Месть русалок - Эйби Шэна - Страница 68

16

Кайла бежала по песчаной отмели по направлению к башне. Сзади она слышала ругань и тяжелые шаги бегущего за ней Крэкстона, делающего отчаянные попытки ее догнать.

Ее мокрые, отяжелевшие от воды юбки сковывали движения, воруя драгоценные мгновения. Она слышала, что Крэкстон ее нагоняет. Еще немного, и он ее схватит. Она споткнулась, едва не упав, ее руки схватили пригоршни песка. Закричав от ярости и страха, она обернулась, швырнула песок в преследователя и принялась что было сил карабкаться вверх по крутому склону.

Вот наконец и вершина. Ветер едва не сбил ее с ног, надул юбки, толкнув сначала вперед, потом назад. Она в панике оглянулась, не зная, куда ей бежать. Здесь была только башня, возвышавшаяся над ней. Кайла обогнула ее и нашла приоткрытую дверь. Недолго думая Кайла скользнула внутрь башни, в темноту.

Посередине стояла лошадь и смотрела на нее кротким взглядом, медленно жуя пучок сена. Должно быть, она принадлежала бедному парню. Кайла уже бросилась к ней, чтобы отвязать от крюка. Ей нужно было всего несколько мгновений, чтобы вскочить верхом и умчаться прочь, но этих мгновений у нее уже не осталось. В дверях появилась тень Крэкстона.

Помещение было пустым, и только у дальней стены начиналась винтовая лестница без перил, ведущая наверх вдоль стен башни. Кайла метнулась к лестнице. Ей ничего не оставалось, как забираться наверх, моля о том, чтобы не запутаться в своих намокших рваных юбках и не свалиться вниз.

Снизу раздался издевательский смех Крэкстона:

– Леди Кайла! Куда это вы собрались, хотелось бы знать?

Лестница оказалась гораздо круче, чем выглядела на первый взгляд. Ее грудь была вся в огне, Кайла задыхалась, не в состоянии сделать глубокий вдох, чувствуя, как все горит внутри. А он упорно лез за ней следом, громко хохоча, очевидно, предвкушая весьма удачную для себя развязку. Наконец она почти добралась до верха. Из последних сил Кайла толкнула вверх дверцу в потолке, ведущую на крышу башни.

В то же мгновение ветер вырвал дверцу у нее из рук, и та с громким стуком откинулась, оставив над головой Кайлы зияющий квадрат неба. Она выбралась через него на крышу, которая представляла собой просто круглую пустую площадку, окруженную зубчатой стеной с бойницами. Кайла попыталась сразу же захлопнуть дверцу, пока Крэкстон еще не успел добраться до верха, но ветер постоянно вырывал дверцу из рук, и у нее никак не получалось плотно ее закрыть. Вот из темного квадрата показалась рука, надавливающая на дверцу снизу, а затем и улыбающееся лицо барона.

Кайла оставила дверцу и метнулась к стене, выхватив из-за пояса кинжал. Она выставила его перед собой и держала обеими руками. Ветер рвал на ней платье и развевал волосы, отбрасывая длинные пряди на лицо, закрывая глаза, мешая видеть…

Крэкстон уже выбрался на крышу, но, увидев кинжал, остановился.

– Моя дорогая девочка, – начал он.

– Что вы хотите? – крикнула Кайла, сжимая перед собой свое оружие так, как ее учил отец. Крэкстон настороженно следил за ней.

– А вы как думаете? – крикнул он ей в ответ. Голос его звучал чуть насмешливо, хотя глаза были злые и безжалостные. – Что же еще мне может быть нужно, дитя мое? Я хочу, чтобы вы передали мне документ – ту самую записку, которую вы прячете.

Он шагнул к ней, Кайла попятилась.

– У меня нет никакой записки, – сказала она. – Это была всего лишь уловка, которую использовал мой муж, чтобы завлечь меня в ловушку.

На какое-то мгновение на лице Крэкстона появилось сомнение.

– Ну конечно, эта записка существует. И не пытайтесь меня обмануть, миледи.

– Нет никакой записки!

– Есть, – продолжал он, подходя все ближе. – Я сам написал ее, моя дорогая девочка, к моему глубокому сожалению. А теперь она у вас, и я хочу ее вернуть. Мне она просто необходима.

Кайла быстро оглянулась. Он продолжал надвигаться на нее. Если она все время будет отступать, то, в конце концов, он схватит ее.

