Объятые страхом - Вул Стефан - Страница 14

Девушка прервала его размышления, взяв за руку. Ее лицо было серьезным как никогда, но в то же время просветленным и необыкновенно красивым удивительной азиатской красотой.

Бруно вопросительно поднял брови. Девушка с трудом начала говорить:

— Кто-то или что-то желает нам всем зла! Какая-то ужасная сила вызвала эту катастрофу! Я абсолютно в этом уверена.

Бруно промолчал. Затем взял в свои ладони маленькую ледяную ручку китаянки.

— Вам необходимо отдохнуть. В конце концов, всему этому ужасу найдется разумное объяснение.

— Я уверена! — вновь с твердостью в голосе сказала китаянка. — Я родилась в Азии. А если точнее, то в Юн-Нане, месте, где очень сильно влияние Индии. Мы более подготовлены к некоторым вещам, чем европейцы. У нас более развито интуитивное чувство опасности… На человечество напали. Есть какая-то сила, которая желает нам зла. И эта катастрофа не последняя. Это только начало!

Прилет вертолета Дрисса Буиры положил конец догадкам.

Бруно быстро представил девушку шефу, и только потом все поднялись в шикарную машину Буиры. Во время полета Бруно рассказал обо всем, чему был свидетелем. Выслушав, Буира, казалось бы совершенно без всякой связи, спросил:

— Вам известно, что в данный момент абсолютно невозможно получить лед?

— Но вы делали опыты?..

— Максимум, чего достигли в лабораториях, это минус пятьдесят. Пустой номер. Но буквально за пять минут до катастрофы я узнал, что в Париже, в Национальном институте точных наук, температуру опустили до двухсот семидесяти трех по Цельсию.

— Абсолютный нуль! И каков результат?

— Нет результата. Вода осталась жидкой.

— Господи помилуй!..

— Полный идиотизм! Абсолютный абсурд! Законы физики летят к черту!

Бруно закашлялся.

— Все-таки, — начал он, — я бы хотел понять, каким образом…

— Он хотел бы понять!.. Что?! Я говорил вчера с Легэном по видеофону и предупредил его о вашей поездке в Париж. Мне показалось, что беднягу огрели по голове. Он ничего не понимал. И это Легэн! Скажу больше, он был раздавлен, оглушен… и это еще слабо сказано… Бедный Легэн!

— Возможно, он спасся. Этой ночью по радио передавали дающие надежду послания парижан, которым удалось избежать…

— Париж был сметен с лица земли! Катастрофа явилась полной неожиданностью. Спаслись лишь те, которые по воле случая находились в воздухе. Насколько я знаю Легэна, он был поглощен работой. Пожалуй, вы не представляете себе, что такое ученый, поглощенный решением какой-либо научной проблемы.

Дрисс Буира замолчал на какое-то время, а затем продолжил:

— Даже если в последний момент его предупредили, то наверняка он бросился спасать какие-нибудь бумаги со своими иероглифами.

— Что конкретно он вам сказал? Он хотя бы намекнул на решение проблемы?

Буира приземлился на террасе дома Бруно. Выключив двигатель, он задумчиво почесал щеку.

— У него был ненормальный вид. Он что-то говорил о давлении. Кажется, он сказал: «Охлаждение уже не влияет на давление, по крайней мере относительно простой воды». И еще… не помню… А, вот что: «Пусть давление остается постоянным…» Решительно все забыл. Знаю только, что он упоминал о Мариотте и Гей-Люссаке. Это вам о чем-нибудь говорит?

— Конечно, хотя и очень неопределенно, — сказал Бруно, подавая руку Ку Сен и помогая ей спуститься из вертолета.

Буира похлопал его по спине.

— Прежде всего отдохните, а затем, как только будете в форме, позвоните мне.

Он распрощался с китаянкой и взлетел. Бруно повел девушку в свою квартиру.

— Сейчас поспите, Ку Сен. Спите сколько сможете. Увидимся через несколько часов.

— Мне неловко, что я причиняю вам беспокойство.

— Нет никакого беспокойства. У меня есть комната для гостей, где вы можете как следует отдохнуть. Одна из дверей ведет к личному лифту. Я дам вам ключ.

— Я могла бы поискать гостиницу. Бруно пожал плечами.

— Вы потеряли бы уйму времени. Кроме того, представляете, что творится сейчас в отелях? В лучшем случае вам досталась бы кровать на сквозняке в коридоре.

Он нажал кнопку, и дверь отодвинулась. Бруно деликатно подтолкнул девушку внутрь. Он показал ей пульт управления, который позволял по желанию делать пневматическую кровать тверже или мягче, регулировать солнечный свет в окнах. Быстро осмотрев бытовую технику в ванной, Бруно с удовлетворением сказал:

— Нам повезло! Все работает нормально. Протянув девушке маленький тюбик, он добавил:

— Если будут проблемы со сном, воспользуйтесь этим транквилизатором. Он абсолютно безвредный.

Улыбнувшись на прощание, Бруно вышел. Порывшись в домашней аптечке, он проглотил с дюжину таблеток, пробормотав: «У меня другой случай, так как я не хочу спать». Почувствовав пустоту в желудке из-за скромного вчерашнего обеда, он решил исправить оплошность и позвал Ку Сен по интерфону.

— Что за дырявая голова! — извинился он. — Если вы голодны или хотите пить, не стесняйтесь, скажите. Микрофон встроен в изголовье кровати. Кухня дома обслужит вас; окошко слева от входной двери.

Себе он заказал два сандвича и через пару минут получил их. Потом включил видео, открыл бутылку «Асрумадо» и, оставив дверь в ванную комнату открытой, чтобы был виден экран, отрегулировал по своему вкусу температуру морской воды в ванной.

Человечество зализывало свои раны. Повсюду организовывалась служба экстренной помощи, пункты помощи пострадавшим, которые потеряли все.

Индустриальная мощь эпохи делала возможным подобное социальное обеспечение. Предприятия, которые намеренно сокращали выпуск продукции, чтобы избежать перепроизводства, теперь работали на полную мощность. Регионы, избежавшие катастрофы, ъ кратчайшие сроки возводили из готовых конструкций новые города.

Излишки продовольствия, накопленные для поддержания стабильности цен на сельхозпродукцию в предыдущие десятилетия, посыпались как из рога изобилия.

Несмотря на собственные значительные разрушения, Афранса, по сравнению с другими регионами, пострадала мало и была в первых рядах тех, кто помогал наиболее пострадавшим. Ее экономический потенциал и огромные резервы позволяли ей нести бремя расходов пострадавшего человечества. Для нее все сводилось к простой проблеме организации.