Личные враги - Эйби Шэна - Страница 19

Он указал пальцем на Бенедикта и уже тише продолжал:

— Ты тоже готов умереть, Бенедикт Морган? И обречь на смерть свою жену?

Молодой человек ничего не ответил, только бросил страдальческий взгляд на свою юную спутницу.

— Впрочем, как я уже говорил, — безжалостно продолжал Арион, — твоей жене вряд ли суждено умереть. Она так хороша собой, что скорее станет добычей викингов. Если же она не захочет им покориться — уж будь уверен, ее убьют, и притом безжалостно. Ты же, храбрый и сильный воин, к тому времени будешь уже окровавленным трупом и ничем не сможешь ей помочь.

Бенедикт обхватил за плечи свою жену, словно так он мог уберечь ее от грядущей напасти. Та уткнулась лицом в его плечо и тихо заплакала.

— Кто из вас желает такой же участи для своих жен, дочерей, сестер, матерей? Кто? Говорите же — я хочу видеть лица людей, которые готовы пожертвовать самыми близкими людьми ради того, чтобы потешить свое тщеславие.

И снова в зале воцарилась напряженная тишина, которую прерывали лишь судорожные всхлипы молодой жены Бенедикта.

Арион громко и ясно произнес:

— Я прибыл сюда, чтобы возглавить вас! Я прибыл сюда, чтобы сражаться за вас и ваш дом! Но неужели мне суждено командовать войском глупцов? Поведу ли я вас к гибели или к жизни? Выбор за вами.

По залу пронесся шепоток, в котором отчетливо сквозило сомнение, люди зашевелились. Снова они повторяли имя своих заклятых врагов, но уже с меньшей ненавистью.

— Как можно им доверять?

— Сражаться вместе с ними, бок о бок с ними? Это же Макрай!

— Клан Макрай, — так же громко сказал Арион, — единственная наша надежда спасти Шот. Они хотят этого не меньше, чем мы. Если викинги захватят их часть острова — мы обречены. Нас будут уничтожать одного за другим, а уцелевших поработят. Однако если мы добровольно объединим наши силы, то избегнем этой ужасной участи.

Фуллер наконец-то поднялся и, скрестив руки на груди, встал за спиной Ариона.

— Граф Морган прав, — объявил он. — Мы должны заключить союз с кланом Макрай ради спасения Шота и наших жизней.

Арион видел, как постепенно безжалостная логика его речей побеждает в людях давнюю ненависть. Гнев, смятение, страх понемногу уступали место робкой надежде. Мужчины опускали головы, хмурились, женщины переглядывались и кивали друг другу.

— Мы должны заключить союз с кланом Макрай, — с силой повторил Фуллер.

И все, кто был в зале, после этих слов неохотно, но все же закивали.

— Что ж, отлично. — Арион снова поднял кубок с элем, поглядел на заплаканное личико новобрачной. — Пью за тебя, молодая хозяюшка, пью с сердечной и искренней надеждой, что твоя жизнь будет светла и радостна. Да благословит господь ваш союз!

— Да благословит! — нестройным эхом отозвались все прочие, правда, без особой уверенности.

Но выпили все.

Ночная мгла на острове Шот обладала поразительной, необыкновенной свежестью — бодрящий, приятный холодок, которому еще далеко до кусачих зимних морозов. Слитная тень всадника и его коня была в лунном свете густой и четкой, хотя сама луна, убывая, уже превратилась в серебристый серпик. Звезды здесь сияли ярче, да и черный бархат ночного неба казался глубже и мягче, чем на материке. «Вот, — подумал Арион, — еще один пример удивительной красоты острова, который, как ни странно, становится все ближе моему сердцу».

Конь под ним был черный — так проще слиться с темнотой. Арион ехал ровным, неторопливым шагом. Луна лишь недавно взошла, а стало быть, у него есть время, сидя в седле, поразмышлять кой о чем, покуда конь не доставит его в назначенное место.

Арион понимал, что изрядно рискует, и не столько собственной жизнью, сколько благополучием своих вассалов. Дело было нешуточное, и он не хотел ввязываться в него очертя голову, не обдумав всех последствий. Впрочем, у него было немало времени на размышления, и теперь союз с кланом Макрай казался ему единственной надеждой на спасение от кровожадного натиска викингов.

