Граница миров - Ясиновская Ирина - Страница 57

— У нас важные вести, — нахально заявила Стефания, гордо выпрямляясь в седле и глядя на солдат сверху вниз. Один из них, облаченный в кое-как залатанную кольчугу с зерцалом поверх нее, был, судя по всему, здесь главный, и ему совершенно не понравился тон Огнянки. Солдат недовольно поморщился и потащил меч из ножен. Люди у него за спиной тоже зашевелились, а в кустах раздался отчетливо различимый даже ухом Стефании скрип натягиваемых тетив. За спиной шевельнулась Алура, а следом за ней и Дори. Перунова внучка и Пограничник обменялись короткими репликами еще более завуалированного смысла, чем раньше.

— Петлей захолодишь? — спросил Дори.

— Ну да, может, и ты полынью Индры пройдешься? — фыркнула Алура.

— Козырная карта, ничего не скажешь. Только рубашкой вниз.

— Ты считаешь? Тогда хоть что-то из старого вспомни.

— Все не кошерно.

— Плохо…

— Бубновая тройка с короной?

— Не-е-е… Мат в два хода. И защита теоремы Ферма.

Дори тихо выматерился и усмехнулся. Стефания пыталась хоть что-то понять из их разговора, но ничего не вышло, и тогда она снова переключила свое внимание на солдат.

— Именем Айлегрэнда! — проговорила Огнянка, вскидывая руку в приветственном салюте Пограничников. — Отведите меня к вашему командиру.

— Точно. В шашки играет, — послышался за спиной голос Дори.

— Ути-пути, в шашки! — голос Алуры источал столько яда, что вполне мог отравить небольшое озерцо. — Это даже до шашек не дотянет.

— А ты прямо специалист?

— Да уж получше тебя в преф сыграю!

— Нуда. Ты еще партию в покер предложи!

— А это мысль!

— Хотя я всегда предпочитал то же, что и ты — кости.

— Тогда действительно бубновая тройка в короне.

— И секира на ручье.

— Ну хоть здесь мы сошлись во мнениях.

Стефания кисло улыбнулась солдатам, поглядывающих на нее и Алуру и о чем-то размышлявшим. Дори тихонько что-то напевал, а Перунова внучка время от времени хмыкала то ли на какие-то свои мысли, то ли вспоминая слова песенки. Одди круглыми глазами оглядывался на находящуюся позади всех парочку и изумленно качал головой. В одно мгновение и Алура, и Дори так переменились, что и узнать их было нелегко. С Яровитовны неожиданно слетели надменность и равнодушие, хотя холодное спокойствие, все еще превращающее се лицо в ледяную глыбу, никуда не делось. Дори же вдруг словно повзрослел, и в его глазах появились непонятные огоньки, живо напомнившие Стефании свет мудрости в глазах Хеймдалля. Да и во многом другом он стал иным. Он стал опаснее. И почему-то роднее.

— Интересно, а чем кормят Гарма в Гнипахеллир? — влруг поинтересовалась Стефания, сама не сразу понявшая, зачем задала этот вопрос— Да и Йормунганду надо что-то есть… Не всю же жизнь ему свой хвост жевать.

— Тебе-то что за интерес? — буркнул Дори неожиданно зло, — Это не твоего клана дела.

— Ух ты! — восхитилась девушка. — Ты уже нас по кланам разделять начал?!

— Кого это — вас? — с подозрением поинтересовался Одди, но Стефания отмахнулась от пего и развернула Торнайта, заставив его наехать грудью на попятившегося коня Дори. Вороной жеребец оскалил зубы и попытался хватануть гафлингера за шею, но Дори одним движением успокоил животное.

Солдаты, собиравшиеся что-то сказать, с непониманием уставились на Стефанию. Она же их не замечала, потому что только сейчас стала подмечать знакомые, слишком знакомые с самого детства черты в Дори. И рыжеватый отлив в его темно-каштановых волосах был такого знакомого оттенка, и нити седины в челке и на затылке располагались так, как она их помнила, и глаза зеленого, словно бутылочное стекло, цвета с этакой привычной лисьей настороженностью, и слегка заостренные черты довольно приятного липа…

— А что ты так плохо о своих детишках заботишься? А? — Глаза Стефании засверкали злым синим светом. — Дай Фенрир себе, наверное, на цепи уже все лапы отгрыз!..

— Ты что себе позволяешь?! — взревел Дори и влепил Огнянке увесистый подзатыльник. Алура, сложив руки на груди, спокойно кивнула, как бы соглашаясь с действиями парня. — И никогда, слышишь, НИКОГДА не смей при мне повторять этот бред пьяного скальда!

