Костры амбиций - Вулф Том - Страница 244

Брак мистера Мак-Коя оказался под угрозой после того, как выяснилось, что в автомобиле с мистером Мак-Коем в тот вечер, когда был сбит мистер Лэмб, находилась Мария Раскин-Кирацци, наследница состояния Раскина, которое он нажил авиаперевозками. Парочка находилась в любовной связи, используя для встреч тайную квартиру, которую позже окрестили «любовным гнездышком с пониженной квартплатой». Первый муж миссис Кирацци, Артур Раскин, незадолго до того как ее вовлеченность в дело Мак-Коя получила огласку, умер от сердечного приступа.

Окружной прокурор Вейсс собирался заново возбудить дело по обвинению мистера Мак-Коя в халатности за рулем, но мистер Лэмб умер, и над мистером Мак-Коем нависло более серьезное обвинение — в непредумышленном убийстве. Мистер Вейсс уже объявил, что поддерживать обвинение будет помощник окружного прокурора Рэймонд И. Андриутти. Необычность ситуации состоит в том, что мистеру Вейссу пришлось отстранить от дела Лоренса Н. Крамера, поддерживавшего обвинение на первом процессе, так как открылось, что мистер Крамер упросил домовладельца поселить в квартире, названной выше «Любовным гнездышком с пониженной квартплатой», свою приятельницу, мисс Шелли Томас, художественного редактора в рекламном агентстве. Мистер Крамер, женатый мужчина, познакомился с мисс Томас, когда она исполняла обязанности члена коллегии присяжных при рассмотрении совершенно другого дела, где он также поддерживал обвинение. В результате приговор по этому делу — в отношении мистера Герберта Кантрелла (Герберта 92-Икс), обвинявшегося в убийстве первой степени, — отменен по причине «нарушения этических норм со стороны обвинения».

Мистер Андриутти вчера сказал, что на новый процесс по делу мистера Мак-Коя он собирается вызвать в качестве свидетельницы обвинения миссис Кирацци, несмотря на то что именно спорность данных ею перед большим жюри показаний побудила Ковитского отменить первый вердикт о привлечении к уголовной ответственности. На первом процессе она лично не присутствовала.

Взаимоотношения мистера Мак-Коя с законом вчера осложнились еще и тем, что сотрудница фирмы по торговле недвижимостью Салли Ротроут вчинила ему иск в Манхэттенском гражданском суде на сумму 500000 долларов. Продав квартиру мистера Мак-Коя на Парк авеню за 3200000 долларов, миссис Ротроут получила 192000 долларов комиссионных. Однако мистер Лэмб через мистера Вогеля вчинил ей иск на эти 192000 долларов на том основании, что они являются частью двенадцатимиллионной компенсации, которую должен выплатить мистеру Лэмбу мистер Мак-Кой. Свой иск миссис Ротроут мотивировала тем, что мистер Мак-Кой «незаконно представил на продажу обремененную долгами собственность». В устном заявлении она указала, что «всего лишь ограждает себя от возможной потери принадлежащих ей по праву комиссионных», а мистеру Мак-Кою вообще-то зла не желает.

Как мистер Мак-Кой сумеет выйти из этого и других юридических затруднений, проистекающих из его дела, неясно. Бывший адвокат мистера Мак-Коя, Томас Киллиан, которого удалось застать в его доме на Лонг-Айленде, сказал, что больше не может представлять мистера Мак-Коя по причине отсутствия у последнего средств на поддержание защиты.

Мистер Киллиан и сам тяжко обременен множеством судебных исков, вчиненных ему новыми соседями по фешенебельному поселку Латтингтаун на Северном берегу. Недавно он приобрел двадцатиакровое поместье Фиппсов и пригласил известного архитектора, Хаднелла Столворта, чтобы тот спроектировал большую пристройку к главному зданию, которое занесено в Реестр памятников национальной истории. Местные ревнители старины считают, что любые изменения облика величественного георгианского строения были бы неприемлемы.

Тем не менее мистер Киллиан с жаром высказывается в пользу мистера Мак-Коя. Вчера на неофициальном обеде он произнес речь, в которой, как свидетельствуют очевидцы, обвинение Мак-Коя в убийстве отмел, применив для оценки обвинения широко известный каноскатологический бранный термин, а кроме того, сказал: "Если бы это дело рассматривалось in foro conscientiae (в суде совести), на скамье подсудимых должны были бы сидеть Эйб Вейсс, Реджинальд Бэкон и Питер Фэллоу из «Сити лэйт».

Милтон Лубелл, представитель мистера Вейсса, сказал, что окружной прокурор не станет отвечать на «провокации» человека, который «более не причастен к делу». Он добавил: «Только благодаря особому к себе отношению со стороны некоторых функционеров системы правосудия мистер Мак-Кой столь долго оставался вне досягаемости закона. Трагично, что понадобилась смерть Генри Лэмба, олицетворявшего собой высочайшие идеалы нашего города, чтобы в этом деле наконец восторжествовала справедливость».

Представитель мистера Бэкона во «Всенародной солидарности» Красавчик Джонс отмел выдвинутое Киллианом обвинение как «обычную расистскую демагогию расистского прихвостня, выступающего в пользу известного капиталиста и расиста», который пытается уклониться от «расплаты за расистское убийство прекрасного молодого человека».

Мистера Фэллоу, удостоенного Пулицеровской премии за серию газетных репортажей о деле Мак-Коя, найти и расспросить не удалось. Говорят, что он, справив две недели назад свадьбу, уехал на Эгейское море, где отдыхает на борту яхты со своей молодой женой леди Эвелин, дочерью сэра Джеральда Стейнера, издателя и финансиста.