Горячая зола - Эдвардс Касси - Страница 61

– Я тебе неприятен? Ну что ж, индианка, для меня это не имеет никакого значения. Не бойся, я не собираюсь тебя насиловать. На сегодняшнее утро у меня есть дела поважнее.

Тихий Голос облегченно вздохнула.

– Если ты не собираешься меня насиловать, тогда зачем ты здесь? Зачем нарушил утро Тихого Голоса? – осторожно спросила она, подавляя в себе новый приступ тошноты, не желая унизиться перед этим незнакомцем, каким бы мерзким и гадким человеком он не был. Уже достаточным унижением было то, что она находилась рядом с ним в качестве его пленницы.

Она начала размышлять о своем внезапном недомогании, подумав о том, что такое состояние могло быть первым признаком беременности. Мысль о ребенке заставила ее быть более осторожной и постараться не вызывать гнев этого белого мужчины. Она должна делать то, что он говорит, иначе у нее никогда не будет возможности родить этого ребенка, способного соперничать с детьми Соколиного Охотника.

Так оно и будет, если она действительно беременна. По многим причинам ей нужен был этот ребенок от союза с дедом Соколиного Охотника. Он упрочит их связь, а также будет доказательство того, что Длинные Волосы все еще сохранил свою мужскую силу!

Да, она видела в этом важность, желая, чтобы человеку, который разрешил ей каждую ночь согревать его одеяла, завидовали бы другие, которым не посчастливилось иметь ребенка в таком преклонном возрасте.

– Не хочу сказать, что я именно тебя выбрал для того, чтобы осуществить мой план, – сказал Фрэнк, держа нож сбоку, – но ты первая индианка, встретившаяся на моем пути этим утром. Стало быть именно ты выбрана для того, чтобы мне помочь.

– Что ты хочешь, чтобы Тихий Голос для тебя сделала? – сказала Тихий Голос, бессознательно положив руку на живот, молча моля Великую Невидимую Силу, чтобы ребенок рос в ее чреве.

– Индианка, речь не о том, чего я желаю, – сказал Фрэнк, угрожающе приблизившись к ней на шаг, – а о том, что ты обязательно сделаешь.

– Ты хочешь, чтобы я совершила что-нибудь против своего народа? – сказала Тихий Голос.

– Нет, не против твоего народа, – сказал Фрэнк, видя замешательство в ее глазах. – Меня интересует белая женщина в деревне, – быстро добавил он. – Только белая женщина.

Глаза Тихого Голоса расширились и сердце бешено заколотилось.

– Мэгги? – сказала она тихо. – Та, которую теперь мой народ зовет Глаза Пантеры?

– Глаза Пантеры? – сказал Фрэнк, изогнув бровь, затем гортанно засмеялся. – Да, Глаза Пантеры.

– И что же? – сказала Тихий Голос с бьющимся сердцем, вероятно увидев в этом белом человеке своего союзника. – Что я должна сделать?

– Ты должна найти способ привести ее ко мне, – сказал Фрэнк, указательным пальцем подняв ее лицо за подбородок. – Ты поняла? Иди и позаботься о том, чтобы никто не увидел, как ты это делаешь. Не мешкай, потому что скоро все в деревне проснутся и будут сно-вать вокруг со своими делами. Я не хочу, чтобы меня видели. Ты поняла?

– Да, да, – сказала Тихий Голос, кивая головой, – но зачем она тебе нужна?

– Не задавай вопросов, – сказал Фрэнк, решительно развернув ее в сторону деревни. – Теперь иди. Приведи ее сюда. Найди способ заставить ее прийти сюда, но так, чтобы она не догадалась о моем присутствии. Поторопись. Ваши воины могут вот-вот вернуться…

– А малышка? – спросила она. – Ты и ее тоже хочешь?

Фрэнк помял подбородок.

– Ее? – сказал он.

– Да, – сказала Тихий Голос с бьющимся сердцем от желания избавиться не только от Мэгги, но и от белого ребенка, которого ее вождь, похоже, принял, как своего.

– Ребенок индейский? – сказал Фрэнк, вкладывая свой нож снова в ножны.

Тихий Голос передернуло от его пренебрежительного отношения к индейцам, но в собственных интересах она не стала заострять на этом внимания.

– В некотором смысле – да, – прошептала она, – а в некотором – нет.

– Что, черт подери, это может означать? – сказал Фрэнк, нервно проведя рукой по волосам.