— Ах так, значит, предания врут? — Стефания, потирая затьглок, коротко и злобно рассмеялась. — Не было никогда Ангрбоды?

— Соплячка! — Дори провел рукой по лицу, и оно слегка изменилось, стало чуть более правильным и более взрослым, суровым, а волосы полыхнули яркой рыжиной, почти такой же, как и у самой Огнянки, но цвет был без медного оттенка, скорее напоминая о лисьей шубе. — Я тебе давно грозился уши оборвать, так, значит, и сделаю! Либо к Тору отведу — он с тобой разберется!

— Это было бы нелишне, — подала голос Алура. — С ней и дедуля мой справился бы, но суть в том, что неплохо бы ей обратно в Небесный Дом отправиться. Тогда и я бы освободилась от контракта. Сейчас занялась бы… — она помолчала, явно не собираясь посвящать окружающих в свои планы.

— Локи, — словно ругательство выплюнула Стефания. — Как ты смел!.. Ты…

— А что я? — Локи решительно замотал головой. — Мне за это не платят, как Алуре! Хотя я и так сделал больше, чем даже за любую плату.

— Ну вы еще подеритесь, горячие скандинавские боги, — ухмыльнулась Алура. — Хотя и вправду горячие… Оба азиатские…

— Но-но, — Локи погрозил Перуновой внучке пальца. — Мы хоть и выходцы из Азии, но все ж скандинавы, а она, — Локи кивнул па Стефанию, — евразийка. Скорее, даже европейка.

— А какая здесь-то разница? — равнодушно пожала плечами Алура. — Танэль настолько далеко от Сквилэль, что и говорить не о чем.

— А все-таки валет. Пиковый.

— Не-е-е… Червонная шестерка.

— Тогда три туза на запад.

— Пять точек на пяти костях.

— Ага! Мат в три хода!

— Обломись, дорогой, ты не в Асгарде! Так что три карты — рубашкой вверх на выбор!

— Летела стая напильников на север..

— Ну да, а один берсеркер думал.

— И в суп попал, — Локи вздохнул. — Приятна с тобой игра, но пора и земными делами заняться, а не то Огнянка нас сейчас собственными зубами загрызет.

— И все-таки один крокодил был зеленый, — добавила Алура, со спокойной улыбочкой поглядывая на взбешенную Стефанию. — Конвой уже заждался, поедем. — Она взмахнула рукой, отметая возможные вопросы Одди, — Потом поговорим.

— А у бегемота четыре ноги, — тихо продолжил их разговор Локи, когда Стефания развернула Торнайта и пустила его следом за перепугано оглядывающимися солдатами, явно решившими спровадить поскорее странных пришельцев своему командиру.

— Тогда у туза длинный хвост, а на рубашку три фигуры,

— Шесть точек и одна шашка.

— Тумблер, — явно огрызнулась Алура. — Хватит. Помолчи. Потом продолжим!

— Эту партию, похоже, мы закончим нескоро…

Стефания заскрежетала зубами, но смолчала. Световид рассказывал, что Локи и Алура начали эту партию над колыбелью дочери Огня, откуда обоих игроков погнали няньки. Смысла игры, сводившейся к перебрасыванию вот такими с виду совершенно глупыми фразами, не ведал никто, кроме самих Локи и Алуры. Однако оба бога всякую свободную минуту посвящали этой игре. Стефания как-то раз пыталась разобраться в правилах, но после объяснения «когда ты говоришь, что три цветка на северо-востоке, то имеешь в виду, что семь карт рубашкой вниз на рашпиле, что, в свою очередь, означает законный шах двумя шашками на мраморной доске» поняла, что никогда не сможет уразуметь не только правила, но и даже смысл этой игры. И тем не менее Алура и Локи были столь ею увлечены, что временами казалось, что их ничто более не интересовало. Ничто, кроме других игр, среди которых оба превыше всего ценили кости. И могли резаться в них так же долго, как и перебрасываться глупыми фразочками.

Кроме развлечения, насколько знала Стефания, у этой игры Локи и Алуры была одна польза — когда им требовалось что-то сказать друг другу так, чтоб никто не понял, они начинали перебрасываться совершенно бессмысленными для посторонних репликами, но сами прекрасно друг друга понимали. Потому и не уверена была Стефания, что в данный момент они играли. С таким же успехом они могли обсуждать и дела межклановых отношений, и поступки Стефании, и даже материть Отци. Все могло быть, а спрашивать было бесполезно — вряд ли Алура или Локи согласятся объяснить хоть что-то.