Горячая зола - Эдвардс Касси - Страница 56

Соколиный Охотник почувствовал, что ему трудно дышать. Он подумал, что услышанное им, конечно же, неправда, и одновременно надеялся, что правда.

Его мать жива.

Затем в его глазах поплыли круги от сознания того, в какой лагерь она забрела. Уте. Вечный враг арапахо.

Внезапно в голову ему пришла мысль, что, возможно, она была просто захвачена в плен.

– Скажи мне, где находится этот лагерь и сколько там уте, – сказал Соколиный Охотник с шипением в голосе.

У Мэгги все внутри похолодело от страха, что ее муж может скоро стать воюющим вождем, и что она может его потерять во время этих событий! Ее жизнь может так быстро измениться! Она не могла представить себе свое будущее без этого преданного ей всем сердцем мужчины!

В страхе она обратила к нему свой взволнованный взгляд.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

– Я вижу гнев в твоих глазах и слышу его в твоем голосе, – сказал Коричневая Антилопа, убрав руку с плеча Соколиного Охотника. – Я многого не понимаю из того, как твоя мать оказалась в лагере уте. Расскажи мне об этом.

– Когда отец умер несколько лун назад, моя мать исчезла, – сказал Соколиный Охотник, призвав на помощь всю силу воли, чтобы сразу же не ускакать и не забрать мать от тех, кто никогда не был дружественно настроен к арапахо. Но он знал, что сначала нужно вознаградить своих друзей шайенов за то, что они принесли ему это известие. Они выкурят с ним священную трубку и разделят с ним его пищу.

Затем он отправится за своей матерью!

– Я так понимаю, что она ушла? – недоумевающе произнес Коричневая Антилопа. – Именно поэтому она сейчас в лагере уте?

– Вначале я думал, что так оно и было, – сказал Соколиный Охотник, просто сходя с ума от того, что не предполагал чего-нибудь более худшего. – Сейчас я чувствую, что, возможно, уте захватили ее в плен.

– Она не ведет себя как пленница или рабыня, – сказал Коричневая Антилопа, пожимая плечами. – Она общалась с уте так, как будто была одной из них. Когда она не разносила гостям еду, поскольку в тот момент этим занимались другие женщины, она сидела среди женщин своего возраста и со счастливым видом шила и болтала.

– Она… счастлива? – сказал Соколиный Охотник низким размеренным голосом. Он был озадачен тем, как могла мать жить с уте в дружбе так, будто она была одна из них, когда всю ее жизнь происходили ужасные войны между арапахо и уте.

– По всей видимости, она счастлива, – сказал Коричневая Антилопа, искоса глядя в глаза Соколиного Охотника. – Хотя она и арапахо. Почему так произошло, Соколиный Охотник?

Не имея ответа, Соколиный Охотник быстро отвел взгляд от Коричневой Антилопы. Он никогда не испытывал такого смущения, и ему тяжело было согласиться с тем, что его мать была счастлива с уте.

Все-таки самое главное для него было то, что его мать жива!

Она жива!

И очень скоро он за ней отправится.

Он вновь посмотрел на Коричневую Антилопу.

– Пойдемте. Пойдемте со мной и моей женой в мою деревню, – сказал он, стараясь, чтобы его внутренняя борьба не была заметна для других. Он испытывал страстное желание прокричать небесам о своих чувствах, просто переполнявших его!

Он крепче обнял Мэгги за талию, почти совершенно забыв, что она стоит рядом с ним. С момента прихода шайенов она не произнесла ни слова.

Он понял, что она была так же смущена, как и он. И, конечно же, радовалась за него, узнав, что его мать жива и скоро будет здесь. Тогда они смогут познакомиться друг с другом, как это принято между матерями и невестками.

– Прежде чем отправиться в путь к дому, неплохо отдохнуть и раскурить трубку, – сказал Коричневая Антилопа, кивнув головой. – Соколиный Охотник, если ты пожелаешь, эти воины шайены присоединятся к тебе, когда ты отправишься на переговоры с уте о возвращении твоей матери домой. Уте не являются нашими врагами, как когда-то раньше, но, возможно, они все еще враги арапахо. Наша беседа будет спокойной и дружелюбной.

Соколиный Охотник какое-то время обдумывал предложение, высказанное от чистого сердца.