– Я не знаю, о чем вы говорите! – крикнула она, стараясь перекричать ветер, который все время относил слова в сторону. Но тут, словно в подтверждение ее слов, ветер мгновенно утих, и голос зазвенел неожиданно громко, отражаясь от высоких стен.

– Разумеется, вы знаете, – сказал Крэкстон как-то уж чересчур спокойно и рассудительно. Он подошел уже совсем близко и достал свой собственный нож, гораздо длиннее ее кинжала. – Ваши отговорки вам не помогут, Кайла. Я обыскал весь Роузмид. Я обыскал весь этот чертов замок. Я обыскал всю Англию, я думал и прикидывал, где может быть эта чертова записка. И я допросил множество людей и пришел к одному-единственному разумному выводу: она у вас. Вы прекрасно знаете, что именно мне нужно. Эту записку ваша мать отдала вам перед своей смертью. Верните ее мне и останетесь в живых, прекрасная Кайла!

– Моя мать? – Кайла почувствовала, что у нее начинает кружиться голова. – Моя мать?!

Крэкстон усмотрел в этом ее состоянии шанс для себя. Он бросился прямо на нее. Кайла отшатнулась назад так быстро, как только могла, и полоснула его своим кинжалом, когда он уже был на расстоянии ближе, чем вытянутая рука. Он зарычал от боли и ярости, а она увернулась от него в сторону, повинуясь чистому инстинкту и пользуясь своей молодостью и ловкостью, которую приобрела за время долгих странствий.

Она умудрилась нанести ему довольно глубокую рану в плечо, и он, ослепленный болью, бросился на нее, надеясь достать своим ножом. Но Кайла оказалась в этот момент совсем близко от края. Она снова увернулась, а он, вложив в свой яростный порыв все силы, налетел на стену. Он был довольно высоким и крупным мужчиной, и сила инерции его движения оказалась слишком велика. Оказавшись как раз против бойницы, достаточно широкой, чтобы сквозь нее мог пролезть человек, он перегнулся через край и рухнул бы вниз, если бы не зацепился в последний момент за стену.

Когда Кайла обернулась на его отчаянный вопль, то увидела, что ее преследователя уже нет на площадке, но из-за края стены показалась сначала одна рука, потом другая.

Она замерла, дрожа от страха и возбуждения, когда услышала его голос:

– Леди Кайла!

Она подошла к нему, все еще сжимая в руке кинжал.

Крэкстон висел, держась обеими руками за нижний край стены. Кайла видела его ноги, болтающиеся в воздухе. А далеко внизу под ним высились зубцы прибрежных скал, о которые разбивались яростные волны.

– Это были вы, правда? – Она наклонилась вперед, чтобы видеть его лицо. – Это вы убили мою мать?

– Нет! – крикнул Крэкстон, все еще пытаясь улыбаться ей.

– Да! – Кайла уже почти не сомневалась. – Это были вы!

– Это произошло случайно! – Одна его рука, та самая, в которую она воткнула свой кинжал, все время соскальзывала, но он, сжав зубы, продолжал отчаянно цепляться ею за камни, несмотря на боль. – Я не хотел этого!

Она молчала, только еще крепче сжала рукоятку кинжала. Крэкстон заговорил быстрее, глотая окончания слов, Кайла не все понимала:

– Она пришла к Элизабет в тот день, пришла, чтобы отнять ее у меня. Элизабет всегда была слабая, она слушалась Элейн, делала все, как та ей говорила. Она бы оставила меня, глупая тварь, даже зная, что я все равно приду за ней. И она вытащила записку из тайника и отдала ее Элейн, черт ее… «для гарантии», как она сказала. В конце концов, я получил ее, я сумел стащить ее у Глошира, а эта идиотка отдала ее своей подруге!

– Моей матери, – тихо сказала Кайла.

– Я должен… получить ее назад, – Крэкстон продолжал сквозь стиснутые зубы. – Отдайте ее мне, и я пощажу вас.

Кайла чуть дальше перегнулась через стену, внимательно разглядывая человека, висящего над пропастью. Между ним и смертью остались какие-то несколько дюймов стены.

– Эта записка, – Кайла заговорила спокойным, почти ласковым тоном. – Скажите мне, что это такое? Что в ней говорилось?

Крэкстон не отвечал, повернув голову сначала направо, потом налево, он изучал способы выбраться отсюда. Путь для него был отрезан. Только Кайла оставалась его единственной надеждой на спасение. Слабой надеждой.