– Ты увидишь, – сказала Тихий Голос, затем повернулась и побежала в деревню. Она напряженно думала, как вывести Мэгги из вигвама с ребенком. Мэгги, вероятно, еще спала, если только не проснулась, чтобы покормить ребенка.

– Как я могу заставить ее пойти со мной, не вызвав в ней подозрения? – думала Тихий Голос, подходя к краю деревни. К ее радости на улице еще никого не было. Солнце не вышло из-за гор, чтобы послать лучи через отверстия для дыма в вигвамах.

– Пейот, – произнесла Тихий Голос, внезапно остановившись от пришедшей ей на ум мысли. – Я приготовлю питье с пейотом для Мэгги. Если она все еще спит, я вылью ей его в горло прежде чем она сообразит, что происходит. Если же она проснулась, я предложу ей выпить из чашки.

Придя туда, где она спрятала под скалой в кожаном мешочке остатки пейота после того, как дала его лошади Соколиного Охотника, Тихий Голос вытрясла несколько шишечек пейота себе в руку и снова положила мешочек в тайник.

Расстелив подол своего платья на земле, она положила на него шишечки пейота и начала их дробить при помощи камня, пока они не превратились в порошок. Она сгребла его в ладонь левой руки, встала на ноги. и отправилась в вигвам Мэгги.

Стоя у внешней стороны входной створки, Тихий Голос прислушалась к звукам. Ничего не услышав, она пробралась внутрь. Злобно улыбаясь, она стала у кровати Мэгги и увидела, что та глубоко спит на спине.

Тихий Голос подошла к кожаному мешку, висящему внутри вигвама, в котором хранилась питьевая вода, и налила полчашки. Затем она высыпала туда порошок пейота, развернулась и крадучись снова двинулась к постели Мэгги.

Осторожно подбираясь к Мэгги, Тихий Голос постаралась, чтобы кровать не качнулась и не издала звука, способного разбудить Мэгги и обнаружить Тихий Голос, готовую причинить ей вред.

Успешно забравшись на кровать, Тихий Голос склонилась над лицом Мэгги и начала вливать жидкость ей в рот.

Мэгги открыла глаза, начав задыхаться, и попыталась встать. Тихий Голос села на нее, одной рукой зажала ей нос и вылила остаток жидкого снадобья в сопротивляющийся рот.

Мэгги кашляла и брызгала слюной. Она пыталась оттолкнуть Тихий Голос. Глаза ее обезумели, и она почувствовала, что голова начала странно кружиться. Едва не теряя сознание, Мэгги закрыла глаза и обмякла.

Тихий Голос не позволит Мэгги полностью отключиться. Необходимо, чтобы Мэгги была в состоянии ходить, ибо Тихий Голос должна отвести ее к белому мужчине. Кроме того, одна рука Тихого Голоса должна быть свободна, чтобы она могла нести Небесные Глаза. Ей казалось невозможным, что она может одновременно избавиться от Мэгги и Небесных Глаз! Сердце ее радостно билось. Она представляла себе, как сообщит Соколиному Охотнику по его возвращении, что его жена и ребенок ушли. Конечно же, она добавит, что, без сомнения, они были похищены во время сна.

Оставив Мэгги лежать в полусне, Тихий Голос подошла к Небесным Глазам, надежно завернула ее в одеялко и взяла на руки, затем вернулась к Мэгги и тихонько ее потрясла.

Глаза Мэгги открылись и она пьяно посмотрела на Тихий Голос.

– Доброе утро, – произнесла она заплетающимся языком. В ее глазах царила пустота.

– Идем со мной, – сказала Тихий Голос, беря Мэгги за руку и заставляя ее встать на ноги. – Прогуляйся со мной. День чудесный, Глаза Пантеры.

– Чудесный… день? – произнесла запинаясь Мэгги, пошатываясь, вставая на ноги. Она кивнула головой.

– Да, чудесный. Все чудесно.

Тихий Голос злобно улыбнулась Мэгги.

– Очень, – сказала она засмеявшись. – Подожди немного и ты увидишь, насколько он хорош.

Мэгги тащилась с Тихим Голосом, не сознавая того, что Тихий Голос несет Небесные Глаза, и даже, что Небесные Глаза уже начала хныкать от голода. В дурмане, с остекленевшими глазами она обошла свой вигвам и направилась к реке.

Когда они подошли к группе деревьев, где их ожидал Фрэнк, Мэгги даже не увидела его, не то что узнала. Она не могла больше держать свои глаза открытыми. Она свалилась на землю у его ног, погрузившись в темноту потери сознания.