Планета приключений - Вэнс Джек Холбрук - Страница 142

— Меня зовут Адам Рейт, — представился он — Человек с Земли. Что вы от меня хотите?

— Твоего присутствия в Вечности.

— Я уже здесь, но, тем не менее, собираюсь ее покинуть, — заявил Рейт. — Я пришел по собственному желанию, вам это известно?

— Ты бы пришел в любом случае.

— Ошибаетесь. Я бы не пришел. Вы увели мою подругу, мою молодую жену. Я пришел, чтобы забрать ее и вывести отсюда на поверхность.

Как по команде пнумы сделали шаг вперед — угроза, кошмар.

— Как тебе это представляется? Здесь Вечность.

Рейт какой-то миг поразмыслил.

— Вы, пнумы, уже давно живете на Чае.

— Очень давно. Мы — это душа Чая. Мы — это сам мир.

— Но на Чае живут и другие расы. Среди них есть и более сильные, чем вы.

— Они приходят и уходят — цветные тени, которые служат нашему развлечению. Мы отсылаем их по нашему усмотрению.

— Боитесь ли вы дирдиров?

— Они не смогут нас достать. Им неизвестны наши бесценные Тайны.

— А если бы это было не так?

Темные фигуры шагнули еще ближе. Рейт строго крикнул:

— Что, если дирдирам станут известны все ваши Тайны: все ваши туннели, штольни и выходы?

— Невозможная ситуация. Такого никогда не будет.

— Но она может стать действительностью. С моей помощью. — Рейт вытащил папку из голубой кожи.

— Посмотрите-ка на это.

Пнумы осторожно взяли у него папку.

— Но это же пропавшие Главные Карты!

— Снова ошибаетесь, — заявил Рейт. — Это копии.

Пнумы издали тихий ноющий звук, и снова Рейт подумал о ночных собаках; именно такие звуки он часто слышал, когда был в степи Котан.

Печальные, приглушенные жалобы прекратились. Пнумы, словно окаменев, образовали полукруг. Рейт мог чувствовать их возбуждение. Оно было почти ощутимым: витающая в воздухе, безответная угроза, которую он до этого встречал только у фангов.

— Успокойтесь, — сказал Рейт. — Непосредственная опасность пока еще не угрожает. Карты служат лишь гарантией моей безопасности. Вам ничего не угрожает, если, конечно, вы не предпримите никаких действий, и я вернусь на поверхность. Если же нет, карты будут переданы дирдирам и синим кешам.

— Этого не должно произойти. Карты должны быть в безопасности. Другой возможности быть не должно.

— Я надеялся, что вы скажете именно это. — Рейт окинул взглядом полукруг. — Вы согласны с моими условиями?

— Мы их еще не слышали.

— Я хочу женщину, которую вы вчера притащили сюда. Если она мертва, то моя месть будет ужасной. В этом случае вы еще долго будете меня вспоминать, и долго будете проклинать имя Адама Рейта.

Пнумы молча стояли на месте.

— Где она? — хрипло спросил Рейт.

— Она в Вечности и должна быть кристаллизована.

— Она жива? Или уже умерла?

— Она еще не умерла.

— Где она?

— С другой стороны Поля Памятников. Она ждет приготовлений.

— Вы сказали, что она еще не мертва. Но жива ли она? И как она себя чувствует?

— Она жива.

— Тогда считайте, что вам повезло.

Пнумы непонимающе смотрели на него и некоторые из них, совсем, как люди, пожали плечами. Рейт скомандовал:

— Приведите ее сюда или мы отправимся за ней. Как будет быстрее?

— Идем.

Они пошли вперед по Полю Памятников мимо статуй и фигур, которые представляли существа сотен рас. Рейт не мог остановиться, чтобы рассмотреть их повнимательнее.

— Что или кто эти создания?

— Эпизоды из истории Чая. Это то же, что и наша собственная жизнь. Там — шивван, прилетевший на Чай более семи миллионов лет назад. Это один из самых старых кристаллов — напоминание о давно прошедших временах. Сзади — гйеи, которые основали восемь королевств и которых искоренили фесазы, в свою очередь прилетевшие с красной звезды Хси. Там — другие, которые уже давно канули в вечность.

