Горячая зола - Эдвардс Касси - Страница 52

– Мой внук, я доволен, что ты женишься, – сказал Длинные Волосы, с улыбкой глядя в глаза Соколиного Охотника. – Делай добро для своей женщины. Всегда обращайся с ней хорошо. С теми, кто старается быть хорошим, всегда обращаются хорошо. Позаботься о том, чтобы в будущем у тебя было много детей. Прошло уже много времени с тех пор, когда твой дед в последний раз держал в руках ребенка. Подари деду внука, прежде чем для него раскроются небеса, и он отправится к предкам на небо счастливым.

Мэгги положила руку на живот: сейчас больше, чем когда-либо она хотела быть беременной. Если не сейчас, то она постарается, чтобы это произошло как можно скорее. Не только ради себя и Соколиного Охотника, но и ради этого прекрасного старика.

Соколиный Охотник молча кивнул в знак благодарности своему деду. Мэгги наблюдала, как Длинные Волосы вернулся на свое место рядом с Тихим Голосом и перевела взгляд на молодую женщину. Все внутри у нее похолодело. Мэгги увидела ненависть в глубине ее карих глаз, которые неотрывно смотрели на Соколиного Охотника. Мэгги знала, что такая ненависть подобна открытой ране в сердце. Она может заставить Тихий Голос что угодно сделать из мести. Что угодно!

Мысли Мэгги были прерваны, когда Соколиный Охотник сошел с помоста и встал перед ней, протянув свои руки.

Ощущая слабость в ногах и сердцебиение, Мэгги встала и подошла к нему: их руки сомкнулись, их сердца сплелись.

Когда он начал произносить клятву, душа Мэгги просто таяла от счастья. Никогда она не слышала столь прекрасных слов во время брачных церемоний, на которых она присутствовала в Канзас-Сити. Эти слова не были написаны в книге, их не могли бы снова и снова использовать другие люди. Они шли из его сердца, из самых глубин души.

– С глубоким уважением я беру тебя себе в жены, Глаза Пантеры. Никогда тебя не оставлю. Я хочу жить в счастье с тобой, пока солнце движется по небу и звезды освещают темные небеса своим волшебным светом. Наш дом будет хорошим и надежным для наших детей. Я обещаю тебе, моя женщина, что с этого момента мы будем жить лишь вместе. Путь наш по земле будет ясным и ровным. Жизнь наша будет хорошей. Нас не будут преследовать болезни. Днем и ночью мы будем вместе, руки и сердца соединятся как одно тело, сердце и душа.

Он замолк в ожидании ответа. Глаза Мэгги наполнились счастливыми слезами, и она с радостью обратилась к нему со словами – чтобы все слышали.

– С глубоким уважением я беру тебя себе в мужья, Соколиный Охотник, – начала Мэгги, гордо подняв голову, глядя ему в глаза. – Никогда тебя не оставлю. Я обещаю оставаться чистой для тебя. Я хочу жить с тобой в счастье всегда и обещаю тебе дом, счастье и хорошее настроение. Я обещаю, что мое чрево будет согрето детьми много раз, чтобы семья наша множилась и делила с нами любовь, которую мы испытываем друг к другу. Днем и ночью я буду рядом, чтобы ты ни в чем не нуждался. Я возношу свой голос к небесам, говоря всеэто громко, чтобы небо, звезды, ветер и земля услышали меня, ибо все это – частичка нас, как и твой народ. Соколиный Охотник, слушай внимательно то, что я скажу. Я с гордостью становлюсь сегодня твоей женой, так как в тебе я нашла мир, любовь и счастье. Я нашла то, чего до тебя никогда не имела. Пусть наша жизнь с тобой будет долгой, Соколиный Охотник. Я счастлива, что нашла тебя.

Соколиный Охотник был так взволнован ее словами, что все наблюдавшие эту церемонию могли подумать, что барабанщики вернулись к своим барабанам – так сильно билось его сердце. Он смотрел на Мэгги и с новой силой ощущал на себе чары ее красоты, доброты и любви. Если кто и был счастлив в эту ночь, так это он!

Отбросив все мысли, Соколиный Охотник притянул Мэгги в свои объятия.

– Ты теперь моя жена, – прошептал он ей на ухо. – Во всех отношениях ты моя.