– С большой признательностью этот вождь принимает ваше предложение, – сказал он, пожав руку Коричневой Антилопе.

После рукопожатия, Соколиный Охотник пошел вперед, а Коричневая Антилопа ехал верхом рядом. Остальные шайены надлежащим порядком следовали за ними.

Мэгги стало намного спокойнее. Теперь она могла спокойно дышать и думать о том, что предстоит ее мужу. Совершенно ясно, что все может быть улажено без войны. Если с Соколиным Охотником в лагерь уте отправляются шайены, то можно быть уверенным, что переговоры пройдут мирно и не будет скрытой угрозы в каждом произнесенном слове.

Мэгги быстро взглянула на Соколиного Охотника.

– Могу я поехать с тобой? – спросила она, не тратя времени на размышления о правильности своего предложения сопровождать Соколиного Охотника. Это решение пришло ей в голову как-то сразу. Она чувствовала, что нужна ему потому, что он слишком смущен действиями своей матери.

И, если Мэгги предстояло стать арапахо в мыслях и поступках, то поездка с мужем в лагерь другой индейской общины могла стать для нее ценным уроком. Она больше не боялась оставлять Небесные Глаза. Были две чудесные женщины, которые любили ребенка – Женщина Нитка и Многодетная Жена. За время ее отсутствия ребенок не лишится любви и заботы.

Соколиный Охотник был поражен просьбой Мэгги. Он посмотрел ей в глаза, тронутый до глубины души тем, что она готова надолго оставить Небесные Глаза и сопровождать его в этой миссии. Он знал, что оставить Небесные Глаза было большой жертвой с ее стороны. Сейчас она желала расстаться с ребенком ради благополучия мужа.

– Да, – ответил он быстро. – Хорошо, что моя жена будет сопровождать своего мужа. Моей матери понадобится женское общение во время ее возвращения к своему народу. Твоя доброта принесет пользу моей матери.

– Значит, я могу поехать? – спросила Мэгги, с беспокойством глядя на него.

– Да, ты можешь поехать, – сказал Соколиный Охотник, улыбаясь ей. – А как же с Небесными Глазами?

– Ее так балуют, что она даже не заметит отсутствия матери, – сказала Мэгги, тихо улыбаясь.

Она повернула голову и стала смотреть вперед, чувствуя себя вполне довольной. Мэгги не понимала, чем она заслужила такое счастье: выйти замуж за Соколиного Охотника. Он был сильный, благородный человек, великий вождь своего народа. В его доброте была огромная сила.

Покидая Канзас-Сити с чувством горечи и боли оттого, что ее изнасиловали один мерзкий мужчина, ей трудно было представить себе будущее, так разительно отличавшееся от ее прежней жизни.

Она не понимала, как могла мать Соколиного Охотника отказаться от жизни среди своего народа. Мэгги очень хотелось узнать, почему она ушла в лагерь врагов Соколиного Охотника.

Все вышли из своих вигвамов в деревне арапахо, узнав о возвращении шайенов. Соколиный Охотник завел свою лошадь в загон и повернулся лицом к народу. Коричневая Антилопа встал с одной стороны Соколиного Охотника, а Мэгги с другой.

Соколиный Охотник начал объяснять, как Коричневая Антилопа и его товарищи нашли его мать в лагере уте. Мэгги ощутила боль в сердце, услышав, что голос Соколиного Охотника дрогнул при произнесении имени матери. Казалось, сознание того, где она была, разрывало его сердце на части.

Она обрадовалась, когда объяснение закончилось и у собравшихся отлегло от сердца. В центре деревни разожгли большой костер. Принесли и разложили одеяла, а также пищу и питье.

Мэгги отправилась с Соколиным Охотником в свой вигвам. Пока он начал разбирать вещи, Мэгги обняла Женщину Нитку, а затем подошла проверить Небесные Глаза. Малышка уже проснулась и двигала ножками, воркуя с довольным видом в своей колыбельке.

– Твоя мать нашлась, – сказала Женщина Нитка, подойдя к Соколиному Охотнику. – Ты скоро за ней поедешь?

– Сначала совет с шайенами, которые принесли хорошую новость, раскурим трубку, а затем мы отправимся за ней, – сказал Соколиный Охотник. Он держал кожаный мешок в одной руке. Другой рукой он обнял Женщину Нитку за хрупкие плечи и с нежностью прижал к себе.