Группа шла вдоль по тропе. Черные памятники имели золотистые и серебристые обрамления; существа с двумя, тремя, и четырьмя ногами; с головами и запасными мозгами, выведенной нервной системой; с глазами, оптическими системами, подвижными сенсорами, призмами. Здесь возвышалось и массивное тело с большим черепом: существо угрожающе держало меч двухметровой длины. Рейт увидел, что это был кристалл зеленого кеша. Рядом синий кеш наблюдал за группой пригнувшихся старых кешей; тут же стояли три мрачных кеш-человека. Еще дальше были дирдиры и дирдир-люди, от которых убегали два мужчины и две женщины неизвестной Рейту расы.

Рядом с ними единственный вонк наблюдал за группой усердно работающих людей. За всеми этими группами — мимо единственного пустого пьедестала — дорога вела вниз к неторопливой черной реке, на поверхности которой виднелись серебристые водовороты. Возле реки стояла клетка из серебристых прутьев. В ней находилась Зэп-210. С неподвижным лицом она наблюдала за приближением группы. Вдруг она узнала Рейта; на ее лице отразились противоречивые чувства: горе и радость, облегчение и отчаяние. Одежду, бывшую на ней на поверхности, у нее забрали, и она оставалась только в белой нижней рубашке. Рейт почти не мог говорить. Тем не менее, он с усилием спросил:

— Что вы с ней сделали?

— Она обработана жидкостью №1. Она укрепляет, формирует и расширяет вены для жидкости №2.

— Выпустите ее.

Зэп-210 выбралась из клетки. Рейт взял ее за руку, погладил по коже.

— Теперь ты в безопасности. Мы снова вернемся на поверхность.

Он спокойно подождал несколько минут, пока она плакала у него на груди от облегчения и нервного потрясения. Пнумы придвинулись ближе. Один из них сказал:

— Мы требуем возвращения всех карт.

Рейт вымученно улыбнулся.

— Не так быстро. Я должен выдвинуть и другие требования — но не здесь. Идем! Вечность действует на меня угнетающе!

В отшлифованном сером мраморном зале Рейт смотрел на совет старейшин пнумов.

— Я человек. Меня задевает, что я вынужден наблюдать, как представители моей собственной расы ведут неестественную жизнь пнумеков. Им не позволяется рожать нормальных человеческих детей. Дети, находящиеся сейчас под землей, должны быть выпущены на поверхность, и там за ними должны ухаживать, пока они смогут начать самостоятельную жизнь.

— Но это значит закат для пнумеков.

— Совершенно правильно, а что тут такого? Ваша раса существует уже семь миллионов лет, а может, и того больше. А пнумеки, которые вам служат, есть у вас лишь последние двадцать или тридцать тысяч лет. Так что, потеря не должна уж очень по вас ударить.

— Если мы согласимся, что тогда будет с картами?

— Все карты будут уничтожены, до последней копии. Ни одна из них не будет передана вашим врагам.

— Но этого недостаточно! Нам в этом случае придется жить в постоянном страхе!

— Здесь вам не удастся обвести меня вокруг пальца. Я должен как-то держать вас под контролем; мне нужна гарантия, что мои требования будут выполнены. Когда-нибудь вы получите карты обратно — когда-нибудь в будущем.

Несколько минут пнумы вполголоса разговаривали. Наконец один прошептал:

— Твои требования будут выполнены.

— Тогда выведите нас снова на соляную равнину около Сивиша.

Соляная равнина спокойно лежала под лучами заходящего солнца. Карина 4269 висела в мутно-желтой дымке над горами, отражаясь в башнях дирдиров. Рейт и Зэп-210 подошли к старому сараю. Из конторы показалась худая фигура Анахо. Он пошел им навстречу.

— Планер уже здесь. Ничто нас больше не задерживает.

— Тогда поторопимся. Я еще никак не могу поверить, что мы свободны.

Планер из-за сарая поднялся в воздух и скользнул на север. Анахо спросил:

— Куда мы летим?

— В степь Котан — южнее того места, где мы впервые встретились.

Они летели всю ночь: через голые степи Кослована, над Первым Морем, над болотами Котана.

В предрассветных сумерках они пересекли границу степи, и Рейт стал внимательнее смотреть вниз на проплывавшие под ними пейзажи. Они перелетели через лес; Рейт показал на поляну.

— Здесь я приземлился на Чае. Лагерь эмблемного племени был восточнее. Там, возле зарослей метельчатых кустов, мы закопали Онмале. Садись там.