Королевство теней - Эрскин Барбара - Страница 96

Клер стояла неподвижно, глядя ей в след, как вдруг Каста выскользнула из комнаты и бросилась по коридору, поджав хвост.

– Каста! – отчаянно закричала Клер. – Вернись!

Собака распахнула неплотно прикрытую дверь на улицу и выбежала наружу. Босиком, запахнувшись в халат, Клер выскочила за ней.

Асфальт автостоянки был холодным и грубым, а ветер ледяным. Жестоко дрожа, Клер снова и снова звала, пробираясь между припаркованными автомобилями, но собака исчезла в темноте ночи. Нигде в отеле не было света, и она понятия не имела, сколько сейчас времени. Клер сделала несколько шагов вперед, слепо вглядываясь во мрак, и вдруг почувствовала, как что-то мохнатое ткнулось ей в руку.

– Каста! – Она опустилась на колени и обняла собаку, зарывшись лицом в шерсть. – Они ушли. Они ушли, милая. Они ушли. Больше нечего бояться. – По ее лицу текли слезы.

Вернувшись в отель, Клер почувствовала, как в ее комнате жарко и душно. Она не понимала, как совсем недавно могла здесь мерзнуть и открыла окно. Клер напряженно оглядела комнату, на какой-то ужасный момент почти ожидая увидеть в углу фигуры графа и его жены, но они действительно исчезли. Каста бы не вернулась, если бы незваные гости были здесь. Клер заперла дверь и легла в постель. Собака радостно вскочила к ней и улеглась рядом.

– Что мне делать, Каста? – прошептала Клер. Она чувствовала, как из окна веет ночной воздух, и в комнате становится прохладнее. – Я не хочу, чтобы это происходило. Она преследует меня.

Клер лежала, прижимая к себе собаку, и пыталась уснуть, но только когда первые бледные лучи начали рисовать на фоне неба черные силуэты опавших кленов вдоль дороги, она забылась тяжелым сном.

Она проснулась в десять, позавтракала, и снова пустилась в путь. На сей раз бутылочка с колдовским маслом была у нее в кармане.

Каста примостилась на заднем сиденье, прикрыв глаза и постукивая хвостом по черной коже обивки.

Не было нужды спешить: у нее в запасе весь день – или вся неделя. Постепенно вчерашнее радостное настроение возвращалось. Возможно, она несколько дней пробудет в Эдинбурге, прежде чем решит, куда ехать.

Пол и Лондон остались далеко позади. Никто не знал, где она. Никто, за исключением Изабель. Клер нахмурилась, ее рука скользнула в карман, пальцы сомкнулись вокруг бутылочки. Перед отъездом она смазала маслом лоб, руки, и грудь в области сердца, как учил ее Зак. У жидкости был густой, экзотический запах, как у дорогих, но несколько грубоватых духов. Странно, но Касте, которая ненавидела все искусственные запахи, этот, казалось, нравился. Она тщательно обнюхала и лизнула руку Клер. Та взглянула на собаку.

– Думаешь, это их прогонит? – шепотом спросила она. – Это особое масло, оно защитит нас... – И с нежностью перекрестила собаку.

Клер остановила машину у Картер Бар и взобралась на вершину холма. Она стояла, закинув руки за голову, оглядывала бурую холмистую равнину вокруг, дьппала чистьщ холодным воздухом, и вдруг почувствовала себя невероятно счастливой, Сердце ее пело – она вернулась домой.

Неподалеку затормозил автобус с туристами. Они высыпали наружу и облепили линию границы: каждый стремился сфотографироваться в позе «одна нога в Англии, другая в Шотландии». Клер какое-то время развлекалась, разглядывая их, поджидая Касту, которая убежала к небольшому лесочку у дороги, видимо, почуяв кролика.

Граница. Она растянулась на мили через эти пустынные холмы, изредка отмеченная указательными знаками или высокими камнями. Сколько народу полегло в битвах по обе стороны этой мистической черты? Эта мысль заставила Клер вздрогнуть, и она направилась к машине.

В Эдинбурге Клер остановилась на ленч, оставив разочарованную Касту дожидаться в автомобиле, затем поехала дальше. Дороги в Эдинбурге были переполнены, и, устав после долгой поездки, она направила машину вдоль Куинсферри Роуд по направлению к Форт-Бридж.

