Королевство теней - Эрскин Барбара - Страница 152

День стоял холодный, колючий ветер приносил соленое дыхание моря. За серым камнем стены дымились трубы города. Дым, приятно пахнущий горящими сосновыми и яблоневыми поленьями, поднимался и, развеиваясь, смешивался с рваными, клочковатыми облаками. Нейл засунул руки в карманы.

На миг двадцатый век напомнил о себе – поезд промчался по старому мосту к станции Берик... Но это было лишь мгновение, потом прошлое вновь захватило обоих.

– Как она переживала зиму? – тихо спросил Нейл, дотронувшись рукой до ледяных камней развалин замка.

Клер смотрела на противоположный берег реки. Там на гальке сидели несколько куликов, их черно-белые хохолки и красные клювы ярко выделялись на фоне занесенных илом камней.

– Сначала они собирались держать клетку только снаружи, – ответила она после паузы: иногда она могла вспоминать события прошлого, которых еще не видала, как будто ее память и память Изабель составляли единое целое. – Потом поняли, что она может умереть. Это их не устраивало. Она нужна была им живой. Поэтому, когда наступали сильные холода, клетку уносили внутрь – но из клетки ее никогда не выпускали.

– Сволочи. – Нейл поежился. – Она должна была быть очень храброй женщиной.

Клер улыбнулась.

– И была: ее никогда не видели плачущей. Она была шотландской дворянкой и никогда не позволяла кому-либо усомниться в этом. Когда приходила весна, клетку снова втаскивали на стену и весь народ собирался поглазеть, как она протянула зиму и поиздеваться над ней.

Нейл нахмурился.

– Ты думаешь, ее призрак посещает этот замок?

Клер посмотрела на высокие стены. Какое-то время молчала, потом пожала плечами.

– Не знаю. Возможно. Я бы на ее месте посещала.

Про себя Нейл согласился с этим.

– От замка остались одни развалины. Слушай, пойдем в гостиницу?

Клер все еще смотрела на стену.

– Я хочу сперва подняться туда. Там есть башня, угловая...

– Клер, она не той эпохи – старый замок разрушен.

Она покачала головой.

– Кое-что тогда было... эта высокая стена вдоль реки... башня, которую мы видели со станции. Они были в ее эпоху, Нейл. – Она взглянула ему в глаза. – Ты все еще хочешь, чтобы я это сделала? Медитировала на этом самом месте, призвала ее в Берик? – Ее голос сорвался, и Нейл помрачнел. Ему не понравились истерические нотки, которые он в нем расслышал.

Он покачал головой.

– Я хочу, чтобы ты сделала то, что советовал Зак, но не здесь и не сейчас, а в гостинице, вечером. Надо попытаться отпустить, отослать ее в прошлое. Ты теперь побывала в Берике, осмотрела замок, увидела, где все это происходило: ужасная, трагическая, романтическая история, но просто история – из прошлого. Ничего завязанного конкретно на твоей судьбе. Зак думает, и я с ним согласен, что здесь твои кошмары прекратятся... Столкнувшись с твоей решимостью, Изабель оставит тебя в покое.

– Особенно, когда история ее жизни почти закончена, – печально сказала она. – Надеюсь, что ты прав.

– Я прав. – Он снова обнял ее за плечи. – Увидишь. Ты вернешь бедную Изабель в тот мир, которому она принадлежит – в страну теней и снов – и тогда сможешь снова жить собственной жизнью.

Джеффри зажег лампады и, закрыв за собой дверь ризницы, медленно пошел к алтарю. Церковь была погружена во тьму. Он чувствовал запах хризантем и маргариток Михайлова дня, смешанный с ароматом лилий, экзотических привозных роз и георгин, расставленных вокруг кафедры и по обеим сторонам алтаря. Сегодня здесь праздновалась свадьба и церковь была в роскошном убранстве. Он улыбнулся – завтра день Святого Андрея, и церковь должна выглядеть достойно. Он задумчиво подошел к своему привычному месту за хорами и сел. Белые опоры времен Регентства терялись во мраке, не видно было ни галереи, ни органа в дальнем конце церкви, просто ощущались легкость и простор, которые Джеффри очень любил. Хлоя огорчалась, что в округе нет средневековой церкви – другой храм в его приходе был викторианский, а третий – современной архитектуры. Он пока не рассказывал жене о намеке епископа, что если он обратится с просьбой о некой должности при соборе в западном округе, то его, вероятно, туда пригласят. Он еще не принял решения.

