помнила, что избалованная мисс Холлингсворт училась в пансионе, в который все богатые горожане посылали дочерей, надеясь, что те приобретут познания и манеры настоящих леди. Жермен входила в число учениц, высмеивающих Серинис за то, что она решительно отказывалась верить, будто весь мир вращается вокруг нарядных шляпок и красавцев мужчин. Не раз в присутствии Жермен и ее подруг Серинис становилась мишенью для язвительных насмешек. Но как только поблизости появлялся привлекательный мужчина, юные леди меняли маски с быстротой хамелеона, а их язвительные реплики сменялись медоточивыми речами.

— Бо, дорогой, почему мы медлим? — жеманно протянула Жермен. — Вы же обещали…

— Проводить вас к мадам Феро. — Бо жестом указал на лавку модистки, находящуюся за их спиной. — Мы уже на месте.

— О, какая я глупая! — Жермен рассмеялась и встряхнула изысканно причесанной головкой. — Я и не заметила, что мы уже прибыли! — Взмахнув темными ресницами, она устремила на Бо умоляющий взгляд, который, по мнению Серинис, разжалобил бы и голодного волка. — Мне всегда так трудно выбрать фасон, подходящий для моей фигуры, а поскольку все восхищаются вашим безукоризненным вкусом, Бо, не могли бы вы помочь мне…

— Вряд ли, — ответил Бо, не глядя на Жермен. Он не сводил глаз с Серинис, которую невольно заворожили манеры Жермен.

Брюнетка обиженно надула губки, но не сдалась.

— Вы не можете, Борегар Бирмингем? Почему вы так невежливы со мной? Да, я слышала, что вы суровый морской волк, но вас называют и джентльменом, а джентльменам не пристало отказывать дамам…

— Это правда? — перебил Бо.

— Что? — раздраженно спросила Жермен.

— Меня и вправду считают джентльменом? — несмотря на то что вопрос Бо был адресован Жермен, он по-прежнему смотрел на жену. — Вы согласны с этим, Серинис?

Серинис мельком заметила, что дядя пристально наблюдает за ними. Очевидно, его насторожил румянец на ее щеках и невольная дрожь. Серинис отвечала мужу как можно сдержаннее и тактичнее, но ничуть не желала льстить ему в присутствии миниатюрной кокетки.

— Если бы вы не были джентльменом, вы вряд ли задали бы мне этот вопрос, — тихо обронила она. — А если вы ждали, что я воспою вам хвалу ради вашей спутницы, не знаю, к чему бы это привело.

«К постели?» — грустно добавила она про себя. Стерлинг прокашлялся:

— Долго ли вы намерены пробыть в Чарлстоне, капитан Бирмингем?

— Пожалуй, дольше, чем обычно, профессор Стерлинг. Неотложные дела требуют моего присутствия. — Он посмотрел на Серинис так, словно она была первым из этих неотложных дел. — Я пробуду в городе до середины лета, если не дольше.

На лице Стерлинга появилось озадаченное выражение.

— Неужели вам наскучила романтика дальних плаваний?

— Я бы не сказал, но в последнее время у меня появились и другие дела, и я предпочитаю уладить их тем или иным способом, прежде чем отправлюсь в новое плавание.

Серинис была уверена, что он намекает на предстоящий развод, но едва ли Бо мог винить ее в задержке. Вот уже целый месяц она ожидала бумаг и недавно заподозрила, что не получит их.

Услышав, что Бо вернулся домой надолго, Жермен возликовала:

— О, Бо, как чудесно! Наконец-то вы ради разнообразия решили пожить на суше. Наверняка вы с удовольствием побываете на весеннем балу, и поскольку я тоже буду там… ладно, об этом потом. Мне всегда казалось, что морские плавания — рискованное занятие. Каждый раз, провожая вас, я не знаю, вернетесь ли вы обратно. Теперь я смогу ненадолго отдохнуть от тревог.

— Если бы наши предки боялись опасностей, мы вряд ли очутились бы в этой стране, — рассеянно отозвался Бо, так и не взглянув на Жермен.

— Надеюсь, вам удастся уладить все дела, капитан, — пробормотала Серинис и, не удержавшись, напомнила ему о разводе: — Вероятно, в последнее время вы были так заняты, что забыли предупредить мистера Фаррадея…

— Мистера Фаррадея? — перебила Жермен, недоуменно нахмурив лоб. — Поверенного?

Ответа она не дождалась: окружающие окончательно перестали обращать на нее внимание. Стерлинг был слишком поглощен наблюдениями за племянницей и капитаном. Серинис беспомощно смотрела, как подергиваются мышцы на худых щеках Бо, а он взирал на нее так холодно, что будь он пиратом, она тут же бросилась бы наутек. Что же так разозлило его? Разве не он первым заговорил о разводе?