Конечно, они все равно могут проиграть. Даже и объединив свои силы, они могут не справиться с безжалостным противником. Но это было лучше чем ничего, и Арион считал, что другого пути у них нет.

К тому же он не мог отрицать, что одна мысль о том, чтобы заключить союз с кланом Лорен Макрай, волнует его, пробуждает в нем радостную дрожь предвкушения.

«Берегись, — подумал Арион, укоризненно покачав головой. — Не дай обмануть себя женскими чарами. Не забудь, чья кровь течет в ее жилах. Лорен прежде всего глубоко и искренне предана своему клану».

Однако до чего же приятно, направляясь на место встречи с ее посланцем, грезить о ней, о том, каковы на вкус ее сочные алые губы, мысленно перебирать пальцами ее роскошные шелковистые волосы, любуясь их редкостным медно-рыжим отливом.

Песчаный берег оказался пустынен. Луна была еще невысоко. Арион направил коня к зыбкому пятну лунного света, просеянного сквозь кроны сосен. Там он поудобней устроился в седле и стал ждать.

Волны то накатывались на пологий берег, то отступали прочь, и мерный рокот прибоя заглушал все прочие звуки. Арион вслушивался в темноту, напрягая все свои чувства.

Шагах в тридцати позади него ухал филин, судя по всему, задушевно призывая подругу.

Легкий ветерок ворошил макушки деревьев, и шорох этот был едва различим.

Конь Ариона насторожил уши, уставившись на лесистую лощину по другую сторону песчаной полосы, и негромко фыркнул.

Арион оглянулся, но вначале ничего не увидел. Чуть погодя меж двух деревьев шевельнулась тень, и пятна лунного света выхватили из темноты крупный, хотя и смутный силуэт. Конь и всадник в плаще с капюшоном стояли на самой опушке леса.

Арион подобрал поводья и выехал на открытый, залитый лунным светом берег. Помедлив, второй всадник последовал его примеру.

Они сближались медленно и осторожно. Арион покуда не мог разглядеть человека, которого послала на встречу с ним Лорен. Длинный плащ и низко надвинутый капюшон совершенно скрывали лицо и фигуру. Всадник подъехал ближе, и Арион, не заглядывая под капюшон, понял, кто перед ним.

Она приехала на встречу сама. Она не пожелала поручить это дело — рискованное, между прочим, дело — кому-то другому. Ариона это вовсе не удивило. Предвкушение, игравшее в его крови, взмыло до высот восторга.

Под Лорен был конь светлой масти, почти лунного отлива — она и не помышляла таиться. «Очень похоже на нее», — подумал Арион, восхищаясь отвагой девушки.

Лорен подъехала вплотную к нему и, придержав коня, откинула капюшон.

— Морган, — сдержанно проговорила она, холодно кивнув.

— Макрай, — ответно кивнул Арион, забавляясь этой нарочитой холодностью. — Для человека, который не верит мне, ты изрядно рискуешь.

Он видел, что Лорен хотела огрызнуться, но смолчала, видел так ясно, словно читал ее мысли. Ветер с моря играл ее волосами, проказливо шевеля выбившиеся из прически пряди, как будто зазывал Ариона прикоснуться к ним. Лорен вскинула руку, нетерпеливо отбросила со лба непокорные локоны.

— Итак, — промолвила она, — что скажешь?

— Мои люди согласны, — ответил Арион. — Мы заключим союз с кланом Макрай.

Лорен явно ожидала не такого ответа. На лице ее отразилось неприкрытое изумление, но она тут же отвернулась, сделав вид, что рассматривает морскую гладь. Если б Арион не смотрел на нее так пристально, он бы вовсе ничего не заметил.

— Превосходно, — сказала Лорен, вновь повернувшись к нему. Она уже вполне овладела собой. Непослушные рыжие пряди снова вырвались на свободу и теперь легонько щекотали ее губы. Арион засмотрелся, не в силах оторвать глаз от этого зрелища, а Лорен между тем продолжала:

— Однако я должна сказать тебе, что мой клан согласился только на временный союз. Две недели — не более того.

— Почему ты не сказала об этом раньше? На сей раз девушка неприкрыто усмехнулась.

— Я считала, что твои люди вообще не согласятся, так что и говорить было не о чем.