Хлоя, конечно, права. Клер его разыгрывала. Все это неправда – про сатанизм и колдовство. Она дразнила его, он и раньше это понимал. Она всегда подшучивала над ним. Он не сердился. Он очень любил Клер и знал, что иногда бывает слишком серьезен – возможно, в глазах невестки он выгладел занудой, и это его огорчало... Почему? Почему он ей поверил? Он же опытный пастор, он чувствовал ее растерянность и отчаяние, они были вполне реальны, Нет, конечно, она по-прежнему нуждается в его помощи. Он искренне говорил о причастии для нее. Поможет ли это? Неизвестно.

Его мысли вернулись к Полу: его брат – подлец. Но что с этим поделать? И как быть с Клер? Как найти лучший выход для них обоих?

Он откинулся назад, закрыл глаза, чтобы благословенный покой церкви окутал его и утешил. Он любил сидеть по ночам, во мраке, когда шум дорожного движения снаружи затихал. Жаль, что в это время прихожане не ходят больше в церковь помолиться, что он вынужден запирать дверь от воров и хулиганов. Если бы они могли разделить этот покой, потрясающее ощущение близкой связи с Господом, которое рождается в такой тишине... Медленно и тяжело он соскользнул со скамьи и, преклонив колена на гобеленовой подушечке, стал молиться.

Был канун Святого Андрея. Прихожая в гостинице была увешана флагами и Клер с любопытством разглядывала их, пока Нейл расписывался в регистрационной книге и получал ключ от комнаты. На сей раз с ними не было собаки – Каста осталась в Данкерне с Джеком.

– Вечером будет праздник, – заметил Нейл. – Дежурный сказал, что нас может слегка потревожить шум, но ведь и мы тоже приглашены. Извини, я забыл, какое сегодня число.

Клер внезапно рассмеялась.

– О Нейл! Архитипический шотландец – и не подумал о празднике Святого Андрея[12]! – Ее нервы были на пределе, и смех вышел почти истерическим.

Он мягко улыбнулся.

– Мы не в Шотландии, Клер. Берик сейчас у англичан. Помнишь?

Она сразу посерьезнела.

– Да. Конечно. Как я могла забыть? Я не должна сегодня чувствовать праздник, верно?

Он посмотрел на нее и покачал головой.

– Сегодня нет.

Комната была маленькая, с белыми стенами, гардеробом, узкой двуспальной кроватью и большим, с тремя зеркалами, туалетным столиком возле окна. Среди всей этой мебели теснились два кресла. Через открытую угловую дверь видна была ванна со стопкой белоснежных полотенец. Рядом, на низком столе, стояли чайник и поднос с чашками, блюдцами и пакетиками чая, кофе, сахара и сухого молока. Еще была ваза с двумя запакованными вафельными бисквитами, двумя яблоками и двумя апельсинами.

Нейл улыбнулся ей.

– Кажется, пира не миновать? Что поделаешь!

Клер стояла оглядываясь.

– Прекрасно…

Она подошла к окну, открыла его и взглянула на реку. Нейл встал рядом. Они могли различать лишь очертания Комендантской башни за голыми деревьями. Нейл обнял Клер за плечи.

– Ты не передумала? Может, сначала сходим пообедать?

Ее тело было напряженным и совсем не отзывалось на его прикосновения. Она покачала головой.

– Я хочу сделать это сейчас. Немедленно.

Теперь, когда момент настал, Нейл чувствовал, что ему не по себе.

– Разве для этого не нужна ночная тьма или что-то подобное?

Она горько усмехнулась.

– Это не зависит от темноты, времени суток и вообще ни от чего.

– А ты уверена, что сможешь сделать это при мне?

Она пожала длечами.

– Не знаю. Я привезла свечу... – Ее голос задрожал. – Мне нужно, чтобы ты был здесь, Нейл. Ты меня не оставишь?

– Конечно, не оставлю. – Он взял ее за руку. – Клер, если не хочешь…

– Как ты не понимаешь? Она будет мучить меня до конца моих дней, если я не остановлю ее… не отошлю... не сделаю чего угодно, чтобы избавиться от нее! – Голос Клер зазвенел от отчаяния. Она резко отстранилась и села на край постели. Ее тело стало холодным, закрытым для любых эмоций, кроме переживаний женщины из прошлого.