Вода в устье реки белела пеной, завиваемая ветром в барашки, и, пока Клер ждала очереди у моста, чтобы уплатить въездную пошлину, она наблюдала за парусной яхтой, что проплывала по Куинсферри, круто кренясь и разрезая носом темно-зеленую воду под двойным мостом. Она уплатила пошлину, и медленно покатила по автомобильному мосту, с содроганием оглядываясь на восток, где виднелись высокие трубы и огни Мосморрана. И это же самое хотели сделать с Данкерном? Убить красоту и покой этого тихого доселе графства!.. Она вспомнила солнечный Данкерн своего детства, и в ней созрело решение: надо ехать в Эрдли. Может, хоть там она будет в безопасности от Пола.

Эмма сидела на постели, гладя, как укладывает вещи Питер.

– Может, я все-таки могу поехать с тобой? – жалобно спросила она.

Питер взял стопку рубашек и сунул их в чемодан.

– Мы уже десятки раз проходили через это, Эм. Если ты хочешь поехать со мной, то должна хорошо обдумать это решение. Ты не можешь действовать под влиянием минутного порыва, и прекрасно знаешь это. Наша дочь и твоя галерея требуют присмотра. – Он сложил белые фланелевые брюки и направился к шкафу. – И я не собираюсь задерживаться надолго.

– Знаю. – Она нервно встала и подошла к туалетному столику.

– Отлично. Так в чем же дело? – Он взглянул на нее. – Это не похоже на тебя – так быстро менять решения. Я надеялся, что ты слишком занята, чтобы скучать по мне.

– Конечно, я занята. – Она дожала плечами. – Но я скучаю по тебе.

Питер положил пиджак, который держал. Мгновение он колебался, затем подошел к ней и нежно обнял.

– Вот что я тебе скажу. В следующий раз – после того, как я закончу это дело – мы тщательно подготовим наш отъезд. Отправим Джулию погостить у Джеффри с Хлоей, найдем тебе замену в галерее, и сможем провести недельку-другую в каком-нибудь тихом прекрасном месте. Может быть, поедем в Пенанг, или даже в Австралию. Как тебе это нравится?

Эмма фыркнула:

– Как любая отговорка. Всегда – в следующий раз! И никогда в этот.

– Эмма! – Питер в раздражении отвернулся. – Ну, тебя убедить? Когда я прошу тебя ехать, ты не хочешь. Когда говорю, что сейчас тебе ехать нельзя, ты обижаешься.

– Я не обижаюсь.

– Но так это выгладит. Послушай, я должен делать свою работу! Я ее люблю, хорошо в ней разбираюсь, и не собираюсь ее менять, поэтому тебе лучше с этим смириться. Бог свидетель, у тебя было предостаточно времени, чтобы узнать, чем я занимаюсь. Поехать или не поехать! Принять решение заранее, а не оставлять его почти до самого отлета самолета! – Он бросил взгляд на часы. – Может, вы с ней хотите поехать со мной до Гэтвика? Мы бы поедали по дороге...

Эмма покачала толовой:

– Ты же знаешь, я не люблю смотреть, как ты улетаешь.

Питер вздохнул. Захлопнул чемодан и запер его на ключ.

– О'кей. Ладно, я сделаю все, что могу. В следующий раз полетим вместе, а сейчас ты просто пережди пару недель и все. Кроме того, я думаю, вы с Хлоей чудесно проведете время, устраивая жизнь Клер. У вас будет чем заняться.

Он говорил с фальшивой покровительственной интонацией, и Эмма устало нахмурилась.

– Питер...

– Вы ее уже нашли? Или твой брат держит ее под замком? – Питер улыбнулся. – Согласись, что такое возможно. Из всего, рассказанного тобой Генри, следует, что ты считаешь, будто Пол на это способен. Не то, чтобы я особенно его обвинял... – Он наклонился и поцеловал Эмму в макушку. – Но если я скажу, что тебе не следует в это вмешиваться, ты согласишься со мной? Уверен, что нет.

Эмма молча покачала головой.

– Ну, тогда будь осторожна. До встречи... – Он вдруг пристально посмотрел на нее. – И никаких общений с богатыми американскими нефтяными магнатами, пока я в отъезде, о'кей? – Он снова улыбнулся ей, Помялся. – Ну, я пойду.

Эмма смотрела, как он выносит из спальни чемодан. Слушала, как он со стуком стаскивает его по узкой лестнице. Ее блуждающий взгляд упал на записную книжку у телефона. Утром уборщица записала там: «Пожалуйста, позвоните Рексу Каммину, как только сможете».