Зимняя роза - Вудивисс Кэтлин - Страница 129

Ирена не доверяла отцу. Если он выболтает что-нибудь шерифу или кому-то еще, жизнь Кристофера окажется под угрозой. Может, она слишком поспешно отвергла его требования? Ведь брехливую собаку легче всего заставить замолчать куском мяса.

Решившись, Ирена надела голубое шелковое платье, которое застегивалось на множество маленьких пуговок. Она приказала подать ей карету и пошла к мужу, чтобы сообщить ему о своей поездке к родственникам. Кристофер был целиком погружен в дела, но при виде жены с готовностью отодвинул бумаги, поцеловал ее и сказал, чтобы она не задерживалась. Она весело рассмеялась, когда он прошептал ей на ухо, что именно ждет ее по возвращении, со вздохом отстранилась и на полдороге к двери послала ему воздушный поцелуй. Кристофер глядел ей вслед, пока она не вышла из комнаты, а потом с сожалением вернулся к колонкам сухих цифр.

Весна окончательно вступила в свои права в Северной Англии. Холмы становились все зеленее, небо — синим, а реки и шумливые ручьи весело катили свои воды по каменистым руслам. Белые кучевые облака неслись по небу, гонимые легким ветром, от дуновения которого трепетали юные листочки на деревьях. День словно был создан для прогулок на свежем воздухе, и Ирена отправилась в город, надеясь, что прекрасно проведет время.

Колеса прогрохотали по мосту, Таннер натянул поводья, и экипаж остановился перед знакомым домом. Слуга спрыгнул на землю, торопливо открыл дверцу кареты и опустил ступеньку.

Ей показалось, что за несколько месяцев ее отсутствия все вокруг изменилось. Только сухие стебли цветов в маленьком садике перед домом были печальным напоминанием о былой красоте.

Приказав Таннеру подождать, Ирена подошла к двери и откинула капюшон накидки. Она на секунду остановилась, сжимая в руке молоток и вспоминая, как в этот дом впервые вошел Кристофер. Ее сердце забилось сильнее, и Ирена улыбнулась своим воспоминаниям.

Она тихонько постучала и через несколько секунд услышала приближающиеся шаги. Дверь открылась, на пороге стоял отец, крайне неопрятно одетый, благоухающий потом и элем. Длинные полы рубашки были кое-как заправлены в широкие штаны, державшиеся только благодаря паре старых подтяжек. Увидев дочь, Эвери не смог сдержать удивленного возгласа, а затем алчно усмехнулся.

— Леди Сакстон! — Он согнулся в шутовском поклоне. — Не откажитесь посетить нашу скромную обитель.

Ирена вошла, и в глаза ей бросился ужасный беспорядок. Очевидно, отец уже давно отказался от попыток поддерживать в доме чистоту.

— Неужели ты пришла, чтобы повидаться со мной? Нет, не смею на это надеяться, наверняка ты пришла к Фэррелу. Твой брат уехал в Йорк, и одному Богу известно, когда он вернется.

— Я приехала к тебе, отец.

— Да? — Эвери закрыл дверь и обошел вокруг дочери, словно не веря ее словам.

— Я подумала над тем, о чем мы говорили. — Она не смогла сдержать улыбку, когда доставала маленький кошелек. — И хотя я до сих пор на тебя обижена, но понимаю, как тяжела твоя жизнь, и хочу помочь, отец.

— Ты поступаешь замечательно! — Он ухмыльнулся и пошел в маленькую гостиную. Налив себе стакан эля, он сказал не оборачиваясь: — Странно, что ты приехала именно сегодня.

Войдя вслед за ним в комнату, Ирена убрала с кресла грязную рубашку и осторожно присела на край.

— Что в этом странного?

— Ко мне приедет шериф.

— Да? — Она ждала продолжения.

— Угу. — Эвери подошел к окну и с задумчивым видом уставился в него. — У нас с ним был долгий разговор. Похоже, лорд Толбот недоволен некоторыми моими поступками и собирается меня уволить. — Не дождавшись от дочери сочувствия, он продолжил: — Мне надо каким-то образом вновь добиться его расположения. Думаю, если мы с шерифом поймаем твоего любовника и вздернем его на площади перед всем честным народом, лорд Толбот изменит свое мнение обо мне.

Внезапный страх пронзил сердце Ирены.

— Что ты сделал, отец? — испуганно воскликнула она.

Эвери медленно отошел от окна, пересек комнату и остановился, загораживая от Ирены выход. Усмехнувшись, он пожал плечами и беспечно бросил:

— Я рассказал Алану Паркеру все, что знал… я имею в виду — о тебе и твоем любовнике.

— Что?! Как ты мог?! — Она в гневе вскочила на ноги. — Как ты мог так поступить со своей дочерью?

Эвери фыркнул:

— А ты не моя дочь.

— Что? — вскричала Ирена потрясенно.

Он опустил глаза.

— Ты не моя дочь, вот что я сказал. Не моя, а паршивого ирландца.

— Мама никогда не обманывала тебя с другими мужчинами. — Ирена недоверчиво покачала головой.

Мэр презрительно усмехнулся.

— Он уже обрюхатил ее до того, как мы встретились. Она связалась с этим парнем и вышла замуж против воли родителей. А потом его вздернули. И твоя мать перед тем, как пойти за меня, рассказала мне всю правду. Лучше бы она промолчала. Такое, конечно, тяжело переварить. Я только и думал о том, как она обнимается с ирландцем. — Его губы скривились. — И она всю жизнь любила его. Я видел, как она смотрела на тебя, а ты на него очень похожа.

— Если ты встретил мою мать после того, как отца повесили, — медленно произнесла Ирена, пытаясь разобраться в хаосе мыслей, — откуда ты мог знать…

— …как он выглядел? — закончил за нее Эвери и злорадно рассмеялся. — Твоя мать и не догадывалась об этом, но именно благодаря мне его повесили. — Он осекся под ледяным взглядом Ирены. — Тогда я еще не знал Анджелу. А этот парень, выскочка, кичился, что он лорд, а на самом деле был обычным подонком. И вел себя перед солдатами так спокойно, будто вовсе и не на казнь шел. Да, надо признать, он был красивым малым, с такими же, как у тебя, черными волосами и синими глазами. Высокий, худой, как твой любовник. Такому, как я, никогда не отбить девочку у красавчика. До последней минуты жизни твоя мать горевала о нем. Когда ты родилась, я увидел вызов в ее глазах. Ты была его отродьем. Риордан О'Киф — это имя я никогда не забуду. Оно преследовало меня всю жизнь.

Ирена грустно улыбнулась и закусила губу.

— Но ты, отец… Черт, никогда больше не назову тебя так… Как угодно, но не так. Ведь вы, сэр, тоже преследовали меня все эти годы.