Возвращение изгнанника - Якоби Кейт - Страница 143

— На самом деле, — пробормотал Роберт, бросив взгляд на Финлея, — Ключ тогда, много лет назад, ничего не говорил мне насчет возможности встать в Круг. Я знаю, все вы думаете, что я лгал вам, — особенно после сообщения моего брата. Но истина такова, как я — всегда говорил. Слова Ключа имели исключительно личный характер и никак не затрагивали Анклав. Я даже готов признать вероятность того, что Ключ желал, чтобы я встал в Круг, — кто знает? Но одно мне известно точно: если вы пошлете кого-то в столицу на поиски незнакомца, вы подвергнете Анклав и всех, кто здесь находится, чрезвычайной опасности. Вы не знаете, с чем столкнетесь, а к тому времени, когда это выясните, может оказаться слишком поздно.

— Не верю! — бросил Уилф, терпение которого иссякло. — Ты хоть понимаешь, как смешно звучат твои слова? Если ты считал, что должен встать в Круг, почему, во имя всех богов, ты этого не сделал? О да, я отлично помню: чтобы сохранить свою драгоценную независимость. Ну и куда же привела тебя твоя независимость, а? Куда? И что, теперь ты просто ждешь моей смерти, чтобы занять мое место? Как смеешь ты являться сюда и говорить нам, какие решения мы должны принять или не принять? Ты отказался от права голоса в наших делах, когда не пожелал занять место Маркуса. О, я прекрасно понимаю, чего ты хотел бы от нас: сидеть здесь и ничего не предпринимать, только сокрушаться по великому графу Данлорну и надеяться, что он наконец соизволит примириться со своей судьбой и займет место среди колдунов. Попробуй отрицать это, Роберт!

— Подождите минутку! — Шинлей поднял руки, не смея взглянуть на брата. Ему только что пришло на ум нечто важное. — Может быть, я неправильно понял то, что сказал мне Ключ.

— Что? — раздраженно переспросил Уилф, недовольный тем, что Финлей прервал его тираду. — О чем ты говоришь?

— Послушайте, — начал Финлей, стараясь подражать рассудительному тону Генри. — Я тогда рассердился на Роберта за то, что он отказался встать в Круг, и, услышав слова Ключа, мог придать им то значение, какое мне хотелось бы, чтобы они имели. Теперь, возвращаясь к тому случаю, я начинаю думать, что мог неправильно понять Ключ.

Роберт, сидевший рядом с братом, наклонился вперед и спросил, глядя ему в глаза:

— Что именно сказал тебе Ключ?

Финлей сделал глубокий вдох и процитировал:

— «Не досаждай Роберту Данлорну просьбами встать в Круг. Его место не здесь, и ему запрещено сворачивать с предназначенного для него пути. Его судьба определена, и в ней единственное спасение для вас. Оставь его совершать собственные дела».

Роберт еле слышно прошептал:

— Почему ты не сказал мне этого раньше?

— Будьте вы прокляты! — взревел Уилф. — Будьте вы оба прокляты!

— Прошу тебя. — Айн успокаивающе положила руку на плечо Уилфу. — Так мы никуда не придем. Роберт, если мы никого не пошлем в столицу, мы можем лишиться знания, жизненно важного для Анклава. Ни один из наших наблюдателей при дворе не способен выполнить такую задачу. Кто-то должен быть послан отсюда. Ты же наверняка понимаешь это.

— Конечно, понимаю. — Роберт по очереди оглядел всех членов совета. — Я понимаю, какая перед вами стоит проблема, но вы не видите, какая вам грозит опасность. Пришли в движение такие силы, о которых вы не имеете представления.

Уилф презрительно фыркнул и откинулся в кресле, сложив руки на груди.

— Ну так давай — ознакомь нас с ситуацией. Что за силы? Вместо ответа Роберт повернулся к Финлею:

— Ты обо всем им рассказал?

Обо всем, кроме пещеры и найденного там стержня. И еще, конечно, Береники. Об этом он никогда и никому не расскажет — Роберт должен понимать…

— Да, обо всем.

— Тогда они не могут оправдываться незнанием, верно? — Роберт насмешливо поднял бровь и снова обратился к членам совета. — Неужели вам не приходила мысль, что некоторые из недавних событий могут быть связаны между собой? Возвращаясь к излюбленной теме Патрика, должен сказать, что трудно поверить в чистое совпадение, когда таинственного незнакомца обнаруживает именно Дженн.

— Почему бы и нет? — пробормотал Генри. — Ее сила отличается от нашей, и она очень могущественна.

— Вы не знаете наверняка об этих отличиях. Но даже если вы правы, не кажется ли вам странным, что она оказалась из числа похищенных детей: ведь судьба другого, находившегося в обществе малахи, нам известна.

Финлей выпалил, прежде чем успел остановить себя:

— Уж не думаешь ли ты, что загадочный незнакомец в столице — тот человек, который виновен в похищениях?

Роберт откинулся на спинку кресла.

— Не сказал бы, что это один и тот же человек, — во главе похитителей был старик, не забывай. Но кто может гарантировать, будто они никак не связаны? И почему незнакомец пытался воздействовать на Дженн? Почему на нее, а не на одного из нас? Не на меня, например, или Мердока? Почему он так интересуется именно Дженн?

Никто не ответил Роберту, и Финлей взглянул на Патрика; тот заинтересованно поднял брови.

— Мне очень жаль, Роберт, — заговорила наконец Айн, — но твои рассуждения на самом деле ничего не меняют. Может быть, этот колдун считает себя единственным, а в Дженн он что-то почувствовал и попытался установить с ней контакт.

— Она говорила, что ощутила абсолютное зло.

— Она ничему не обучена, Роберт, так как же она может судить о том, что ощущает?

— Будь это так, — возразил Роберт, — она вообще ничего не почувствовала бы. Послушайте, я совсем не предлагаю вам игнорировать нового игрока — это было бы бессмысленно. Я просто советую вам некоторое время ничего не предпринимать.

— И что сделать вместо намеченного нами? — поинтересовался Генри.

— Предоставьте все мне. Я разберусь с таинственным незнакомцем.

Несколько долгих минут в зале совета царила изумленная тишина. Финлей смотрел только на Роберта. Неужели такое возможно? Неужели он наконец решил действовать? Уж не собрался ли он…

Уилф медленно поднялся на ноги.

— Я не ослышался? Ты в самом деле сказал, будто собираешься что-то предпринять?

— Сказал, — ответил Роберт, глядя ему в глаза. — Не умри от неожиданности, Уилф, — я совсем не собираюсь занять твое место, так что не торопись с выводами. Да, я хочу, чтобы Анклав ничего не предпринимал в Марсэе, не трогал короля, Вогна или кого там обнаружила Дженн — по крайней мере до тех пор, пока я не узнаю больше. Обнаружив себя, вы рискуете всем, чего добился Анклав за столетия, особенно учитывая шумиху, вызванную арестом Финлея. Если вы правы и тот неизвестный колдун достаточно силен, чтобы скрываться от меня все те годы, что я провел при дворе, то он наверняка справится с тем человеком, которого вы туда пошлете. Он пользуется щитом по какой-то веской причине — и, возможно, эта причина заключается в нежелании быть обнаруженным другими колдунами. Есть множество и других доводов в пользу того, чтобы сделать, как я предлагаю.