– Ты мой муж, – прошептала Мэгги, и слезы вновь полились у нее из глаз. Было трудно осознать реальность момента, что все это действительно произошло. – Ты меня сделал такой счастливой…

Пение возобновилось, и воздух вновь наполнился звуками барабанов. Соколиный Охотник взял Мэгги на руки и понес ее из людского окружения в свой дом.

Мэгги обняла его за шею и озорно улыбнулась.

– Может быть, ты предпочтешь продолжить празднование со всеми остальными?

Соколиный Охотник улыбнулся ей. Такого ответа ей было бы достаточно.

– Думаю, что нет, – ответил он.

Соколиный Охотник принес Мэгги в дом и аккуратно положил на кровать. Он склонился над ней и его пальцы начали медленно ее раздевать. Обнажив ее груди, он наклонился и поцеловал сначала одну, а затем другую, отчего с губ Мэгги слетел чувственный вздох. Она закрыла глаза, ощущая себя, как в огне.

Фрэнк Харпер ездил из деревни в деревню, наблюдая издали. Когда много шайенов отправилось куда-то из деревни, им овладело любопытство, и он последовал за ними – тем более, что согласно его наблюдениям, никакая белая женщина среди них не жила. Он оставался сзади на достаточном расстоянии, чтобы его не заметили. Когда же он понял, что они направлялись в деревню арапахо, он устроился на холме достаточно близко от деревни, чтобы можно было понаблюдать и понять, что это было за празднование.

Когда появилась Мэгги, одетая в индейскую одежду, Фрэнк чуть было не упал в обморок от удивления. Он с любопытством пронаблюдал все, что там происходило, весь день до позднего вечера и не спускал с Мэгги глаз до того момента, когда увидел, как ее уносит на руках воин арапахо.

– Будь я проклят, – сказал он, почесывая бровь, – кажется, она только что вышла замуж за индейца.

Его мысли сконцентрировались на деньгах. Он спрашивал себя, где они были и как их могли использовать, поскольку он все еще не напал на их след.

Он чувствовал, что должен двигаться быстро, но не забывал об осторожности. Если его схватят крадущимся возле деревни, и Мэгги объяснит, что он самый заклятый враг, он не проживет достаточно долго, чтобы суметь потратить проклятые деньги.

Он расстелил свои одеяла и растянулся под ними весь дрожа. Он не мог развести огонь так близко от деревни. Он знал, – по всей вероятности, ему предстоит в течение нескольких дней обходиться без огня и свежей пищи. Он должен найти способ добраться до денег, не заходя в деревню. Он подождет до тех пор, пока не найдет одну из индианок. Они часто бродят по лесу, собирая травы и что-то там еще. Под страхом смерти он заставит индианку работать на себя.

Усмехнувшись, он натянул еще одно одеяло и обхватил себя руками.

– По крайней мере я наконец-таки нашел эту сучку, – прошептал он. – Наслаждайся своим маленьким любовным гнездышком, Мэгги. Твоя супружеская жизнь будет короткой.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Соколиный Охотник какое-то время держал Мэгги в своих объятиях, наслаждаясь спокойными минутами их любви. Затем он склонился над ней, стоя на коленях и начал нежно целовать ее губы, медленно двигаясь рукой вниз по телу, пальцами ощущая шелковистость ее тела. Он осторожно провел языком по ее губам, затем его рот соскользнул ниже к одной груди и обхватил губами упругий сосок. По ней пробегали трепетные волны – Мэгги пребывала в состоянии эйфории.

Мэгги почувствовала голод Соколиного Охотника. Его губы снова вернулись к ней и поцелуи стали более жесткими и настойчивыми. Теперь он прикрывал ее всем своим телом, разыскивая ее, и она быстро для него раскрылась.

Одно движение, и он уже вошел глубоко в ее кокон любви, наполнив ее приятными ощущениями. Его пальцы, губы , тело – все было в движении.

Она с радостью принимала то, что он предлагал. Ее руки скользили по его телу, снова восхищаясь гладкостью его медной кожи и ощущая силу и красоту его мускулов, проводя пальцами по его плечам, спине и рукам.

Соколиный Охотник зарыл свое лицо у нее на груди, обхватив руками ягодицы. Удерживая ее на месте, он замедлил свои движения. У него было ощущение, что он плывет, или как будто его унесло куда-то ввысь к облакам, и он парит в синеве с могучим орлом.