Война в небесах - Зинделл Дэвид - Страница 195

— Мэллори! — вскричал он своим громовым голосом. — Мне сказали, что ты вернулся, но я не хотел верить, пока не увижу тебя своими глазами.

Данло спустился с алтаря ему навстречу. Бардо на миг остановился и посмотрел на него как-то странно, но тут же, рыдая, припал к нему, потрясенный и торжествующий, и стал молотить Данло по спине в приливе радости. Многие стоящие поблизости, видя это, тоже прослезились. Столь бурные изъявления восторга могли бы поломать ребра менее крепкому человеку, но Данло носил то же самое алалойское тело, которое на памяти Бардо принадлежало Мэллори Рингессу.

— Паренек! — твердил Бардо, позабыв об этикете. Это было дружеское прозвище, которым он называл Мэллори Рингесса, а потом и Данло. — Я думал, ты уже умер, ей-богу!

Но Мэллори Рингесс, как видели все, был живехонек, и то, как приветствовал его Бардо, убедило даже самых заядлых скептиков, что перед ними действительно прославленный Главный Пилот, доказавший Великую Теорему и вернувшийся в Невернес, овладев тайнами богов. Именно в этот кульминационный момент возвратился наконец Кийоши Темек, сопровождаемый Малаклипсом и седовласым человеком преклонного возраста. Данло узнал в нем Дагейма Редсмита, Мастера-Архивариуса и мастер-пилота, который когда-то пытался достичь внешнего ядра галактики за Морбио Инфериоре — очень давно, еще до Ричардесса и Леопольда Соли.

Теперь мастер Дагейм, страдающий сухоткой и трясучкой, предоставлял водить легкие корабли более молодым пилотам, ограничиваясь ведением летописи их достижений — и идентификацией их черных колец.

— Мастер Дагейм! — Бардо разомкнул объятия, глядя на ковыляющего к алтарю старца. Он не мог не заметить, что Сурья Лал, лорд Палл и многие другие ждут приближения Архивариуса со страхом, как если бы тот был носителем чумы. — Рад видеть вас снова — я знаю, как вам тяжело выбираться в город.

Бардо низко поклонился старику, и другие последовали его примеру. Все присутствующие здесь пилоты знали мастера Дагейма, а он знал их всех. Старый мастер с трудом поклонился лорду Сальмалину, Чиро Далибару, Кристоблю Смелому, обменялся поклонами с Данло — и выпрямился, молча глядя на него. Весь собор затаил дыхание.

После долгой паузы старик улыбнулся и заговорил, произнося слова старинного ритуала: — Лорд Мэллори Рингесс, удачен ли был твой путь? Тебя не было семнадцать лет и триста сорок восемь дней. О каких чудесах поведаешь ты мне, возвратившись?

Услышав это, пятьсот человек взревели разом — только Бардо смотрел то на мастера Дагейма, то на Данло, ничего не понимая. Божок, стоящий у него за плечом, объяснил ему, зачем посылали за Мастером-Архивариусом, и Бардо повернулся к своей кузине Сурье Лал с черно-лиловым от гнева лицом.

— Сурья! — прогремел он с такой яростью, что стоящие рядом шарахнулись в стороны. — Это Мэллори — и ты поняла это сразу, как только его увидела!

Сурья, сообразив, что контроль над Путем Рингесса ей захватить не удастся, пристыженно потупилась.

— Да, он Мэллори Рингесс, — подтвердил мастер Дагейм, подняв черное кольцо над головой так, чтобы видели все. — А это его кольцо. Оно сделано в восемьдесят восьмой день ложной зимы 2929 года и дано Мэллори Рингессу при его посвящении в Зале Пилотов.

С этими словами он протянул кольцо Данло и удовлетворенно улыбнулся, когда тот снова надел его на палец.

— Мэллори Рингесс! — вскричали разом сотни голосов. — Мэллори Рингесс! Лорд Мэллори ви Соли Рингесс!

Выждав, когда шум немного утихнет, Бардо снова обратился к Сурье, содействовавшей его смещению и всемерно раздувавшей войну.

— Сурья Лал! Ты предала не только меня, но и каждого из стоящих здесь бедных божков. За это тебя следует вывести из этого прекрасного здания, которое ты помогала разрушать, и…

— Бардо! — Голос, еще более мощный, прокатился по собору от стены к стене. Данло помолчал, устремив взгляд на своего друга, и заговорил снова: — Бардо, ты отважно сражался и привел пилотов Содружества к победе. Мы все воздаем тебе честь за это, но решать судьбу Сурьи Лал надлежит не тебе.

Весь собор вскричал разом, соглашаясь с Данло, и из нефа на улицу понеслось:

— Лорд Мэллори! Глава Ордена! Владыка Света! Светоч Пути Рингесса!

Бардо улыбнулся и сказал с низким поклоном:

— Верно, Мэллори, верно. Глава Ордена — ты, а не я.

Данло вернул ему поклон и сказал Сурье:

— Сурья Сурата Лал, вы были рождены принцессой Летнего Мира и теперь снова вернетесь туда. Бардо приготовит для вас корабль.

Бардо опять поклонился, а Сурья сверкнула глазами и скрипнула зубами, но ни словом не опротестовала приговор, обрекающий ее на изгнание.

— Бывшие воины-поэты, помогавшие Хануману в терроре и пытках, тоже вернутся в свой родной мир.

Солнце поднималось все выше, заливая собор золотым светом, а Данло стоял, как бог, среди людей Невернеса и делал все от него зависящее, чтобы восстановить в городе мир.

Наконец очередь дошла и до лорда Палла, молча глядевшего на Данло своими розовыми альбиносскими глазами. Если он даже подозревал, кто такой Мэллори Рингесс на самом деле, то ничем этого не обнаруживал. Мертвенно-бледное, с обвисшей кожей лицо делало его смертельно усталым и бесконечно старым.

— Лорд Палл, — сказал Данло, — я благодарю вас за то, что вы исполняли обязанности главы Ордена в мое отсутствие, но теперь у вас будет больше времени для размышлений о природе сознания и других столь же важных вещах. Вы будете жить на покое в своей башне, передав пост Главного Цефика своему преемнику.

Так Данло перед всеми академиками, хариджанами, кольценосцами и божками отправил лорда Одрика Палла в отставку и приговорил его к домашнему аресту в башне Цефиков. И лорд Палл, изможденный и пристыженный, закрыл глаза, признавая свое поражение. Лорд Вишну Сусо, явно желая возразить что-то против смещения своего главы и принципала, открыл было рот, но темный огонь в глазах Данло заставил его промолчать из страха самому быть разжалованным.

— Мэллори Рингесс! Мэллори Рингесс! Лорд Мэллори ви Соли Рингесс!

Однако лорд Сальмалин, при всем своем благоразумии, оставался великим пилотом, и мужества у него было куда больше, чем у лорда Сусо. Он смело посмотрел на Данло и начал: