Моя дорогая Кэролайн (Мой нежный граф) - Эшуорт (Эшворт) Адель - Страница 27

— Я думаю, она еще не спит, Брент. Пойди и спроси ее, куда она ходит по утрам.

Шарлотта убрала руку и, вглядевшись в его профиль, поняла, что он не собирается отвечать. Она подхватила юбки и вернулась в дом.

Глава 17

Гвендолин ушла, оставив Кэролайн одну. Она сидела за туалетным столиком в лиловом шелковом халате и задумчиво расчесывала волосы.

Вечер открыл ей глаза на многое. Только сейчас Кэролайн поняла, что ее сестры Джейн и Шарлотта не очень-то счастливы. Их мужья, будучи благовоспитанными джентльменами, смотрят на них с унизительной снисходительностью. Они просто не умеют вести себя по-другому.

Но позиция отца удивила ее больше всего. Он совершенно спокойно воспринял известие о том, что она заведует финансами в Мирамонте, и ничего не сказал по этому поводу. Такая реакция была не в его характере.

Наконец Кэролайн поняла, как ей повезло с мужем. Брент относился к жене как к равной, понимал ее устремления и в то же время заставлял дрожать ее от желания всякий раз, когда она ловила на себе его взгляд или чувствовала его прикосновение.

Положив расческу на туалетный столик, Кэролайн медленно встала и подошла к кровати, где лежала ее ночная рубашка. Нагнувшись, чтобы развязать пояс, она услышала, как Брент открывает дверь. Он вошел запросто, без стука.

Она хотела было укорить мужа, но что-то ее остановило.

— Как же я был глуп, Кэролайн, — тихо сказал он,

остановившись у двери.

Он успел снять жилет, расстегнуть рубашку и закатать манжеты. Кэролайн смотрела на него, и с каждой секундой ее волнение росло.

— Что случилось? — спросила она. — О чем ты говоришь?

Скривив губы в усмешке и сузив глаза, Брент начал медленно подступать к жене.

— Я только что побеседовал с Шарлоттой.

— Вы разговаривали? — поразилась Кэролайн.

Он вплотную подошел к ней, и она наверняка отступила бы назад, если бы не его странное заявление. Он покачал головой.

— Я не хотел этого разговора, но теперь мне многое стало понятно, милая.

Он взял ее за подбородок, заставив посмотреть в его ледяные, наполненные гневом глаза, и понизил голос до шепота:

— Она оскорбила нас обоих, спросив у меня, куда ты ходишь по утрам, и я не смог ей ответить — просто потому, что я этого не знаю.

— Брент…

— Но я прекрасно тебя понимаю, Кэролайн. Ты не хочешь заниматься любовью с человеком, за которого вышла замуж, и тебе приходится искать этого на стороне.

Кэролайн онемела.

Брент резко опустил руку и закрыл глаза.

— Кто твой любовник? — размеренно спросил он, подперев руками бока. Потрясение в душе Кэролайн сменилось негодованием.

— У меня нет любовника! — почти выкрикнула она.

— Не ври, Кэролайн. Я знаю, у тебя и раньше были мужчины. Ты сама сказала, что не может быть и речи о твоем целомудрии. — Он открыл глаза и взглянул на нее с уничтожающей улыбкой. — Как сказала Шарлотта, все знают, что ты каждый день уходишь из дома на несколько часов, и я хочу знать, с кем ты развлекаешься. Ты познакомилась с ним здесь, в Мирамонте, или это продолжение давнего романа?

Она стояла ни жива ни мертва. Щеки ее пылали, сердце бешено колотилось. Интересно, с чего вдруг ему в голову пришла такая нелепость? Ах да, Шарлотта видела, как она уходила из дома, и сообщила об этом Бренту. Похоже, ничего не остается, как сказать правду. Неужели он способен отнять у нее единственную радость?

Она неуверенно начала:

— Да, по утрам я ухожу из дома, но ты не понимаешь… Он презрительно покачал головой.

— Я все понимаю, Кэролайн. Мне уже доводилось видеть такое. Все женщины лживы. На своем веку я ни разу не встретил честную женщину. Ты отвечаешь на мои поцелуи и льнешь ко мне, а потом уходишь и отдаешься другому. — Он сжал губы. — Какой же я был слепец! Ты уже несколько месяцев водишь меня за нос, только сейчас мне пришлось узнать об истинных причинах, твоего равнодушия.

Кэролайн была вне себя. Почему он нападает на нее с обвинениями, не разобравшись что к чему?

— Я отказываюсь обсуждать с тобой что бы то ни было в таком тоне. Ты орешь и не хочешь меня слушать. Это смешно. Будет лучше, если ты уйдешь.

Она отвернулась, но Брент схватил ее за руку и рванул на себя. Кэролайн хотела что-то сказать, но слова застряли в горле, когда она увидела его гранитно-каменное лицо, страшный взгляд его суженных глаз.

— Да, я был смешным, Кэролайн, потому что я тебе верил. Я думал, мы можем быть вместе — всегда, потому что ты мне идеально подходишь. Мне казалось, мы уже многое преодолели.

Он отпустил ее руку, и она отступила на шаг, пораженная этим признанием.

— У меня было чувство к тебе, Кэролайн. С того дня, как мы поженились. Я человек, как и ты. У меня есть, в конце концов, мечты и надежды, которые так легко разбить. Я научился защищаться, скрывая чувства и мысли. Тебе кажется это странным?

Она не могла ничего сказать и даже дышала с трудом. Зеленые глаза Брента горели огнем.

— Я хотел любить тебя, Кэролайн! Я хотел пробудить в тебе страсть. Я хотел обнимать тебя каждую ночь и спать, держа тебя в объятиях. Я хотел, чтобы ты узнала мои самые потаенные чувства и поняла, что я тебе нужен — так же, как и ты мне. За все четыре месяца, что ты считаешься моей женой, ты никогда не принимала в расчет мои желания, потому что думала только о себе!

Кэролайн молчала. У нее пересохло во рту, а сердце бешено колотилось. Брент медленно отступил назад, провел дрожащей рукой по лицу и повернулся к двери.

Задержавшись на пороге, он оглянулся. Его лицо выражало страдание.

— Двадцать пять лет я прожил с матерью, которая меня ненавидела. Ее брань слышится мне до сих пор. Я радовался, если она просто не обращала на меня внимания. Но только сейчас я почувствовал себя совершенно никчемным. Спасибо тебе за эти новые ощущения, Кэролайн. — Опустив глаза, он добавил: — Иди к своему любовнику. Я устал с тобой бороться.

Он вышел, захлопнув дверь.

Ошеломленная, Кэролайн несколько минут стояла неподвижно. Потом ее стала бить крупная дрожь. Она закрыла рот ладонью, чтобы не закричать, и на свинцовых ногах подошла к кровати.

Она не хотела причинять ему боль. Ей казалось, что она делает все, чтобы ему было хорошо. Но она не понимала его.

Брент прав. С самого первого дня их брака она вела себя слишком эгоистично. Она не уважала в нем мужчину, тем самым оскорбляя его и не считая нужным признать это даже перед самой собой.

Глядя в пол, Кэролайн зарыдала. Она вдруг осознала, чего ждала с момента своего приезда в Мирамонт. Похоже, что ее отношения с Брентом безнадежно испорчены. Теперь он не будет препятствовать ее отъезду. Перед ней расстилалась дорога к заветной мечте. Ничто не мешало ей с головой погрузиться в любимую ботанику.

Кэролайн решительно встала и, быстро подойдя к двери, взялась за холодную ручку.

Брент сидел на диване и смотрел в огонь, держа в руках полупустую рюмку с бренди. Он слышал, как она вошла, но не шелохнулся.

— По утрам я хожу в теплицу, — тихо призналась она и увидела, как он напрягся. — Я не хотела тебе говорить: боялась, что ты запретишь. До сих пор я считала, что это единственно ценная вещь в моей жизни.

Она начала медленно подступать к мужу.

— Но я ошибалась. Теперь я поняла, что никогда не буду счастлива без тебя. Ты самый смелый и умный человек на свете, — прошептала она, останавливаясь перед ним. — Прости меня.

С минуту помолчав, Брент судорожно вздохнул.

— Я не могу прыгнуть выше головы, Кэролайн, — хрипло сказал он. — Я просто не знаю, чего ты от меня хочешь.

В ее глазах стояли слезы.

— Я хочу, чтобы ты сделал меня своей женой, — тихо выдавила она.

Ей казалось, что время остановилось. Наконец он поднял голову и посмотрел на нее. Его глаза мерцали, как два Изумруда.

— Ты знаешь, чего я хочу, Кэролайн. Но если ты пришла сюда из жалости или из чувства долга, то у нас ничего не получится.